Проклятье Эвери (СИ)

Кристофер посмотрел на Мэтта, показывая ему свое обреченное смирение перед неизбежным, а тот лишь понятливо ухмыльнулся и одними губами пожелал Его Высочеству приятных ощущений.
Крис снова поднял на девицу глаза и небрежным движением пригласил ее на свои колени.
Наряд ее, кстати, показался ему неуловимо знакомым, но это было несущественно, поэтому он об этом тут же забыл.
Девица смущенно мялась рядом, и Кристофер догадался, что девушка участвует в подобном увеселительном мероприятии впервые.
Криво усмехнулся и сам притянул ее к себе, усаживая на ноги.
Девушка вздрогнула, но покорно присела, обхватывая его шею руками, а он вдруг погрузился в приятный и отчего-то до боли знакомый аромат ее тела.
Она пахла лесом. И свободой. Почти как… Эвери.
Воспоминание о своем юном проблемном адъютанте снова вызвало у него прилив внутреннего напряжения и непонятной тоски, так что он захотел поскорее отмахнуться от этих чувств, погрузившись в другие — приятные, сладкие мгновения женского робкого поцелуя…
Почему робкого? Потому что эта девица явно была ужасно неопытной и очень зажатой, вызывая усиление мужского азарта…
Принц даже позволил себе улыбнуться.
— Не бойся, красавица… — прошептал он мягко. — Я мастер в таких делах…
И, схватив ее за затылок, притянул к себе ее лицо, впиваясь в тонкие, но нежные девичьи губы…
***
Когда рука принца резко опустилась на ее затылок, Эвери испугалась, что он почувствует длину ее коротких волос, но потом последовал стремительный поцелуй, и у девушки из головы вышибло абсолютно всё, и не только страхи.
Губы принца Кристофера были необычайно мягкими и нежно обхватили ее верхнюю губу. Это оказалось неожиданно приятно, так что Эвери перестала дышать, ощущая, что у нее от волнения кружится голова. Но принц держал ее крепко и уверенно, продолжая играть с ее губами и пытаясь раздвинуть их языком.
Эвери никогда еще не ощущала ничего подобного! Никто еще не касался ее так близко, интимно и нежно. И, к слову сказать, чужая слюна не казалась отвратительной или отталкивающей, как ей думалось в прошлом. Наоборот, было в каждом движении губ принца и в их вкусе что-то необычайно сладкое.
Эвери взволнованно задрожала, когда Крис снова попытался приникнуть ей в рот языком, и она наконец-то позволила ему это сделать, совершенно не участвуя в поцелуе, но очень трепетно прислушиваясь к своим ощущениям.
Прикосновения принца были влажными, аккуратными и ласкательными, и девушка остро ощутила, как из её груди поднимается какая-то восхитительная волна, а в крови разливается яркое и требовательное тепло.
По спине табуном побежали мурашки. Дыхание стало прерывистым, а волна зарождающегося, но доселе неведомого удовольствия начала растекаться по телу, и Эвери непроизвольно прижалась к принцу еще крепче, позволяя ему коснуться пальцами своей шеи и ключиц.
Кристофер, похоже, тоже вошел во вкус, потому что одна его рука обвилась вокруг талии девушки, а губы и язык стали решительнее, обрушивая на Эвери все более дерзкую ласку, словно вынуждая её тоже действовать и отвечать.
И Эвери ответила.
Ответила, как могла — робко, осторожно, но с жаждой и желанием, и в этот момент внутри нее вспыхнула магия!
Она завертелась вихрем, выбивая остатки разумения и трезвости, и Эвери отдалась поцелую уже без остатка.
Кристофер тоже почувствовал что-то весьма необычное. Помимо чисто мужского возбуждения, которое все-таки смогла пробудить в нем эта малышка, он ощутил яркий и невероятно мощный магический подъем. Его тело вздрогнуло. Наполнилось светом, почти сиянием. В душу прорвались фонтаны радости, полета, эйфории, и принц даже не заметил, как с легкостью поднял девушку на руки и, вскочив на ноги, еще больше углубил поцелуй.
Эвери стало даже больно от его напора и силы, но она уже утонула в невероятном и властном внутреннем желании стать к принцу еще ближе. Еще ближе и прямо сейчас!
Мэтт с великим изумлением провожал Криса взглядом, не смея его остановить. Принц необычайно увлекся, чего с ним вообще никогда не было. Мэту было даже немного неловко наблюдать за их взаимными ласками: настолько они оба полыхали страстью и увлеченностью друг другом.
 
Кристофер понес девицу в направлении вполне определенной двери: там находились комнаты для уединений, и Мэтт решил, что принц сегодня будет отсутствовать всю ночь.
Что ж, видимо, не только истинная суженая способна разбудить в представителе монаршего рода невиданную страсть. Это смогла совершить и простая пугливая незнакомка, почему-то незримо напомнившая Мэтту угловатого и робкого Эвери…
Глава 49. Кольцо…
Как ее несли по коридору, неистово целуя, Эвери почти не помнила. Она таяла от прикосновений и от бурлившей внутри магии. Боль, снова исходящая от безымянного пальца, растекалась уже по всей руке, но девушка ее почти не замечала.
Ей казалось, что она потеряла и зрение, и слух, и разумение, а только купалась в этих пробирающих до дрожи прикосновениях нежных, но требовательных губ.
А потом под ней оказалось ложе: в меру мягкое, чистое, пахнущее травами, среди которых преобладал «плодовник» — самый известный из всех существующих афродизиак…
Как только принц Кристофер опустил девушку на кровать, то немедля сбросил с себя плащ, камзол и рубашку. А потом навис над незнакомкой, до дрожи в руках желая сдернуть с нее маску…
Эта девушка сделала невероятное: разбудила в нем всю силу и мощь родовой магии. Если бы его кольцо с аметистом не исчезло так много дней назад, он бы точно решил, что она его суженая…
Кто она? Из какого рода???
Но проблема в том, что родовитые незамужние девственницы сюда, по факту, не приходят…
Значит, она несвободна?
Но все равно он не сможет ее сегодня отпустить…
Не давая девушке возможности прийти в себя, Кристофер снова обрушился на нее с поцелуями, просто безумствуя от ее сладости и невероятной притягательности.
Она отвечала неумело, но тонкие пальцы так и норовили зарыться в его волосы.
От каждого ее прикосновения принц вздрагивал и чувствовал пробегающую по телу магию. Его сила торжествовала и переливалась внутри, словно наконец-то нашла свой идеальный источник, и Крис возбуждался все сильнее.
— Ты — самая прекрасная женщина, которую я видел в своей жизни… — зашептал он ей на ухо, заставив широко распахнуть глаза, которые он рассмотрел через прорези в маске.
Глаза были синими.
Такими же синими, как у Эвери…
Пришлось тряхнуть головой, чтобы избавиться от наваждения. Ведь на мгновение принцу показалось, что незнакомка очень похожа на его мальчишку…
— Я буду любить тебя всю ночь… — добавил Кристофер и снова нашел ее губы.
А потом его рука властно опустилась на ее грудь.
Незнакомка почему-то вздрогнула и замерла.
Принц даже не сразу понял, что было не так, но потом осознал, что пальцы ощутили округлую и пышную грудь девушки как-то странно.
Словно грудь была… ненастоящей!
Кристофер тоже замер, не понимая, что бы это значило, а потом медленно отстранился от нее, недоуменно посмотрев незнакомке в лицо.
Она выглядела испуганной.
Припухшие от поцелуев губы приоткрылись, зрачки расширились, а руки с тонкими длинными пальцами замерли на его обнаженных плечах.
Кристофер почувствовал, что в разум пробивается какая-то странная, но настойчивая мысль, которую он все никак не может уловить: с этой красавицей что-то не то!!!
Он снова попытался сжать пальцы на ее округлостях, но девушка вдруг с небывалой для такого хрупкого создания прытью оттолкнула его от себя и ужом соскользнула с кровати.
Магия внутри Кристофера, оставшись неудовлетворенной без желанного слияния, бурно запротестовала, окатывая его волнами дрожи и предвестниками немалого магического выброса, но принцу сейчас было даже не до нее.
Он рванул к входной двери, преграждая девушке путь и силясь понять, ЧТО ТВОРИТСЯ-ТО???
Незнакомка не успела всего пару шагов, но увидев, что путь к отступлению закрыт, начала пятиться назад.