Смерти подобна (СИ)
Не хочу ничего решать, хочу, как маленькая девочка: сесть на пол и разреветься, требуя взять меня на ручки.
Я захлопываю дверь пинком ноги, слыша поворот магического замка, и уже делаю шаг к лестнице, когда меня проносится звуковая волна. Она едва заметна глазу, но ее силы достаточно, чтобы развеять крошечные пылинки в воздухе. Вздрагиваю и замираю, а затем медленно поворачиваюсь, разглядывая профиль Васи. Он опускает руку, чуть шевеля пальцами. Втягивает носом воздух, будто пытаясь уравновесить свое нестабильно состояние, однако стоит нам оказаться лицом к лицу — его выдает посветлевшие радужки глаз. Не слишком заметно, однако достаточно, чтобы понять его настрой.
— Все сказала? — улыбается, но как-то механически, проведя ладонью по лицу. — Итак, насчет расследования.
— И давно ты практикуешь Хаос, Шумский? — перебиваю его, прищуриваясь и чуть сжимая древко лопаты, которая, словно чувствуя угрозу, снова светится. — Хоть знаешь, какое будет наказание, если тебя поймают.
О соседке не беспокоюсь, потому что звуковая волна Васи еще дней на шесть оставит ее глухой. Зато диакон нисколько не смущается моего вопроса. Попросту разворачивается и идет вперед, сунув руки в карманы джинсов, будучи сегодня не одетым даже в черную мантию, положенную каждому прислужнику.
— Хочешь перекусить? До твоей смены на кладбище еще куча времени. Расскажу о расследовании. Попробую переубедить тебя. Еще раз извини за Олега, я с ним обязательно поговорю и Пантелею Пантелеевичу скажу, чтобы прекратил это преследование, — говорит Вася, а я закатываю глаза, забрасывая лопату на плечо и шагаю следом.
Отлично, секреты на миллион наше все.
— Боже, какой ты осел, — цежу недовольно, отпихивая его в сторону и спеша вниз, слыша позади тихий смешок.
— Я просто люблю тебя, это ты упираешься и отказываешься от любого шанса.
Ну да, ну да. Слышали, помним. Говорю же, видать, хорошо прокляла в пятом классе.
— Знаешь что… — замираю, занеся ногу над очередной ступенькой, и меня посещает великолепная идея в тот момент, когда Шумский зудит за спиной старую песенку:
— Иногда мне хочется самих демонов просить о том, чтобы они помогли переломить твое упрямство. Грешно вести такие речи, но все же!
Точно, демоны, оккультная лавка.
— Васенька, — я разворачиваюсь к нему, и он вздрагивает от убийственно-ласковой улыбки на моих губах, нервно сглотнув. — Я, кажется, знаю, с чего нам начать поиск твоих костяшек!
— И с чего? — подозрительно щурится, спускаясь ниже, оглядывая меня и словно ища какой-то подвох.
О, а он есть. И нехилый.
— М-м-м, видишь ли, мой милый поклонник, — отряхиваю невидимую пылинку с его плечо, чуть сжав пальцы и приподнимаюсь, выдыхая у самых губ:
— Знаешь, где достать девственницу?
Эй, а чего он покраснел?
Глава 10
Оккультная лавка «Аля и Экспресс» в нашем городе представляла собой небольшой магазинчик в подвальном помещении жилого дома по улице Святого Николая. Внутри она выглядела как пристанище мага-ренегата, собирающего заспиртованные органы в баночках. Вокруг сушеные заячьи лапки, пучки трав, заговоренные лягушки в аквариуме, наборы свечей, различные книг с обложкой из кожи и груды бесполезных амулетов. Половина из которых разряжалась самопроизвольно в самый неподходящий момент.
Ехать пришлось на местной маршрутке с матами и руганью за кресло. Парочка злобных бабушек-одуванчиков с двадцатью килограммами урожая на горбах — это вам не шутки! Кто бы знал, как резво они могут бегать по салону, отбиваясь клюками. И никакие некроманты с лопатами да диаконы с угрозами отлучения от церкви им не страшны.
— Чито, чито гаваришь, лотос мой?
Рыжие лисьи уши заметно подрагивают от возбуждения. Хвисы — существа странные. Наполовину лисы, наполовину люди. Пушистый рыжий хвост, уши и врожденная хитрость идут вкупе с явной алчностью, которой загораются их карие глаза с вертикальными зрачками. Длинные темные волосы повязаны в косу, а поверх обычной одежды яркие кимоно, явно сшитые на какой-то подпольной фабрике: кривые бабочки тому подтверждение.
— Тимон, — мрачно изрекаю, опираясь на стеклянную лавку и глядя хвису в глаза. — Ты для кого тут спектакль разыгрываешь, морда монгольская?
— Чего начала-то, — мигом теряет свой «восточный» акцент хвис, ведя носом и отворачиваясь. — Не даешь нелюдям продажи вести!
— Я еще понимаю Алла Ли, она — кицунэ* по рождению. А вы куда всей семьей?
Наши хвисы* — это летающие лисицы. Самые обычные, только с крыльями и некоторой долей чарующей магии. Конкретно Тимур Хангалов со своей бабушкой и родителями перебрался к нам еще в бытность мелким щенком. Они прекрасно говорили по-русски, очень быстро прижились и даже франшизу открыли в нашем захолустье. «Алла и Экспресс» — это огромная торговая сеть магазинов в Азии. Кицунэ русско-китайского происхождения, ворвавшаяся на рынок дешевых оккультно-магических товаров со своим барахлом, сляпанным часто на мелкой фабрике, просто сдвинула в сторону все брендовые магазины. Да и зачем магам покупать авторские свечки для ритуалов, если похожие продаются в два раза дешевле в интернете? Так из небольшого сайта «Аля и Экспресс» стали сетью магазинов, работающих по всей нашей империи со знаком «качества» из Азии.
А хитрая девятихвостая лиса-менталист — миллионершей в мире торговли всякой магической ерундой. Даже турецких джиннов выгнала с рынка.
Подозреваю, эта идея облачать всех в традиционные наряды тоже принадлежит ей.
— У нас же марка, — задирает нос Тимур, постукивая когтем по стеклу. — Так чего хотела? Если просто поболтать, то некогда мне. Надо еще девятьсот поломанных свечек со скидкой продать.
— И вам не стыдно? — тут же подает голос Вася, возмущенно отставляя баночку с заспиртованной летучей мышью на пыльную полку. — Продаете некачественный товар по низким ценам, просто не давая шанса конкуренции!
— Ключевая фраза: «низкие цены», уважаемый диакон, — разводит руками Тимур, пожимая плечами.
— Бесстыдство какое, — шипит рядом Шумский, наклоняясь к моему уху. — И вот у него ты хочешь купить все для ритуала? Кристина, одумайся! Давай придумаем другой способ!
— Нам нужна кровь демона, — отмахиваюсь, глядя на прищурившегося раскосые глаза хвиса. — Итак, пушистый друг. Мне нужна хорошая магическая защита, несколько свечей для проведения ритуала, нож из закаленной стали и… книжка по демонологии.
— О! Это ты по адресу, — хихикает Тимка, помахивая хвостом, торчащий в прорезе его кимоно-халата, и быстро исчезает где-то в подсобном помещении.
Тяжелый запах лекарственных трав и затхлости наполняет легкие. Взглядом прохожу от изрисованного печатями черепа на одной из витрин до стойки с магическими маслами. Невольная ухмылка касается моих губ, когда я вспоминаю сегодняшний разговор в маршрутке на тему девичества.
Демоны — гермафродиты. Им в сущности все равно, кто перед ними: мальчики или девочки. Главное — невинность и наличие какого-никакого дара у жертв, дающего им возможность размножаться со своим гаремом.
Нет, нет, никакого насилия. Демоны используют чистую кровь в ритуале духовного слияния с «благочестивыми супругами». Можно сказать, деторождение происходит от святого духа. Чем больше способностей у жертвы, тем сильнее будет потомство. В принципе, ничего ужасного. Жертвенные девственники и девственницы живут долго, крови у них берут всего пару капель, а о своих «возлюбленных» каждый демон заботится порой получше, чем многие в законном браке живут. Хотя невозможность покинуть гарем порой угнетает. Ведь демоны после ритуала буквально привязываются к ним и могут до конца дней ходить за своими женами да мужьями, пока их не изгонишь обратно в пустоту.
— Не смешно, — огрызается снова Вася, будто читая мои мысли. Он ставит обе руки по обеим сторонам от меня на стеклянный прилавок и внимательно смотрит. Мои губы подрагивают.
Серьезно, смешно ведь. Мужику под тридцатник, а он еще ни разу…