Смерти подобна (СИ)

«Наградила же дуру природа силой», — философски заметил Жнец, выражая общую мысль.
Глава 31
Мои пальцы ощупывали бронежилет, который мне выдали в качестве защиты. Он был жутко тяжелым, неудобным и сковывал с непривычки движения. Я даже подумывала оставить свою лопату у автомобиля гвардейцев, но потом передумала. Еще впопыхах потеряют, потом ищи ее на черном рынке магических артефактов или выпрашивай у начальника управления полиции на складе вещдоков.
Мы шли гуськом, продвигаясь вперед аккуратно и стараясь не попасть под магические удары, сыпавшиеся на нас со всех сторон. Впереди шли гвардейцы с бойцами жандармерии. По бокам нас сопровождали адские гончие офицера Ящинского, а его амулет работал в полную силу, обеспечивая нас магическим щитом третьего класса.
Совсем не та ерунда, что нам продал хвис в своем магазинчике. Сверхтонкий, мощный, защищающий от любых атак извне. Впрочем, на случай его сбоя на нас были стальные армейские шлемы. Там хоть кирпичами по голове бей, они все равно зачарованы.
— Квартиру будем брать штурмом. Приказ капитана, — отозвался Владислав, чуть повернув голову к Васе, едва мы оказались во дворе дома.
Я вертела головой, рассматривая раскуроченную детскую площадку и выдранные с корнем кустарники. Несколько автомобилей были смяты под тяжестью упавших стволов, а клумбы с цветами попросту раскрошили в крошку. И делала это не только нечисть или колдуны. Простые смертные кричали, ругаясь друг с другом. Соседи били стекла машин, кто-то умудрился бросить в нашу сторону вазу с сухостоем, стоя на балконе. Парочка дерзких молодых оборотней бросались оскорблениями в стражей правопорядка.
— Мясники и изверги!
— Убийцы!
— У них всех крыша поехала, что ли? — буркнул идущий рядом со мной молодой парень. Он крепко сжимал дубинку, по которой пробегали искры магии.
— Чужое влияние, — тихо ответила я, но меня не услышали.
Чем ближе мы подходили, тем сильнее ощущалось давление в воздухе. Несмотря на хорошую защиту, несколько раз мы были вынуждены усилить щит. Вася старался не отвлекаться ни на посторонние звуки, ни на витающую вокруг магию внушения. А вот в случае силовиков приходилось тяжко. Пара солдат корпуса жандармов попытались оспорить решение офицера Ящинского, когда он запретил стрелять из оружия в простых граждан.
— Они нас просто поубивают тут, — рявкнул тот самый спорщик, яростно сжимая пистолет. — Пара серебряных пуль, и эти валандаи* будут уважать власть!
— Отставить! — отдал приказ Владислав, заставляя нас дружно вздрогнуть. Гончие пригнулись к земле и зарычали. Очередная ветка ожившего дерева хлестнула по щиту, и он замерцал, выдерживая нагрузку. — Рядовой Саримов, еще слово, и будешь отправлен в запас с выговором в личное дело.
— Я не собираюсь нянчиться с какими-то магическими вымесками!
Никто не ожидал, что в следующий момент Ящинский ловко развернется и ударит своего же гвардейца под дых. Согнувшись в три погибели, рядовой Саримов с трудом дышал. Вокруг буквально трещал воздух от напряжения, а ощущение безысходности, отчаяния и злости на весь мир просто сводило с ума. Один Злыдень был не способен поселить столько пессимизма в горожан. Даже десяток, им нужна была дополнительная подпидка или очень сильный эмпат. И то с десятком-другим усиливающих амулетов — возможно, обладатель Хаоса, развивший свой дар.
Встретившись взглядом с Васей, я поняла, что он думает о том же.
— Никаких действий против мирного населения, понятно? Мы здесь, дабы устранить угрозу, — прорычал Владислав тем временем. Ему тоже было тяжело, хотя справлялся он на порядок лучше остальных. Бросив взгляд на кашляющего Саримова, он спросил:
— Оклемался?
— Да, ваше благородие, — мгновенно выпрямился рядовой, тяжело дыша. — Прошу прощения за дерзкую выходку… — на щит обрушился град, ударяя по нему с невероятной силой. Чудил кто-то из дальней родни бывших языческих божков. Я подняла голову и заметила первые мелкие трещины.
— Надо идти, щит долго не простоит. Вы определились с местоположением объекта? — повернулся Владислав к Васе. Шумский рассеянно оглянулся, прислушался к чему-то, и я ощутила давление его магии. Гончие, почуяв частицы Хаоса в воздухе, громко завыли.
 
Ох, дурак. Что ты творишь?
— Там, — уверенно кивнул на третий подъезд Вася, где был самый большой разгром. Где-то пятый этаж, — добавил он, выдерживая внимательный взгляд офицера. Ящинский только усмехнулся, но ничего не сказал. Коснувшись амулета, он усилил защиту и вновь обратился к нам:
— Держаться вместе, ни на что не отвлекаться и никуда не отходить. Будем надеяться, что щит выдержит.
Да уж, прозвучало прям очень обнадеживающе.
Я раньше никогда не участвовала в штурмах. Да что говорить, мой максимум был: посмотреть очередной патриотический сериал по первому царскому каналу и посмеяться над выбором актеров со Станкой. Там бравые сильные мужчины врывались в дом преступника, открывая ее пинком одной левой ноги. Реальность была иной. Мы быстро поднимались по лестнице на нужный этаж. Вокруг витало ощущение безысходности и уныния, с которым едва справлялась даже моя нервная система. Лопата ощутимо нагрелась от присутствия магии в воздухе, а спецгруппе Ящинского приходилось буквально пробивать себе дорогу.
— Я больше не могу, — истерично кричала девица, хватаясь за шпингалет пластикового окна четвертого этажа подъезда.
Рядом в коляске плакал ребенок. Именно к нему потянулась молодая мать, но не успела ничего сделать. Одна из гончих по свисту бросилась к ней и глухо зарычала, не подпуская испуганную женщину к малышу.
— Охранять! — отдал приказ Ящинский, тяжело дыша.
Девушка забилась в угол лестничной площадки возле своей двери и испуганно смотрела на наш маленький отряд. Паника, страх и безысходность в ее широко распахнутых глазах говорили о перенасыщении магией.
— Пострадавших будет много, — выдохнул Вася, шагнув было к ребенку, но Владислав остановил его. — Погодите, офицер…
— Нам сейчас не до этого. Гончая справится, — грубо прервал его Ящинский.
Если я едва на ногах стою, желая упасть на колени и рыдать от отчаяния. По щекам уже течет соленая влага, словно опять переживаю бабушкину смерть, то что говорить об офицере жандармов. Основной удар принимал именно он, ведь шел впереди, а три амулета у него на поясе буквально искрили от перенапряжения.
— Первыми в квартиру никому не соваться, поняли? — процедил Владислав, оглядывая нашу парочку. — Даже вам, диакон Шумский. Замогильная?
Я втянула носом воздух и вздрогнула, резко распахнув глаза.
«Чувствуешь его? Призванный. Я слышу их стоны. Скованные души не могут вырваться и страдают. Только странно как-то, звуки будто приглушены», — прошелестел голос Жнеца в моей голове.
Да, я тоже это ощущала. Хоть и не так явственно, как он. Меня не раздирало любопытство от того, кто скрывается в квартире помимо Злыдня. Мы с Васей оказались подле друг друга, закрытые спинами гвардейцев, и старались не мешаться. Ящинский церемониться не стал. Приказ атаковать без промедления едва прозвучал по рации от капитана, а силовики уже вскрывали нужную дверь. Такую хлипкую с виду, абсолютно не защищенную магией.
Странно, разве для проведения ритуалов преступники не должны тщательно прятаться? Но две оставшиеся гончие только царапали стены и отчаянно выли, ощущая Хаос.
— Заходим!
Силовики ворвались в квартиру, быстро продвигаясь и исследуя каждый угол. Щит пришлось снять, но в нем уже не было необходимости. В глубине одной из комнат послышались отчаянные визги и вопли захваченного хозяина.
 
— Пусти меня! Пусти! Я ничего не делал! Я требую относиться ко мне с уважением! Отпусти, гад! Вы не соблюдаете мои права нелюдя.
Удивительно, стоило переступить порог, как все негативные эмоции разом пропали. Я словно вздохнула полной грудью, разглядывая убогую обстановку вокруг. Начиная с ободранных обоев и заканчивая изрисованной рунами мебелью, а также паркетом и стенами. Вся квартира работала как один большой генератор, однако неведомым образом была защищена от пагубного воздействия. Как?