Смерти подобна (СИ)

Не знаю, что произошло. Какое-то внутреннее чутье заставили открыть глаза. Чуткий слух уловил едва слышимый звук лязгнувшего металла. Будто где-то вдалеке гремели кованные цепи. Девушка стояла на своем месте, возле моей постели, держа наготове шприц, наполненный чем-то мутным. Мне и раньше делали уколы на ночь, только вот в этот раз определенно что-то было не так.
— Что это? — я попытался вскочить, но она схватила меня за запястье и крепко сжала.
— Лекарство, — словно эхом повторила девушка, холодно посмотрев на меня и направляя иглу точно мне в вену. — Не волнуйтесь, отец диакон, это для вашей же пользы.
В моих ушах вновь послышался лязг. Теперь он слышался отчетливо, будто кто-то рядом пытался выбраться из оков. Это заставило меня резко, почти по инерции выпустить звуковую волну, мазнув свободной ладонью по воздуху и отправляя медсестру вместе со столиком в полет до противоположной стены.
— Отец… диакон… — почти прорычала девушка, содрогнувшись всем телом и тряхнув головой.
Шприцы, иглы, разбитые ампулы валялись на полу в беспорядке, рядом с разбившейся вазой и разбросанными цветами в луже воды. Взгляд медсестры вспыхнул мрачным алым огоньком, а на губах появилась торжествующая улыбка.
— Он сказал правду… р-р-растешь, — хихикнула Призванная, изгибаясь под немыслимым углом. Черты ее лица будто смазало, проявляя лицо старухи, изрешечённое морщинами и искаженное злобой.
— Я тебя услышал, — процедил я с трудом, сползая с кровати и пытаясь сформировать звуковую сферу между пальцами. Подушечки ощутимо покалывало, а не готовое к новым нагрузкам тело едва двигалось. — Где персонал?
— Никого… здесь больше… никого кроме нас, — хохотнула Призванная, сжимая пальцы, и между ними сверкнули искры. Так легко и непринужденно, будто женщина всю жизнь занималась магией, которой у нее отродясь не было.
Обычные люди без дара после смерти не обретают силу. Тем более то, что сейчас использовала Призванная, назвать магией в полном смысле слова было нельзя. Скорее живая энергия, готовая схватиться за все живое вокруг, точно паук, высосав душу.
Времени на разговоры больше не было. Я резко провёл ладонью по ладони, выпуская мощный поток силы, ударивший в тот момент, когда Призванная бросилась в мою сторону.
Глава 38
— Вы позволите мне увидеться с Ингой?
На моих глазах капитан Лисин зажигает сигарету, с наслаждением вдыхая горьковатый дым. Это не та дешевая ерунда, что продается в каждом магазине за углом. Табачный дым щекочет нос, но почти не раздражает. Усталость на лице Георгия, небрежно накинутый на плечи синий мундир с ярко-желтыми погонами и одной красной вертикальной полосой. Именно на ней сейчас был сосредоточен мой взгляд. Неподалеку от нас тихо переговаривались солдаты, негромко посмеиваясь над какими-то шутками.
Город постепенно приходил в себя после небольшого бунта. Люди и нелюди вновь начинали жить, мирно сосуществуя друг с другом. Всем пострадавшим физически и материально мэрия города обещала оказать помощь совместно с церковью Святой Агриппины. Настоятель лично взял под контроль сие богоугодное дело, каждый день отправляя послушников с гуманитарной помощью для тех, кто временно остался без крова.
В тот самый дом, где все началось, вернуться пока никому не позволили.
— Мне кажется, я достаточно помог вам и отцу диакону, — сделал акцент на Васиной должности Лисин, выдыхая дым. Немного пепла осыпалось на траву под нашими ногами, и я задумчиво оперлась на свою лопату, рассматривая капитана в свете ночного фонаря.
— Я спасла жизнь вашему офицеру ценой своей, — напомнила бесхитростно, не собираясь отступать.
У меня и так не получалось выловить Георгия в одиночестве за эти дни. То беготня в больницу к Шумскому, то Георгий был занят. Мы пересекались только в больничных коридорах, переговариваясь о делах насущных. Обсуждать же столь деликатный вопрос я не собиралась при всем честном народе. Тем более, если менталист собирался вспоминать Васин дар при каждом удобном случае.
 
Равнодушный взгляд скользнул по мне, однако я постаралась отрешиться от всего мысленно. Естественно, в голове зашумело, вот только ничего путного маг узнать не смог.
— А вы настырная, — усмехнулся уголками губ капитан. Кончик сигареты вспыхнул, стоило ему сделать затяжку. — Я же могу вашего возлюбленного прямо сейчас арестовать по сто восемнадцатой статье и по сто восьмой статье пойдет на расстрел без права на амнистию.
От этих слов внутри все похолодело. Непроизвольно память подбросила события сегодняшнего дня. Вот мы с Васей на кровати в одиночной палате после очередной неприятной встречи с его маменькой. Сладость поцелуев и головокружительный спектр эмоций без какого-либо воздействия феромонов да любовных зелий. Стоило признать, что вовсе не волшебные дезодоранты влекли меня к этому парню.
Надоедающий ботаник, раздражающий диакон и самый храбрый мужчина на всей земле. Он мне просто нравился. Вот только наша с ним любовь была обречена. Слишком многое стояло между нами, и его проклятый дар — не самая большая проблема.
— Врете ведь, — я попыталась сделать вид, будто нисколько не испугалась. Да только по взгляду менталиста поняла, сколько глупой была эта попытка. Мои эмоции Георгий не почувствовал, а вот мысли легко прочитал.
— Я предупредил его, что использовать Хаос крайне опасно, — потушив сигарету, капитан Лисин точным броском кинул окурок в мусорку. — Если не дурак, то прислушается.
Окурок не долетел всего нескольких сантиметров, но был мгновенно подобран маленьким рыжим мужичком, недовольно сверкнувшим на нас темным взглядом. Банник фыркнул, выбросил окурок и, перехватив метлу, двинулся в сторону здания местного отделения полиции, где временно расположился штаб Особого Корпуса Жандармов. 
— Вы что-нибудь узнали насчет злыдня? Кто он, откуда… — я замолчала, наткнувшись на мрачный взгляд. Георгий мотнул головой, указывая на стоящих неподалеку солдат.
— Это закрытая информация, — пресек он мое любопытство, скрестив на груди руки.
— Вы же сейчас шутите? — приподняла я брови, а затем всмотрелась в его лицо.
Нет, не шутит. Правда ничего не скажет. И это после моей неоценимой помощи!
— Такая себе помощь, один вред от тебя, — проворчал Лисин, читая мои мысли. Я возмущенно засопела, услышав тихий хохот Жнеца в своей голове.
Мужики — один вред от них.
— Кстати, по поводу вашего отца Сергия и того маньяка, Висельникова, кажется…
Обратившись в слух, я затаила дыхание и ждала продолжения. Капитан поманил меня пальцем, заставляя сделать шаг ближе. Солдаты скрылись в отделении, ворчливый банник, подметающий крыльцо, быстрым шагом направился в сторону парковки. Мы почти вплотную стояли друг к другу с Георгием. Я даже чувствовала запах сигарет, смешанный с его одеколоном, и невольно поежилась от исходящий от него энергии.
— Так вот, по теме вопроса… — продолжил занудно он, наклоняясь и обжигая мою кожу дыханием. Вздрогнув, я прищурилась, поддаваясь еще немного вперед.
— Это тоже секретная информация, — гадливо улыбнулся капитан, игнорируя мой возмущенный вопль.
— Нечестно!
Вот же гад в погонах. Никакого сочувствия к чужому любопытству.
— Советую держаться подальше от этого расследования. Лучше всего, если после выписки вы со своим диаконом отчалите куда-нибудь с гуманитарной миссией церкви, — равнодушно бросил Лисин, застегивая мундир и устало, разминая плечи. — Без шуток. Если с зеркальщиком не смог справиться Ящинский, то не вам пытаться противостоять ему.
 
— Но это же наш город, — попыталась возразить я. Георгий только махнул рукой на прощание, отвечая:
— А моя задача — защищать вас. Даже от самих себя. Поэтому держитесь подальше. Я не люблю терять людей.
Сколько я смотрела ему вслед? Наверное, минут десять, не меньше. Не сказать, чтобы слова капитана воодушевили меня на подвиги. Скорее наоборот, какое-то уныние охватило, заставляя мысленно сопротивляться такому исходу. Как назло, перед глазами появилось выражение лица офицера Ящинского, которому сообщили о потере дара. Для военного мага — это конец всему. Карьере, амбициям, привычной жизни. Он отвернулся от нас, тихо поблагодарив за визит. Ведь все понимали: нельзя вернуть утраченное навсегда.