Сигнал из прошлого

– А можно мне воды? – прошептал Тимофей.
Следователь покосился на пустой графин с засохшим у горловины известковым налетом.
– Давайте сначала проясним. Итак, вы бегали в парке утром. Свернули с дорожки в лес. Все верно?
– Я бежал, – уточнил Тимофей. – Услышал писк и остановился.
– Почему?
– Как – «почему»? – захлопал глазами Тимофей. – А если там телефон?
– И… что?
– В смысле? У меня так друг однажды шел через Битцевский лес и нашел «Самсунг», совсем новый!
– Ясно. – Лицо следователя продемонстрировало легкую степень презрения. – Значит, вы пошли на поиски «Самсунга». Дальше?
– Дальше увидел ее и… О господи!
Тимофей задрожал всем телом, поднес ладони к лицу… Нет, нет, не истерику. Истерика – это для женщин. Лучше – что-то вроде панической атаки. Это надежнее.
Тимофей схватился за сердце, вытаращил глаза и принялся ловить ртом воздух.
– Ну что такое? – скучающим тоном спросил следователь. – Успокойтесь…
Однако когда Тимофей сполз со стула на пол, скепсис из голоса следователя исчез. Он выбежал из-за стола, опустился рядом на колено. Хлопнул Тимофея по щеке.
– Воды… – просипел Тимофей.
Чем вода может помочь человеку, у которого такой приступ, он не знал. Это была чистейшая импровизация. Потому что, если следователь начнет звонить в скорую, стоя здесь, это не даст ничего. А нужно было время. Буквально несколько мгновений…
Сработало.
Следователь выбежал за дверь, и она захлопнулась.
Тут же перестав задыхаться, Тимофей вскочил на ноги. Одной рукой достал из кармана спортивных штанов смартфон, другой развернул к себе лежащие на столе папки.
Дуракам информация ни к чему, они не умеют ею пользоваться. А вот ему – пригодится.
* * *
Полицейские приятно удивили Тимофея. Они додумались потребовать разблокировать смартфон, чтобы убедиться, что в нем нет ничего, противостоящего интересам следствия. Записали уникальный код устройства.
Чего они не знали – так это того, что существуют разные рабочие пространства. Разные – в зависимости от кода, который вводишь при разблокировке. Полицейские, посмеиваясь, пролистали бегло сохраненную порнушку и вернули смартфон Тимофею. Теперь же он, сидя напротив дежурного, вошел в настоящий воркспейс.
Итак, первое. Часы-пейджер.
Похоже, ими толком не занимались двадцать пять лет назад, не будут заниматься и сейчас. Зачем копать глубоко? Убийца-психопат оставляет часы, чтобы они издавали писк в определенное время. Эти устройства крайне назойливы. Если будильник не выключить сразу, сигнал будет повторяться через каждые пять минут.
Ну ма-а-ам, ну еще пять минуточек!
Тимофей ждал полицию чуть дольше десяти минут, стоя напротив трупа. За это время будильник сработал дважды.
«Если бы я был убийцей – на сколько бы поставил будильник? Во-первых, цель. Чтобы тело нашли? Его в любом случае найдут, рано или поздно. Чтобы нашли в определенное время? А смысл? Я был там в это определенное время. И до него, и после. Ничего не менялось. Не-е-ет, тут что-то более глубокое. Убийца подает сигнал, хочет что-то сказать, пусть сам этого и не сознает. Хорошее прозвище – Сигнальщик. Лучше не придумаешь.
Во-вторых, если убийца хочет что-то сказать, то имеет значение каждая деталь. В том числе – время. Если бы я просто хотел привлечь внимание прохожих к трупу, поставил бы будильник на семь ровно или даже на половину восьмого.
Будильник был заведен на без десяти семь. Что это может означать?»
Тимофей в задумчивости пролистнул еще одну фотографию. Вот те же часы, но теперь на экране – текущая дата. Якобы текущая. Это современные устройства всегда знают, который день и час. «Старички» были вынуждены верить хозяину на слово.
– Здравствуй, Тиша, – раздался совсем рядом голос Вероники. – Ну что, допрыгался? Вот из полиции я тебя еще ни разу не вытаскивала. На самом деле – горжусь. Настоящий каминг-аут, вышел из зоны комфорта…
– Тебе нужно погуглить значение термина «каминг-аут». – Тимофей встал, заблокировав смартфон и протянул руку. – Привезла?
 
– А то ж! – Вероника сунула ему паспорт. – За что взяли-то? С подозрительным видом шарился по парку? Медитировал на Вечный огонь?
– Почти угадала. Труп нашел.
Пока Вероника поднимала отвисшую челюсть, Тимофей прошел в кабинет следователя – показать паспорт.
* * *
– Куда мы едем? – спросил Тимофей, когда Вероника свернула в противоположную от гостиницы сторону.
– Работать, – огрызнулась она. – Я договорилась о встрече, а тут ты со своими трупами. Когда уже заведешь полезную привычку оповещать о своих планах заранее?
– Предположим, ты настраиваешь часы, – вместо ответа сказал Тимофей. – Какую дату ты на них поставишь?
– Текущую, – буркнула Вероника.
– Это самый очевидный вариант. А второй?
– Второй вариант – вообще ничего не выставлять.
– Согласен. В этом случае часы будут показывать дату, начиная с первого января нулевого года… Наверное. Если бы у меня было одно из этих устройств, сказал бы точно. Либо они вообще ничего бы не показывали. Но часы, которые убийца оставил девушке, показывали совершенно конкретную дату…
– Господи, ты что, трогал вещдок?! – возмутилась Вероника.
– Я был в перчатках.
– Мама, роди меня обратно… Итак, ты вышел из гостиницы пораньше, взял с собой перчатки, нашел труп еще до того, как сработал сигнал… Ты соображаешь, что творишь?!
– Конечно. – Тимофей не отрывался от экрана смартфона. – Я веду расследование.
– А если бы ты напоролся на убийцу? Когда он пристраивал там свою жертву?
– Тогда дело было бы уже раскрыто. Но я опоздал, к сожалению. Догадался слишком поздно… Так, ну ты погляди!
– Чего? – покосилась Вероника.
Тимофей показал ей экран смартфона, но Вероника не могла отвлечься от дороги, и ему пришлось объяснять:
– В кабинете следователя мне удалось сфотографировать материалы текущего расследования. У меня есть имена всех трех жертв, сказочное везение. Имя первой девушки уже известно, кто-то слил журналистам, но вот второй и третья… Нашел их профили в соцсетях, и что ты думаешь?
– Ну не томи уже… – вздохнула Вероника, объезжая заглохшую машину с буквой «У» на крыше.
– Все трое работали на нашего заказчика, Дениса Белова. В разных филиалах. Он – главный подозреваемый. И третий филиал… – Тимофей открыл карту и обозначил на ней три точки. – Интересно. Все ближе и ближе к торговому центру «Астролябия», собственником которого является Белов.
– И сколько у него всего филиалов?
– Шесть. Считая с тем, что в самой «Астролябии».
– А в прошлый раз жертв было семь…
– Верно.
Тимофей посмотрел в окно. На стекло падали одиночные капли, которым пока еще не хватало сил объединиться под гордым именем дождя.
– Семь убийств, семь трупов. Семь часов.
– Что? – вздрогнул Тимофей, поняв, что Вероника что-то говорит.
– Если эта отморозь кладет трупы там, где в прошлый раз, и даже в те же дни, то, может, нам стоит намекнуть об этом копам? Ну, знаешь… Я понимаю – азарт, желание обойти тупорылых легавых, это все благородно. Но если устроить грамотную засаду, то можно спасти еще четверых человек.
– Мы спасем, – ответил Тимофей.
– Как? – Вероника остановила машину в незнакомом дворе и уставилась на Тимофея. – На мой взгляд, тут все только запутывается, чем дальше – тем сильнее.
– Дело раскрыто.
– Что? – Вероника замерла, коснувшись ключа зажигания.
– Дело раскрыто, – повторил Тимофей. – Я нашел убийцу. Если бы догадался раньше, то и сегодняшнего трупа не было бы. Но я слишком долго сопоставлял данные, опоздал буквально на несколько часов. И теперь все, что осталось, – это собрать доказательства и найти ответ на вопрос: «почему?».
После долгой паузы Вероника вытащила ключ из зажигания.
– Тиша, ты меня иногда просто пугаешь.
* * *