Смерти подобна (СИ)
«Двенадцать часов, Кристина. Моя сила — твоя», — прозвучало в голове, хотя Жнец молчал.
Легкая дымка витала вокруг нас, скрывая от глаз живых людей и нелюдей. Я услышала треск, посмотрев на древко, которое лопнуло от переизбытка магии. Волна сожаления накрыла с головой. Осторожно погладив артефакт, я прошептала:
— Мы справимся. Я отомщу за тебя, подруга.
— Отпустите меня. Я смогу его убедить, как-то исправить все! — голос отца Сергия ворвался в мое подсознание. Лисин ждал, смотрел то на меня, то на Сергея Владиславовича, тянущего к нему скованные наручниками руки.
— Он убийца, отец Сергий, — возразил ему Вася, но священник упрямо покачал головой и умоляюще взглянул опять на капитана.
— Максим — просто запутавшийся мальчик. Ребенок, не понимающий, что творит.
Да все он понимает, Сергей Владиславович. Но ваша вера в людей так велика, что сейчас вы сопротивляетесь очевидному. Мимо меня пробежала Станка, хватая за руку взвизгнувшего Лелика, и крикнула:
— Мы на площадь.
— Ай-яй-яй, подождите! Я не согласен! — возмущался вурдалак, но сопротивлялся не слишком усердно.
Где-то совсем рядом вспыхнул огонь — Олег пробирался к нам через бегающую толпу и отбивался от Призванных. Прозвучали первые выстрелы. Астафенко ничего не спрашивал, только бросил взгляд на меня, обхватившую лопату, и побледнел. Ага, да. Именно так гибнут некроманты, заключившие сделку. Идиотами в бою, растратив жизнь на спасение мира. Надеюсь, мне хотя бы посмертно присудят орден Святого Георгия.
— Возьмите Бабу Ягу. Она способна переходить грань, на случай, если вам понадобится спасать душу, — крикнула я подруге напоследок.
Мой взгляд уцепился за пальцы Папуш, скользнувшие по руке Олега. Они всего на секунду встретились взглядами, не то прощаясь, не то сказав что-то друг другу. Возможно, Станка уже не вернется сегодня, я не знаю. И от этого дышать стало сложнее.
Циферблат стал видимым. Одновременно со стрелкой часов, дрогнувшей от мощи зеркальной магии, но не сдвинувшейся с места, послышался щелчок. Руки Сергея Владиславовича освободили.
— Под вашу ответственность, Шумский, — хмуро отозвался капитан. Между его пальцев сверкнули искры магии, а сам менталист посмотрел на меня.
— Полагаю, господина Иннокентия Кошмаровича тоже придётся привлечь? — усмехнулся Георгий Сергеевич, хрустнув пальцами.
— Кощеев род из староверов, как и у Яги. До прихода Смерти с некромантами они отправляли души за грань, — выдохнула я с трудом, сглатывая ком в горле.
— Значит, придется мэру города сегодня поработать на благо народа. Мы возьмем на себя церковь и улицу, остальное на вас.
Он тоже бросился в толпу, раздавая на ходу команды. Первый ментальный импульс снес с ног молодого Призванного. Цепи зазвенели, хлестнув по земле и едва не задев маленькую девочку. Собой ее успел прикрыть юный послушник, которого подстраховывали другие ребята.
— Кристина, — я посмотрела на Васю. Создав звуковой поток ударив ладонью по ладони, он резко повернулся и нахмурился, взглянув на лопату. Не идиот, все понял сразу.
— Нам надо на кладбище, — выдохнула я. — И в лес.
Он где-то там, в отдалении. Прячется и наблюдает за нами. Ждет своего часа, когда сумеет добиться желаемого. Ведь рано или поздно нам придется сдаться. Магические часы начали отсчёт. Формирование купола замерло, поэтому хотя бы немного я смогла вздохнуть, отпуская лопату и пошатнувшись. Меня придержал Сергей Владиславович, сжавший плечи.
— Мы с Олегом на кладбище, вы с отцом Сергием в лес, — произнес Вася, отступая к другу. — И будьте осторожны, ладно?
Никто не спросил, сколько времени у нас. Достаточно взглянуть на медленно сдвигающуюся стрелку. Астафенко ничего не понимал, но за лучшим другом шагнул без вопросов и слов. По дороге Вася ему обязательно все объяснит, а Олег, возможно, расскажет о последствиях моего контракта. Я еще раз оглядела купол. Он уже частично накрыл город, создавая и формируя вокруг нас инородную реальность. Повернувшись к напряженному Сергею Владиславовичу, я посмотрела на священника.
— Вы понимаете, что в случае чего нам придется убить Максима? — тихо спросила я.
Он молчал, а в уголках глаз скопились слезы. В боевом плане я бесполезна даже с силой Жнеца, значит, биться с зеркальщиком в случае нашей встречи придется именно ему. Дождавшись кивка, я вздохнула.
— Моя задача — защищать невинных, Кристина, — тихо ответил Сергей Владиславович, выдыхая. — И я это сделаю.
— Тогда нам лучше поспешить, потому что времени осталось немного.
Я оставила позади лопату. Теперь она — якорь, удерживающий город от погибели. Прикрываясь от ударов цепей Хаоса, мы пробирались на выход к воротам. Звуки сигнализации потонули в общем гомоне. Мимо нас пробежал леший, отчаянно сражающийся с девушкой Призванной. Ее цепи почти схватили парня за горло. Я дернулась всего на секунду, дабы ему помочь. Меня опередил Еська — перевертыш прыгнул вперед, оборачиваясь прямо в воздухе и разрывая на себе форменную одежду полицейского. Он сбил с ног девушку, скуля от боли, едва металл магических звеньев опалил его шкуру.
— Кристина, скорее! — услышала я крик Васи, махающего мне из окна автомобиля.
— Надо идти, — отец Сергий телекинетическим ударом сбил Призванную с Евсея, скулящего от боли и катающегося по земле. — Они справятся.
— Да, справятся, — прошептала я. Втянув носом воздух, заряженный от магии, я повернула голову к Сергею Владиславовичу и сказала:
— Давайте посмотрим, насколько силен ваш учительский дар убеждения в отношении государственных преступников.
Он слабо улыбнулся, кивнув мне в ответ. Я, как и отец Сергий, надеюсь: сегодня нам убивать все-таки не придется.
Глава 46
Лес рядом с кладбищем в нашем городе считался излюбленным местом для грибников, любителей романтики и настоящих фанатов страшных историй. Периодически сюда наведывались сатанисты для проведения ритуалов — жертвоприношений лягушек, да юные ведьмочки, отрабатывающие на одноклассниках-парнях любовные заклятия. С переменным успехом, ведь любовь — штука непредсказуемая. И неважно: настоящая она или нет.
Протоптанные дорожки давно скрылись под лиственным ковром, а трава сдалась ночным морозам и потеряла прежний живой вид. Пространство вокруг казалось спокойным. Пока мы с Сергеем Владиславовичем осторожно шли к алтарному камню, где ранее я вызывала с Васей демона Бельфегора, ничего пугающего видно не было. Словно этот островок природы отделен от города, который сейчас подвергся нападению зеркальщика. Лишь ярко блестели на солнце осколки стекла над нашими головами. Они застыли в воздухе и не успели собраться в единую мозаику — зеркальный купол.
— С Васей все будет в порядке, — первым нарушил тишину отец Сергий, подбирая полы своей рясы и периодически оглядываясь.
— Я не волнуюсь, — я попыталась придать своему голосу уверенности, но ее не было.
Мы попрощались у кладбища, которое окружал лес. Шумский совсем рядом, но я почти не чувствовала его. Едва мы перешагнули невидимую границу, кожи коснулся неприятный промозглый ветерок, принесший с собой сладковатый аромат — слишком знакомый, чтобы не узнать. Стоя у открытых покосившихся ворот, Вася положил ладонь мне на щеку. Олег старательно делал вид, будто рассматривает увядшую полынь, а отец Сергий наслаждался свежим воздухом.
— Сколько? — тихо спросил он, и мне не нужно было пояснения к вопросу. Вася прекрасно понял, почему я оставила у церкви лопату.
— Менее двенадцати часов, — ответила я, выдерживая паузу в несколько драгоценных секунд. Он с шумом втянул носом воздух, будто борясь со своими эмоциями, и провел ладонью по лицу.
— Мы успеем, — убежденно ответил Шумский, опуская ладони на мои плечи и сжимая их. — А потом я что-нибудь придумаю. Обещаю.
— Конечно, — отозвалась я эхом, улыбнулась, стирая ладонями слезы. — Придумаешь. Ты же умный.