Почтальон (СИ)

— Обновка твоя, примеряй, — с этими словами, здоровяк, вывалил содержимое прямо не траву.
— Ого!
Это оказался скафандр внешников, да тяжёлый какой, взвесив обновку в руках, я решил, что весу в нём не меньше двадцати кило.
— А это на хрена?
Я ткнул пальцем, в пару подозрительного вида трубок, торчащих прямо из причинного места, то есть, если одеть костюмчик, максимальное неудобство обеспечено, если конечно не засунуть их…
— Да ты прикалываешься!?
— Хе–хе, зря ты, говорят удобно, хочешь так, а хочешь эдак, штаны останутся чистыми.
— Вот себе и втыкай, — с этими словами, я достал нож, и срезал девайсы под корень.
— Ну вот… Инвентарь испортил, — притворно возмутился Клепан.
— Погоди–ка! — меня осенила догадка. — Это не Томпсона, случайно, костюмчик?
— Его родимого, — здоровяк, вовсе не стесняясь, злорадно улыбался.
— М…ь!
Мне совсем не улыбалось, носить стрёмный скафандр, после заднеприводного пришельца.
— Да ты не переживай, хе–хе, это не заразно! Да и спиртом изнутри протёрли.
— М…ь!
Ко всем неудобствам, добавилась ещё одно — жара. Скафандр был рассчитан на сутки автономного использования, он не только жидкости выводил, на спине присутствовал плоский кислородный баллон. Уж не знаю, как в него помещался суточный запас воздуха, может там вторичная и третичная очистки предусмотрены, но факт в том, что воздух закачать забыли, внутренней циркуляции не было, а дышать мне приходилось как рыбе, через спину. Стронговские умельцы, тупо сделали дырку.
Открыв забрало, я с удовольствием вдохнул чистого воздуха, да и в бинокль смотреть было намного удобнее.
— Если что непонятное увидишь, спрашивай, — посоветовал Клепан.
— Смотрю уже полчаса, не вижу главного, где охранник?
— Полчаса говоришь, — здоровяк забрал прибор и принялся глазеть на базу. — Шестичасовая смена, проверка орудий каждый час, так что ждём, скоро появится.
— Если не проспит, — подытожил я.
— Не проспит! Зуммер в шлеме, срабатывает каждые шестьдесят минут. Тупо, конечно, но это же армия! На — сам не проспи, — Клепан передал мне бинокль.
— Из большой трубы повалил чёрный дым, — поделился я наблюдением. — Это то, о чём я подумал?
— Да брат, это крематорий, — подтвердил мою догадку напарник.
Мне вспомнился фильм про вторую мировую, концлагерь, худые, измученные тяжким трудом люди, стоят в очереди к большому серому зданию, с такой же трубой. Долго ждать не приходиться, конвейер, отработанный нацистами до мелочей, сбоев не даёт. Открывается воротина и заходит новая партия на «помывку», а в центре раздевалки, многометровая куча, состоящая из одежды и обуви, всё что осталось, от нескольких сотен людей.
— Сука!
— Немного не то, но тоже подходит, — ответил Клепан.
— Да нет! Я его вижу. Охранник!
— Всё, не мешаю, ищи место, за гаубицей мёртвая зона.
— Что за гаубица?
— Не тупи, большая пушка, на тебя смотрит!
— Вижу!
— Бульба дал тебе шпаргалку!?
— Было такое, — ответил я, не отвлекаясь от наблюдения. — Всё заучил, не ошибусь.
— Это хорошо. Пароль, кстати, для подстраховки. Если всё пойдёт по плану, у тебя будет пропуск того охранника. Он не именной, так что до первого поста, дойдёшь без проблем.
А ведь Бульба говорил, что убить придётся одного охранника, тот ещё врун.
На посту двое, затемняю шлем и подхожу вплотную, и работаю, потому что не пропустят. Скафандр без знаков различия… Уже не важно, убить надо всех… Труба… чадит, как–то по–особому, словно мазут. Откуда мне знать, как горят люди? Неважно… Огонь в той печке, надо погасить, а для этого, надо убить!
— …Знаешь, как убить быстро и бескровно? — прервал здоровяк мои мысли.
— Знаю… знакомый элитник научил, — сказав, я изобразил, как втыкаю нож в сочленение черепа.
— Можно и так, — одобрил клепан, странно, как–то по–новому меня рассматривая. — Только не забывай, удар должен быть мощным, ткань усиленная, а ты не элитник!
— Как включить бомбу? — задал я, главный вопрос.
— Хе, включить, это тебе не микроволновка! Вот, сунь в разгрузку.
 
Клепан, дал мне пистолет с глушителем, я тут же последовал его совету.
— А это, — он достал что–то вроде коробочки, с каким–то набалдашником сверху.
— Пульт от микроволновки?
— Можешь и так называть, главное, когда придёт время, откидываешь защиту, и жмёшь красную кнопку… У тебя будет тридцать секунд, — говорил он, медленно с расстановкой и внимательно глядя в глаза.
В ответ, я усмехнулся и кивнул. Тридцать секунд, весёлые ребята, стронги. Но я сказал, что сделаю, значит сделаю.
— Скажи Клепан, для меня обратная дорога предусмотрена?
Этот вопрос волновал с самого начала. Насколько они честны? Белая жемчужина, конечно, не пульсар, но и не дешёвка. Стронги не пожалели сокровища ради достижения цели, попутно показав, что доверяют мне, ведь сильному телепортеру, сбежать труда не составит, прыг скок и был таков. Но я, так не сделаю и хитрован Бульба, об этом знает, он давно меня просчитал, вычислил, просмотрел насквозь, в общем, сделал всё, на что способен хороший командир. Я не стал, задавать этот вопрос Бульбе, возможно, он бы ответил честно, но это не то, не тот типаж, а вот Клепан, совсем другое дело.
— Спали этот вонючий стаб, и я задействую все резервы, но на базу доставлю, а там уже решай сам.
Вот за что, мне нравиться Клепан, коротко, ёмко и честно.
Получив нужный ответ, я прильнул к биноклю и понял, что время пришло.
— Подходит к твоей гаубице… всё Клепан, будь здоров.
— Ни пуха!
— К чёрту…
Странно, но на тренировках, стронги не заставляли меня прыгать на большие расстояния, двести, триста, максимум пятьсот метров. Я‑то, в себе был уверен, знал, что сдюжу, хоть опыта особо не было.
Прыжок ничем не отличался, от множества других. Вот, я отвечаю на пожелание Клепана и раз, удивлённая, гладковыбритая физиономия охранника. Он, почему–то был ко мне лицом, а не задом. Не важно, коротко блеснуло лезвие и нож утонул по самую рукоятку, место я выбрал удачное, прямо под шлемом. Охранник, видимо хотел что–то сказать, а получилось короткое» …кха…». Ноги подгибаются, он падает. А я теперь, второй лейтенант Стебхен. Кроме знаков различия, которые крепились тупо на липучках, я нашёл пропуск, уже знакомую винтовку и пистолет, его брать не стал.
Первый готов — лиха беда начало. С этой нездоровой мыслью, я вышел из–под гаубичной защиты и продолжил своё, точнее Стебхена путешествие между пушек. Шёл не спеша, как и положено часовому.
Нужно всё обдумать. А может оставить бомбочку здесь, нажать красную кнопку и прыгнуть за горизонт? Мысль была здравой, но отдавала малодушием. Не так меня воспитывали. Значит, действуем по плану. Камеры вращались по мере моего передвижения, решив, что так и положено, я шёл дальше, затемнение шлема, можно объяснить ярким солнцем. Сердце колотилось как у бешеного кролика. Боль в голове усилилась, напоминая о том, что прыжок не прошёл даром, почти пять километров — новый рекорд. А вот и заветная дверь, точнее шлюз. Зайти сразу или ещё потоптаться?
Подумать, я не успел, потому что, почувствовал то, о чём уже и думать забыл. Неистовая хищная злоба, замешанная на неутолимом голоде. Не может быть! Ощутив, как на затылке шевелятся волосы, я обернулся, но увидел только, молчаливые ряды пушек. Нет, эта тварь не сможет сюда пробраться, значит, она где–то там, за периметром. Тот несгораемый, непробиваемый элитник, выследил меня. О причинах, я не задумывался, но вряд ли тварь пришла поздороваться. Н-да, обратная дорога перестала казаться скучной.
Окинув взглядом окрестности: ровные, словно выбритые поля, и далёкое редколесье, я остановился на холме. Отсюда он казался намного больше, где–то на его вершине сидит здоровяк, я был уверен, что он меня видит, но предупредить возможности не было. Ладно, там не дети, разберутся, а у меня свои дела.
С этой мыслью, я направился к шлюзу, торопиться некуда, но и тянуть, смысла нет.