На зелёный свет (СИ)

– Никогда не трогай моё. Понял?- когда он усмехнулся, пнула его в голень, вырвала свой рисунок из упавшей руки и отпрыгнула в сторону.
– Вот же зараза,- прошипел Док.- Мелкая.
– Рыжая,- подсказала желчно и, выходя из комнаты, добавила,- Постель заправишь сам. Это белье бросишь в стиралку. Свежее в комоде найдёшь, что моё – верни. А то хуже будет.
Глава 3
Хуже было мне.
Вся наша семья была в сборе. Игорь уплетал тефтели, расхваливая другу домашнюю кухню. Док ел молча, игнорируя меня. А Виктор, сидел во главе стола и следил за всеми с радушным выражением на лице.
– Алин, пойдём со мной, порежем пирог,- предложил старший. Мне пришлось встать из-за стола и плестись за ним.- Рассказывай, мелкая, как дела?
– Нормально.
– Как мальчишки? Ценят и бегают за тобой толпой?
– Отстань. Вот с тобой точно не стану этого обсуждать.
– А этого парня будешь?- я вздрогнула.- Ты на него пялишься весь обед.
– Он смеялся над моими эскизами,- вышло неубедительно.- И с нами будет жить. Это странно.
– Лисён, послушай меня. У этого парня тоже случилось несчастье. У него мать умерла,- я отвернулась.- И дом отобрали. А он вроде хороший. И ему нужна помощь. Нам же здесь не тесно, верно?
Злой я не была. Мы сами потеряли родителей и жили втроём уже несколько лет. И чужая боль резанула по сердцу, как собственная.
– Если он позволит себе хоть что-то лишнее,- Вик ухватил меня за подбородок, заставляя смотреть на него.- Ты скажешь мне. Я поверю тебе, понимаешь? Даже если будет "ничего особенного", "мне показалось", но тебе будет некомфортно, только скажи. Ты – моя прерогатива.
– Хорошо.
– Моя умничка. Режь пирог и неси в гостиную.
– Ты же обещал помочь!- возмутилась я, оставшись одна.- Мужчины. Ну, как вас не прибить? Вот если бы не любила, точно.
Занося угощение, на веранду замерла в проёме двери. Мои мальчишки расположились на диване и слушали Данила, сидящего напротив в плетёном кресле. Он говорил негромко, запуская пальцы в темные волосы и нервно пожимая плечами.
– Отец обо мне не хочет знать. Да, и не нужен он мне. Столько лет не было, а сейчас зачем он мне? Я взял фамилию матери.
Наверно он не понимал, сколько горечи звучало в его голосе.
– Живи у нас сколько нужно. С работой помогу, но будешь на общих условиях,- предупредил Вик.- На полставки. Надо восстановиться в институте. Специальность получишь обязательно. Тем более всего год остался.
– Но.
– Никаких "но"!- отрезал старший брат.- Все успевать будешь. Меньше времени останется на глупости,- Игорь хмыкнул и получил обидный подзатыльник.- Тебя это тоже касается. Не думай, что с тебя ответственность снимается. Нам надо поднимать Альку.
– Я вроде не падала,- с глухим звуком поставила доску на стол.- Ведь я давно говорю, что могу работать, – к моему разочарованию мои родственники заржали.- Вы меня вообще не воспринимаете всерьёз? Я почти совершеннолетняя!
– Почти,- произнёс одними губами Даня и улыбнулся. Ртом и удивительными серыми глазами. Я не смогла отвести от него взгляд. Понимала, что это глупо и продолжала пялиться на почти незнакомого парня.
– Ты чего зависла, малая?- Игорь подскочил и растрепал мои волосы.- Хватит смущать парня,- зашептал он мне на ухо.- Не надо с ним играть, Лисён.
– Отстань,- буркнула я.- Вот съеду от вас, и будете питаться пельменями мороженными, вместо пирогов.
Пока меня хвалили за вкусную еду и уговаривали остаться, гость, отводил глаза.
Мне вдруг стало предельно ясно, что его будущее зависит от наших взаимоотношений. Из-за меня он может оказаться на улице. Пирог казался суховатым, тесто слишком жестким, а вечер – зябким.
– Чего грустишь?- неожиданно спросил источник моих переживаний.
Оглянувшись, поняла, что мы остались на веранде одни. Поставив тарелку на перила, повернулась к Доку. Он стоял ближе, чем позволяли приличия. Я не стала отступать. Лишь упрямо скрестила руки на груди.
– Я тебя раздражаю?
– Вовсе нет,- вздохнула, пытаясь подобрать слова.- Мне нужно привыкнуть.
 
– Если.
– Давай без "если",- фыркнула и задела тарелку, которая упала в кусты.- Вот же.
Сбежав по ступеням, раздвинула ветки и, подняв осколки, подалась назад. Конечно, Шатов стоял позади. Он не сдвинулся, позволив мне вжаться в него и замереть.
– Разбилась,- прошептала едва слышно.
– На счастье.
Здесь, в полутьме веранды, где мальчишки прятались от родителей с сигаретами, я бывала не часто. Только сейчас поняла, что место и впрямь уединённое.
– Ты встречаешься с кем-нибудь?- спросил он хрипло.
Я не решалась развернуться и убедиться, действительно ли парень осторожно касается моих волос.
– Тебе то что?
– Какая же ты, – он наклонился, обдавая меня горячим дыханием.
– Не надо,- жалко выдавила, продолжая прижиматься к жёсткому телу. Мне хотелось и совсем не хотелось.
– Знаю.
Через мгновенье, я осталась без опоры, сжимая в руках куски керамики. Внутри за рёбрами лихорадочно билось сердце. И я точно поняла, что как прежде уже не будет. Никогда.
Глава 4
– Свали отсюда!- кричала я, прикрывшись полотенцем.
– Голова болит,- Данил сел на крышку унитаза.- У тебя сигнализация сработала что ли?
– Я не одета!
– Реклама у тебя громкая,- хохотнул гад и посмотрел на меня с ухмылкой.
За прозрачной створкой меня было отлично видно. Мокрую и злую.
– Выходи!- опять выкрикнула я.
– За тебя "замуж"?
– Ты невыносимый,- я вышла наружу, едва не запнувшись о высокий бортик.- Бессовестный.
– И?
– Терпеть тебя не могу! За что мне такое наказание?
– Ты опаздываешь. И я вместе с тобой. Давай уже, одевайся и спускайся вниз.
– Ну, так и жди меня там!- собирая косметику, я едва не уронила полотенце.
– Ты опять нас задерживаешь.
– Сейчас это делаешь ты!- расческа упала на пол. Шатов подобрал её и сунул мне в руку.
– Давай быстрее.
Оставшись в одиночестве, закрылась изнутри на задвижку. Пальцы немного подрагивали. Конечно, от злости. От чего бы ещё?
Виктор дал одну из машин агентства Даниле. И теперь тот возил меня на учёбу и забирал после занятий. Каждый день! Для того чтобы погулять с друзьями, нужно было отпрашиваться у него. К моему унижению, Док требовал отзваниваться. Самое отвратительное в сложившейся ситуации, было то, что братья поддерживали не меня. Не знаю, чем заслужила такое наказание. Но спросить не могла. Мои парни уехали из города "по делам, знать о которых мне было не обязательно". Злость внутри медленно закипала. Или это было что-то иное.
Когда я спустилась вниз, Шатов вручил мне коробку с бутербродами.
– По дороге поешь.
– Не хочу,- возразила из вредности. Мне постоянно приходилось напоминать самой себе, что он портит мне жизнь. По какой-то невнятной причине, я хотелось получить его одобрение, поймать скупую улыбку на мрачном лице.
– Съешь всё,- безапелляционно заявил мой сопровождающий и вышел наружу.
Я плелась следом, рассматривая крепкую задницу в потертых джинсах. Мне всегда нравились фигуры, как у моих братьев, а у Дока плечи были чуть шире, что делало его похожим на греческого бога.
Заднее сиденье было завалено пакетами. Я демонстративно закатила глаза и села рядом с водителем. Никогда не признаюсь, что жду возможности почти касаться его локтем, когда он включает механическую коробку, вдыхать аромат лосьона после бритья и порой ловить его взгляд, наполненный иронии. Он не видел во мне девушку. Совсем. Мог спокойно пялиться на проходящих дорогу девиц и даже отпускать комментарии относительно их внешности. Потом, словно спохватившись, извиняться передо мной. Но каждый раз Шатов сопровождал это своей фирменной кривоватой ухмылкой. Я едва сдерживалась, чтобы не двинуть ему сумкой по голове. Вместо этого, отворачивалась или вытаскивала из кармана смартфон. В последнее время, в его присутствии, стала чаще общаться в соцсети. Док от этого злился. Или мне хотелось так думать.