Почтальон (СИ)

" — Артурян," — сказал Толик, разлив водку по рюмкам.» — Всё это было давно и неправда," — с чем я полностью согласился. И мы выпили — прикончив бутылку, пошли за следующей, и ещё за одной, а потом по бабам сходили. Толик утверждал, что удачно, но я не помню. Затем мы с кем–то подрались и провели ночь в вытрезвителе, в общем закрепили нашу дружбу по всем фронтам.
Застолье продолжалось третий час, поддатые гости танцевали, выпивали и опять танцевали, делая перерывы на игры затейника тамады. Градус пьянки накалялся и после пол литра выпитого, мне вдруг стало скучно. Брошенный на Толика короткий взгляд, вновь подтвердил, что мы с ним на одной волне. Нам по сорок пять лет, давно не дети, но нетрезвая физиономия друга говорила: «А не тряхнуть ли нам стариной?»
— Дорогие гости, давайте поздравим родителей наших молодых! — тамада добросовестно отрабатывал свой хлеб. Посыпались тосты, звякнула посуда.
— Тебя как звать, братишка? — отвлёк меня сосед слева, пытаясь перекричать музыку.
Бывший брюнет, а ныне обладатель шикарной лысины, успел дойти до состояния, когда все вокруг родные.
— Артур, — представился я, протягивая руку.
— Михаил, — ответил тот, отвечая на рукопожатие. — Давай за знакомство Артур, а то битый час сидим рядышком и пьём о своём, прям как не родные.
Что и требовалось доказать.
Выпили, закусили, опять налили. Слушая мало что значащую болтовню соседа и кивая в нужных местах, я сканировал свадебную тусовку. Танцуют в основном дамочки и несколько подкаблучников, остальные мужики вроде меня и Михи, пьют, болтают о своём и о чём–то спорят. У молодёжи интересы другие, собрались все за одним столом и веселятся по–своему.
А вот типок в синем пиджаке поверх футболки и чёрных мятых джинсах, идёт сквозь всех и в наглую толкает плечами встречных мужиков, этакий Титаник местного разлива. По–бычьи выпятив челюсть, мутным глазом разглядывал каждый потенциальный айсберг, за ним же следовала парочка друзей.
О! То, что надо!
— Извини Мих, отойду на минутку, — оправдался я перед соседом. Тот, кивнув, потянулся за мясной нарезкой.
Поднимаясь со стула, я маякнул Толику. Тот, сразу все понял. Сказал что–то Аньке на ухо, поспешил покинуть свое место.
Мой рост давал хороший обзор. Возвышаясь над танцующими, я не упускал из вида нашу цель и сразу направил стопы в сторону синей команды. Шёл бочком, как бы не замечая их, но, как и ожидал, был моментально срисован. Выглядело это смешно, определив во мне жертву, они качнулись из стороны в сторону, прям как поплавки при порыве ветра, затем бодренько направились в мою сторону. Синий костюм уже и плечо назад отвёл — «ща как жахну», читалось в его глазах. Для неготового человека, это было бы неприятно. Зная, как действовать дальше, я сгруппировался и встретив плечо соперника, что есть силы толкнул его. Задира не мог знать, что это наш с Толиком любимый приём, мы его частенько отрабатывали. Получив неожиданный отпор, костюм полетел назад, зацепил телом менее трезвого кореша, а тот другого. Зрелище стоило затеянного, все трое попадали как доминошки, но только живые, пьяные и вопящие матом.
«Да, я силён!» — пришла весёлая мыслишка.
— Чо, м…я? — возмутился синий пиджак, сверкая сандалиям и пытаясь подняться.
— Извиняюсь мужики, — крикнул я, сгибаясь в издевательском поклоне. — Человека искал, а вас не заметил.
— Сука, м…я, — удивляя словарным запасом, отозвался один из корешей пиджака поднимаясь с пола, одновременно он заглядывал мне в лицо, возможно, он искал раскаяние в содеянном. Но не разглядев ничего подобного пригрозил: — Ну всё м…я!
«Ну наконец–то, повеселимся!»
Я отвлёкся всего на мгновение, поискал глазами Толика и упустил третьего из корешей, тут же поплатившись за беспечность, довольно чувствительно прилетело в челюсть. И вот Артур сидит на полу, не понимая, откуда и как? Женская часть сообщества, наконец завизжала, тем самым заглушая хорошую музыку.
— Вы чо деревня, воще охренели? — друган Толик подоспел с риторическим вопросом.
 
Бац
— Сука!
И вот я уже за спиной у друга, с разбитой, но тем не менее довольной мордой, прикрываю тыл, так сказать.
Тамада кричал что–то в микрофон, пытаясь присмирить раздухарившихся мужчин. Но куда там! Смачные удары, маты, крики, визг прекрасной, но не менее пьяной половины человечества.
— Соотечественники! — грянул из динамиков зычный голос, на секунду останавливая свалку.
«Кто там, такой образованный?»
Это был недавний знакомец Миха.
— Попрошу без фанатизма, никого не калечить и меня в том числе…ааа, — закончил Михаил речь. Выбросив микрофон, он прыгнул в самую гущу схватки. — Артурян…друган, я за тебя!
Мы с Толиком держались, приняв пополнение в лице Михи. На нас наступали с трех фронтов. Роняя ударами противника, падали сами, чтобы тут же подняться.
Как обычно бывает в подобных ситуациях, время, течет по–особому; то тянется как резина, люди словно стоят не двигаясь, точно время про них забыло, то всё размазывается, раскручивается с огромной скоростью. И вот, в один прекрасный момент, я понял, что мы не в зале ресторана, а в соседнем парке, среди сосен и елей. Как подобное произошло, мозг комментировать отказывался, да и не до этого было. Я пытался достать мелкого мужичка, но тот довольно ловко уворачивался.
— Гадская мелочь, — крикнул я, отпрыгивая от подножки.
На мою реплику, мужик хищно ощерился, показывая неровные, редкие зубы.
— Ну всё козлы, баста! — раздался пьяный голос.
— Кто там вякает? — возмутился я, впечатав правый кулак в мелкую наглую морду.
Мужик отлетел кому–то под ноги. Но развернуться на голос, я не успел. Хрясь…ослепительная боль в затылке и темнота.
* * *
Очнувшись, почувствовал жесткую щётку травы под шеей и дикую боль в голове. Мысли путались, пытаясь найти рациональное объяснение.
«Где я? Что случилось? Что с головой?»
И как это обычно бывает, сознание, начало догонять последние события.
«Ну и что за урод меня вырубил?» Даже думать больно. Ломота в затылке говорила о чём–то тяжёлом, явно не кулак.
— Сука, — услышав собственный голос, я удивился необычной сухости во рту.
Кое–как разлепив глаза, я попытался сфокусироваться. Получилось не сразу, сначала вернулся слух, а только потом зрение. Что–то явно было не так. Звёзды светят слишком ярко, а ведь рядом город. Вокруг подозрительно тихо. Сверчки и всякие ночные таракашки, конечно же стрекочут, куда без них. Но где остальные звуки? Музыка из кафе, недовольные возгласы мужиков, женские визги? И почему воняет какой–то кислятиной?
— Толик? — выкрикнул я, пытаясь подняться. Но резкая боль в затылке вернула меня обратно. Чертыхаясь, я всё–таки поднялся, сначала на колени, и только затем встал в полный рост. Яркая луна освещала прогалины между соснами. Там вроде кафе должно быть?! Я уже настроил фарватер между деревьями, но взгляд пополз на ночное небо. Астрономия не была моей сильной стороной, но звёзд вроде, слишком много. Что за хрень? Последствия удара?
— Толик! Миха! — позвал я друзей.
Где–то, не так далеко, как хотелось бы. Раздался звериный рык.
— Ох ты ё…
Я не трус, но ведь рык был медвежьим, или ещё чёрте чьим. Да и рык странный, урчащий. А если судить по глубине звука, зверина огромная. По воле инстинкта, я пригнулся и рванул в ту сторону, где предположительно было кафе. Но далеко не ушёл, быстрые передвижения в темноте, чреваты. Споткнулся и влетел во что–то липкое, пахнущее мясом и дерьмом.
— Что за х…я!
Это был разорванный человек. Труп, весь изъеденный, изгрызенный так, что было не понятно, мужчина это или женщина. Освещения недостаточно, чтоб рассмотреть подробности, но мозг сам дорисовал картину растерзанной жертвы. Я очень надеялся, что это не Толик.
Лёгкая тошнота, быстро прошла, покойников навидался, а вот то, что в кишки вляпался, это неприятно. Откатившись от трупа, я зарылся руками в траву, как мог оттёр и опять поднялся, Морщась от боли в голове, осмотрел костюм, он был весь в крови и других человеческих выделениях, проще выбросить, чем отстирать. О чём я думаю? Тут непонятно кем съеденный труп, а я о костюме.