С Днем рождения, детка! (СИ)

— Дальнэр, я же тебя, кажется, предупреждал о том, что эта девчонка должна оставаться девственницей до свадьбы? И чтобы ты даже думать не смел взять ее силой, тем более сейчас? — схватив рукой за грудки нервно вздрогнувшего парня и хорошенько его встряхнув, здоровяк весьма недовольным тоном продолжил:
— Правитель демонов ни в коем случае не согласится взять подпорченную невесту в супруги. И когда он откажется от твоей двоюродной сестры, то о всех моих дальнейших планах можно будет забыть раз и навсегда. А это абсолютно недопустимо и ты прекрасно об этом знаешь.
— Но, отец…
— Никаких "но"… Я же обещал, что после того, как все закончится, отдам Айлари тебе. Неужели так тяжело было подождать всего лишь несколько месяцев?
Психушка… Однозначно! "ОТЕЦ"?! Да я чуть воздухом от шока не подавилась, когда мой неудавшийся насильник к вновь прибывшему подобным образом обратился. Ведь этот "ясноглазый" был всего лишь на пять — шесть лет старше, чем его собственный, так называемый "сынуля"… Что это вообще за бредовая балаганная постановка?! И какого черта я в ней участвую?
— Тяжело ждать! Тем более, что я хотел быть у нее первым.
— Идиот! Ты вообще хоть когда-нибудь начнешь головой думать, а не тем, чем обычно?
Недовольно зыркнув своими глазищами на меня, с ошарашенным видом вслушивающуюся в весь этот бредовый разговор, мужчина грубо подтолкнул своего «сынулю» в сторону выхода и небрежным кивком подозвал к себе беловолосого.
— Рэйни, за свою воспитанницу отвечаешь собственной головой! Смотри, чтобы она до самого отбытия не смела и носа из этой комнаты высунуть! И внутрь тоже никого кроме служанки не впускать. В особенности, моего сына. Тебе с этим все понятно?
— Да, Высокочтимый, я все понял.
  
ГЛАВА: 4
 
Я ошарашено наблюдала за тем, как после этих слов, чересчур заигравшийся в непонятный для меня спектакль мужчина, быстро прошел к выходу из комнаты и ощутимо приложил кулаком в бок своего, намертво застрявшего на пороге «сыночка», явственно убивающего меня глазами. Обалдеть просто, как тут все весело! И ни одной более-менее правдоподобной мысли насчет того, что же здесь все-таки за фигня настолько сумасшедшая творится… Как-то это все странно и нереально. Может быть я сейчас просто сплю и мне кошмары такие неадекватные снятся? А что? Вполне возможно. Или, что более вероятно, лежу я сейчас после аварии в больничке, с раздробленной в хлам головой, под капельницей и под глубоким наркозом. Благодаря которому у меня настолько реалистичные видения и появились…
Когда же эта чересчур странная парочка поспешно удалилась, я задумчиво посмотрела на неподвижным столбом замершего посреди комнаты выцветшего блондина. Который, вполне возможно, тоже являлся всего лишь плодом моей слишком уж разошедшейся фантазии.
— Послушайте, эммн… Как вас там? Рэйни? А не подскажете ли вы мне случайно, что это вообще сейчас такое было?
Мужчина, очнувшись от глубокой задумчивости, в которой провожал последних моих посетителей несколько досадливым взглядом, нервно вздрогнул и быстро обернулся в мою сторону.
— Айлари, Вы что, с ума сошли? — здоровяк шустро подскочил к кровати и навис надо мной с весьма сердитым выражением на лице. — Да как Вы вообще осмелились с Правителем в настолько дерзком тоне разговаривать? И наследного принца зачем ударили? Хотя в этом случае я вообще-то вас превосходно понимаю. Он вел себя с вами просто недопустимо. Переступил все границы дозволенного. Но все равно… Ведь до нашего отъезда всего лишь один только день подождать осталось! А Вы что вытворяете?
— Какой еще "Правитель"?! Какой на хрен отъезд? Мужик, ты что, издеваешься? — заорала я, снова вскакивая с кровати и возмущенно тыча пальцем в грудь белобрысого. — И вообще, я требую объяснений! Кто вы все такие, и что я делаю в этом дурдоме?! И самое главное, где мой отец?! Мать? Охрана, в конце-концов… Не понимаю, за что им вообще деньги платят, если меня сейчас вообще чуть не изнасиловали?
 
— Кто “мы такие”? — как-то слишком уж рассеянно переспросил меня этот, якобы Рэйни, моментально побледневший прямо под самый светлый оттенок своих волос и настороженно отошедший от меня на пару шагов назад.
— Господин лекарь, а я же Вам говорила…
Девчонка, о которой я уже почти забыла, решилась — таки отклеиться от стеночки и напомнить о себе сама. Тихонько подойдя к белобрысому и бесцеремонно ткнув в меня указательным пальцем, эта мелкая зараза тут же начала ябедничать:
— Госпожа и меня, как только очнулась, совсем-совсем не узнала. Спрашивала, кто я такая, и где она находится… Наверное это все от того, что она головой очень сильно ударилась, когда с лошади падала, вот ей, наверное, всю память и отбило.
— Да не падала я ни с какой ЛОШАДИ! — опять заорала я на этих ненормальных- ряженых. — Я на отцовской машине разбилась. С ее управлением просто не справилась. Дождь, дорога скользкая… Я немного не в настроении была… Ясно вам?!
— Лийзэна, — мужчина неохотно отвел от меня глаза и перевел их в сторону малолетней болтушки, которая таращилась на меня во все свои и так здоровенные глазищи. — Знаешь ли девочка, из нас с тобой двоих лекарем являюсь все-таки я. И, думаю, мне гораздо виднее, что именно случилось с… Этой юной госпожой. А свои догадки и все остальные мысли, которые неожиданно возникнут в твоей голове, я настоятельно советую держать при себе и не озвучивать их вслух. Узнаю, что языком лишнее болтаешь, собственноручно его откручу. Вместе с твоей, чересчур легкомысленной головой. Понятно?
Девчонка поняла все и сразу. Вот что значит правильно расставленные приоритеты в беседах с подрастающим поколением… Быстро и немного испуганно кивнув сердитому дяденьке, и повинуясь его приказу немедленно притащить с кухни чего-нибудь съестного, она шустро выскочила из комнаты.
После того, как дверь за невероятно быстрым и шумным созданием захлопнулась, так называемый лекарь опять обернулся ко мне и с крайне недовольным видом накинул на меня нервно сорванное с кровати покрывало. Легкий удар ладонью в плечо — и я тут же падаю на мягкую перину спиной вниз.
Что? Опять?! Да сколько же можно со мной так обращаться? Я вообще-то, личность серьезно пострадавшая в аварии. Меня усиленно лечить нужно, а вместо этого все кому не лень только и делают, что швыряют. И повода для этого я никакого не вижу. Хотя… Неужели и этот тоже собрался…?! Ну знаете ли, две попытки изнасилования в течение одного часа — это уже будет чересчур для моего весьма ослабленного здоровья и хорошо потрепанных нервов.
— Итак, — тяжело усевшись на кровать рядом со мной и, пристально посмотрев мне в глаза, выискивая в них фиг знает что, мужчина, после долгого и продолжительного их изучения, в конце-концов холодно поинтересовался: — Не хочешь ли ты со мной поделиться информацией, что же ты у нас вообще такое на самом деле?
— Я вообще-то не что, а — кто! Меня зовут АННА! Или, в самом крайнем случае, Аня. А не эта ваша госпожа… Блин, фиг выговоришь! И вообще… Достали вы уже меня все своими тупыми шуточками… Заканчивайте этот балаган и немедленно звоните моему отцу. И если только выяснится, что все ЭТО его рук дело, то кому-то после этого очень сильно не поздоровится. — чуть ли не прорычала я в ответ и снова попыталась сесть на кровати. Все- таки не очень удобно ругаться, при этом смотря на своего оппонента снизу вверх. Но мне не дали возможности даже слегка приподняться. Здоровенная ладонь мужчины с силой надавила мне на лоб, тем самым опять надежно припечатывая меня к перине. После чего он склонился своим лицом к моему на критически близкое расстояние. Целоваться он что ли со мной надумал?! Так я категорически против этого безобразия… Ведь целоваться с психами- это вообще полнейшее извращение. Даже при том, что склонившийся надо мной мужчина был очень и очень даже ничего…