Сделка с Прокурором

- Снегюр, согласно информации нашего осведомителя, тоже очень заинтересовался этим фактом, - хмыкнул Джесси. - Но его проблема в том, что он не знает под каким предлогом сунуться к епископу с вопросами о Вальтере.
- Хммм, - усмехнулся хозяин кабинета. - Понимаю дилемму Снегюра. С одной стороны данный факт для него лично - неопровержимое доказательство связи епископа и его основного подозреваемого в организации пожара, в котором погиб его лучший друг. А с другой, с точки зрения достаточного основания для судебного преследования. - он сжал одну из ладоней в кулак и затем резко выбросил пальцы, - это пшик! Но тут я уже префекту ничем помочь не могу. Пусть скажет спасибо за Блэкшипа. Я его преподнёс ему, можно сказать, на блюдечке с золотой каёмочкой! Всё, что от префекта требовалось - это быть порасторопней! - вновь задумавшись о чём -то своём проговорил Кристиан. Затем, словно вспомнив, что он не один в комнате, снова перевёл взгляд на друга. - Это всё,
Джес, или есть ещё что-нибудь?
- Есть что-нибудь ещё, - усмехнулся Джесси. Вид у него был точно такой же, как у фокусника, перед тем как явить публике кролика из шляпы. - Вот зацени, - протянул он другу распечатку магических звонков, на которой пестрели многочисленные ярко-красные галочки. - Узнаёшь номер?
- Разумеется, нет, - фыркнул хозяин кабинета.
- А теперь, - жестом фокусника Джесси извлёк из другого кармана ещё одну распечатку, на которой также как и на предыдущей, пестрели многочисленные красные галочки. - Это распечатка магических звонков Рейна Фонтьемара, - торжественно возвестил он. -Интересное совпадение, не находишь?
- Нахожу, - понимающе кивнул Кристиан. - И если ты прав и это действительно номер Гейла Фонтьемар, то и удивляюсь. Удивляюсь, Джес, тому, что наш милый Г ейл до сих пор способен не только звонки принимать и совершать, но вообще дышать. - голос графа звучал обманчиво спокойно и лишь слегка недоуменно.
- Крис, я тебе уже объяснял, крысёныш не только весьма одарён магически, но и осторожен! - недовольно буркнул Бордвелл. - К тому же он где-то очень хорошо окопался и, судя по всему, сидит безвылазно! Но теперь у нас, наконец, есть зацепка, которая поможет его найти, как только номер появится в магической сети.
- Не «наконец», а «возможно», - поправил друга Кристиан. - И возможно только в случае, если это номер Г ейла Фонтьемар и если этот номер всё ещё при нём. Что вряд ли... Если он, действительно, так осторожен как ты говоришь. С другой стороны, теперь, когда нет Блэкшипа, этот номер для него, вполне возможно, что-то вроде удостоверения личности для подельников, если, конечно, он был партнёром Блэкшипа. Проклятье! Слишком много «если»! И, кроме того, сменить номер - это совсем недолго! И насколько я понимаю, Снегюр ведь тоже заметил это совпадение?
- Это именно Снегюр и заметил, - слегка сконфуженно подтвердил Джесси.
- Глубокая задница дасуньского ёжика! Г ейл слишком много знает! Если бы я знал, что он умеет так хорошо скрываться. Возможно, гораздо проще было бы его купить? Как и его брата? Что думаешь, Джес?
- У тебя не было выбора, Крис. Он угрожал тебе, - напомнил собеседник. - При всех.
- Это да, - криво усмехнулся Кристиан. - Если бы я ему после этого предложил деньги, меня сочли бы слабаком.
- Угум, угум, угум, - поддакивая, закивал головой как болванчик Джесси. - И потом Рейн ведь не деньги любил, а игру в рулетку.
- Ты прав.
- А Гейл, насколько я знаю, к азартным играм, алкоголю и прочим стимулирующим препаратам, включая «третий глаз», вроде как был абсолютно равнодушен, - продолжил Джесси. - То есть, получается, что единственной его, так сказать, дорогостоящей слабостью был всегда нуждающийся в деньгах Рейн.
- Иначе говоря, пока он жив, он для меня опасен, - вздохнул Кристиан. - Одно хорошо, Лиз сейчас в моём доме. Поэтому до неё он не доберется. В префектуру же он не пойдёт, потому что рыльце по уши в пушку. Иначе говоря, пока он сидит в своём окопе и не рыпается, о нём можно особо не беспокоиться. И это хорошо, потому что нам надо сосредоточиться на том, чтобы откопать, как бы глубоко они не были закопаны, доказательства того, что епископ Марадебулье заказал своего родственника и однопартийца Эдварда Марано!
 
- А если это не епископ?
- Нам надо Джесси, чтобы это был именно он! Именно столп маранской нравственности и морали, мать его! Ты хоть представляешь, какая это будет бомба, Джесси, если мы докажем, его причастность к торговле и распространению «третьего глаза»? Его, который при каждом удобном случае обвиняет меня в этом?! Да это же начисто подорвет доверие избирателей к маранской партии! Причём сокрушительно и надолго! И, кроме того, я печёнкой чувствую, что это он. Во-первых, никто другой не выигрывает от смерти Марано больше, чем он. Во-вторых, получается, что Марадебулье ничего не имел против охранных плетений Лиз, а только против неё. В -третьих, тот, кто подстроил первое покушение на Лиз, обладал или связями или властью, достаточной, чтобы выпустить из заповедника терастиодонтозавров. В -четвёртых, тому, кому выгодна смерть Лиз, оказалась выгодна также и смерть Марано и моя. Сообщник Вальтера - епископ Марадебулье, Джесси. Больше некому!
- Что ж меня ты убедил, - кивнул Джесси. - Будем рыть! И как только найдём, объявим нашего столпика общества клеветником, который для того, чтобы обелить себя, очернял тебя.
- Вот именно, - улыбнулся Кристиан. - Кто мог подумать, что епископ преподнесёт нам такой подарок к выборам?!
- Причём заметь, двойной подарок! - хохотнул Джесси. - Ведь он ещё и Марано с твоей дороги убрал!
- Но этот пожар чуть не стоил жизни Лиз, - не разделил веселого настроения друга хозяин кабинета, который в отличие от Джесси знал, что Эдвард Марано погиб, спасая его и Лиз.
Он прекрасно понимал, что прокурор спасал не его, а Лиз. Однако от этого он не был менее благодарен погибшему прокурору.
В те несколько минут, в течение которых Элизабет находилась между жизнью и смертью, Кристиан окончательно и бесповоротно с ослепительной и беспощадной ясностью понял для себя, что если он её потеряет, то в его жизни не будет никакого смысла.
Он понял, что всё, что он делал все эти годы - было либо для неё, либо во имя неё, либо, чтобы доказать ей, что он вполне способен жить в своё удовольствие и без неё.
- За Лиз епископская козлиная морда ответит мне сполна! - глухо и тихо, но с абсолютно зловещей угрозой и уверенностью в голосе произнес хозяин кабинета.
Угроза была настолько осязаемой и неотвратимой, что у Джесси даже мурашки толпами побежали по коже.
- Эта гнида у меня на коленях будет вымаливать прощение! Я заставлю его рыдать кровавыми слезами и кашлять собственной печенью! - руки Кристиана непроизвольно сжались в кулаки, а лицо побледнело от сдерживаемой ярости и ужаса промелькнувших перед его мысленным взором воспоминаний. - Я пойду, посмотрю как там Лиз, -отрывисто бросил мужчина и решительным шагом покинул свой кабинет.
  
Глава 40
 
- Му-гу-у-у-у... «Особенности физиологии и психологии макошьчан» - прочитал вслух Всеволёд де Снегюр название книги, которую в данный момент читал Эдвард Марано, расположившийся с комфортом в одной из гостевых комнат замка его матери. - «Прано-восстанавливающие и прано-стимулирующие препараты» - прочитал он следом название книги, лежащей рядом с ним на столике. - Вот это я понимаю! - со смешком проговорил он. - Обстоятельно-ответственный подход к вопросу ухаживания за девушкой! -договаривал он фразу, уже откровенно заливаясь смехом и согнувшись пополам.
И поэтому получил подушкой, летевшей ему в живот, в лоб.
Сила ударной волны подушки была достаточно мощной для того, чтобы всё ещё заливающийся смехом префект неожиданно для себя оказался восседающим на собственной пятой точке.
- Да растуды-сюды твою метель, дасуньский ты ёжик! - выругался ухахатывающийся префект. - Марано! Для покойника ты, во-первых, слишком чувствительный, а во-вторых, слишком подвижный!