La famiglia (СИ)

 Кажется, что моё лицо на мгновение, но исказилось сначала испугом, а потом гневом, потому что блондин посмотрел на меня как-то внимательно, но всё же дядя (хуйло, на самом деле, он, а не дядя) не зря в меня вкладывался, ведь актёр из меня отменный.
 Я быстренько состряпал улыбку до ушей, от которой эти маразматики обычно падали с оргазмическими инфарктами, и оглядел обстановку.
 М-да.
 Это просто подстава межгалактического масштаба. Их было двое. Благопристойного вида пожилой мужчина с довольно глупыми британскими усиками и этот Похититель Чужих Девиц. Мало того, что дядя разболтал двум незнакомым престареликам о том, что я омега, так ещё оказалось, что я должен развлекать их один. Ненавижу. Он, сука, одной тачкой у меня не отделается! Ещё и предыдущую модель хотел подсунуть, ха!
 Я окинул дядю убийственным взором, тот не менее убийственно улыбнулся в ответ, мол: «только попробуй что-нибудь исполнить», и мы разошлись по своим ролям. Дядя надел маску успешного, очень-не-совсем белого бизнесмена, а я — доброжелательного обольстителя. Очень доброжелательного. Прям доброжелательность из всех щелей.
 Я весело рассмеялся, словно этот красавчик пошутил что-то смешное, и опустился между ним и старичком аристократического вида, который, к слову, для своих запредельных (или запердельных, вот умора) лет выглядел ну просто очешуительно. Хотел бы я так выглядеть в его сто пятьсот. Или сколько ему там.
 — У нас со Стэном свои шутки... — протянул я, окинув присаживающегося в кресло дядю взглядом из серии маниак-убийца-насильник-людоед, а затем остальных присутствующих мужчин одарил улыбочкой уже из серии маниак-сексуальный-осторожно-горячо. — Лиам Шелби. — Первым делом протянул руку старичку.
 Старичок мягко улыбнулся, принимая руку, и пожал тоже мягко, как девочке, хорошо, что не потянул к губам, как они часто любят делать. К мальчикам для услады глаз иначе и не относятся. А к мальчикам для услады глаз, которые ещё и омеги… Страшно подумать, как меня тут целиком ещё не облобызали... Кстати. Не этот ли старичок — тот самый альфа? Вот жил себе, не тужил. Не знал, кто из мужчин альфа, кто — омега, а кто — бета. Просто мужики. Пацаны. Мальчики. Мужчины. И так далее. И тут, на тебе. Сам оказался омегой, так ещё и целых двух альф за неделю повстречал. И ничего, что количество альф на количество бет по соотношению примерно один к тысяче. Как, к слову, и омег.
 — Джейк Трейси. Можно просто Джейк. — Ну хоть имя у старичка нормальное. Не какой-нибудь там Уильям или Рональд... — Когда Стэнли сказал, что нашу компанию разбавит очень соблазнительный юноша, то не соврал.
 Голубые глаза старичка смотрели с нескрываемым интересом. Да уж, этот явно вознамерился посадить меня на свой член, если не сегодня, так когда-нибудь…
 И тут я со страхом осознал, что если старичок реально и настойчиво вознамерится это сделать, дядя и пальцем не шевельнёт, чтобы его отговорить. Потому что и эта комната, и эта тесная компашка... и дорогая... дорогущая картинка, приглашённая скрасить вечер, выступить своеобразной бизнес-смазкой... всё это не делается для простых клиентов.
 Я изобразил на лице смущение, хотя внутри поднапрягся.
 
 — Ну что Вы...
 Джейк нежно погладил меня пальцем по запястью, прежде чем отпустить мою руку, которую уже задержал дольше, чем позволяли приличия. Самое отвратительное, что мне понравилось. Я аж вздрогнул, и на мгновение поплыла идеальная маска, но лишь на мгновение. И я снова был на коне, решив, что с реакциями грёбаного омежьего тельца разберусь потом.
 — Виктор Ганби, — представился второй мужчина. Этот пожал руку уже без выкрутасов с прикосновениями, зато его ехидненькая ухмылка сказала всё за него. И я, в целом, его понимал. Как тут не поехидничать, если какой-то мальчишка сначала клеил твою добычу на ночь, а потом ещё и оказался омегой. Омегой для развлечений. Блеск!
 Когда со слишком любезными любезностями было покончено, Стэнчик принялся обсуждать с остальными мужчинами, не считая меня, их важные дела. А у меня были свои важные дела. Мне нужно было красиво сидеть, красиво улыбаться, красиво подливать гостям напитки, кокетничать и держать лицо, когда ко мне прикасались. И если Джейк Трейси и лапал, то лапал, как джентльмен, то вот Виктор Ганби лапал, как крыса сутулая. В чем разница? Во взглядах. Я ведь существо почти безмолвное. Моё дело тихо сидеть и принимать сальные шуточки с улыбкой. Поэтому есть время и гостей хорошенечко поразглядывать, и алкоголя побольше подлить в нужный момент, и уши погреть... За это меня Стэн и ценит. За профессионализм, который проявляется не только перед камерой. Я ещё и его личная ищейка, если уж на то пошло.
 Так вот, сидя между двух огней, я заметил, что Трэйси с Ганби почти не переговариваются. Словно они уже друг с другом всё решили, а потому можно и не общаться. Они были похожи на понимающих друг друга родственников, что, кстати, нельзя исключать. И оба пытались вежливо Стэна продавить. Как там турки говорят? Не торгуешься, значит, не уважаешь, верно? Так вот, если с Ганби Стэнчик ещё был на равных, то старикашка, разумеется, его по всем очкам уделывал, да так хитро и красиво, что я уже не совсем понимал, как он умудрился отвесить мне такой тупой комплимент в начале знакомства. Может, не привык общаться с потенциальными постельными грелками? Легче купить? Вполне возможно.
 В общем, теперь понятно стало, почему именно Джейка мне поручили обхаживать с особым вниманием. Не так уж важно, кто из этих двоих альфа, а кто — просто педик, важно то, что нужно ослабить сильного игрока, а с остальным разберётся и сам Стэнчик.
 Ослабить сильного игрока оказалось непросто. Мужика не брал ни алкоголь, ни поглаживания коленки. Ну... на то он и сильный игрок. В конце концов, когда старикашка призывно расположил руку на спинке дивана, я понял: вот он, мой шанс! — и скользнул ему на плечо, попутно ловя на себе проницательный взгляд. Улыбнулся (Стэн как раз продуманно отошёл перекурить с красавчиком-блондином) ему широко и почти даже искренне, прижался сбоку, заглянул в глаза.
 Джейк хмыкнул, отчего его глупые усики смешно дёрнулись и ласково поиграл со светлой прядкой у меня на лбу, что выбилась из укладки. Не прерывая контакта. Это было... весьма и весьма странно, потому что я почувствовал, что не против вот так вот с ним флиртовать. А ещё я, кажется, покраснел.
 И я хотел было оторваться от Джейка и налить ему выпить (или себе), пока ещё не стало поздно спасать свою ориентацию и свою мужественность, но его пальцы вдруг освободили прядку моих волос и мягко скользнули на лицо, и я так и застыл с полуоткрытым ртом, не понимая, что со мной. Ощущения сузились до тонкого аромата чужого одеколона, до двух рук: одной, крепко обнимающей за плечи, и второй — нежно поглаживающей подбородок. До водянисто-голубых глаз, держащих меня в плену. Я словно превратился в рыбку-желе, поплыл, как безвольная водоросль, растворился в душной похоти.