La famiglia (СИ)

 Когда распахивается дверь, мы, два рычащих и скалящихся парня в помятых дорогих шмотках и со злобными выражениями лиц, тут же застываем и смотрим в сторону входа, откуда нас оглядывает Джейк.
 Я бы не сказал, что он зол или растерян, но и явно не переполнен радостью.
 — Сядьте, — говорит Джейк сухо и сам садится на диван. Я было пытаюсь приткнутся рядом, но он меня останавливает: — Туда.
 Я сажусь, как было сказано, на диван напротив, рядом с Ганби. Тот себя особо виноватым не чувствует. Сидит нога на ногу, руки за спинку закинул, да так, что мне приходится ютиться в углу дивана, чтобы не оказаться под этой рукой. Бесит.
 — Лиам. Вико. — Джейк как всегда элегантен. Он в той синей рубашке, которую я ему выбрал. Она хорошо смотрится со светлыми брюками, но не такая формальная, как его обычные вещи, скорее даже немножко кежуал, однако этот человек всё равно умудряется выглядеть так, словно прямо сейчас пойдёт на приём к королеве Англии. Ещё ему идёт этот цвет. Как и строгое выражение лица... — Вы не обязаны любить друг друга, но с этого момента вам придётся много времени проводить вместе, поэтому, пожалуйста, ведите себя прилично.
 Мы с Виктором молчим. Он о чём-то задумался, хмуря светлые брови, а я поглядываю на Джейка и его крепкие изящные запястья, лежащие одно на колене, другое на спинке кресла. Словно вот, он сейчас закончит эту воспитательную беседу с неразумными юнцами, и пригласит меня к себе на плечико.
 — Вико, — обращается он к Ганби, вынимая сигару из хьюмидора и закуривая. — Не провоцируй. Ты уже почти в возрасте Христа, пора взрослеть. И ты давно не мальчишка, чтобы устраивать такие истерики, по полу кататься... У меня к твоему возрасту уже было двое детей.
 А я, значит, достаточно мальчишка, чтобы кататься по полу?! Очень хочу возмутиться или хотя бы начать бурчать, но молчу. Потому что Джейк, распекающий этого павлина, мне интересен не меньше, чем Джейк, гуляющий со мной по набережной, или Джейк, трахающий меня на непредназначенных для этого поверхностях. Я вижу ещё одну из его сторон: родителя, главу большой семьи. И эта новая грань меня чертовски будоражит. Возможно даже больше, чем всё остальные.
 — Предлагаешь мне завести ребёнка? — отбрехивается Ганби, но как-то вяло.
 — Нет. Я предлагаю тебе научиться отделять эмоции от действий. Твои симпатии и антипатии не играют никакой роли. Лиам — мой омега, у тебя нет иного выхода, кроме как принять его. Ты же не бросаешься с кулаками на Гэри, верно?
 Я не знаю, кто такой этот Гэри, но, судя по всему, кто-то неприятный в их окружении, потому что Виктор немного морщится.
 — Верно. Ты прав, — отвечает он, хотя это я на него набросился. — Прости меня.
 — Хорошо, — кивает Джейк. — Лиам, — я готовлюсь к порции словесной трёпки, но он лишь хлопает ладонью по месту рядом с собой, — иди сюда, детка.
 От его ласкового тона я невольно улыбаюсь и почти что теку, поэтому под плечо Джейка я ныряю уже весь готовенький и нежный, как залюбленный котик.
 — Я больше не буду, — мурчу ему на ухо.
 
 — Я знаю, детка, — Джейк приобнимает меня одной рукой и целует в висок. — Что ты нам принёс? Так вкусно пахнет.
 — Много чего, — кладу ладонь ему на грудь. — Я взял какие-то их пирожки, но сам никогда не пробовал, поэтому ещё заехал и взял вафель. Так что если тебе не понравятся китайские пирожки, я, так и быть, поделюсь с тобой вафлей.
 — Как благородно с твоей стороны, малыш, — усмехается он мне в волосы.
 — Ну а то, — я лукаво улыбаюсь.
 — Поужинай с нами, Вико, — говорит Джейк, выпуская меня из объятий, и я замечаю, что Ганби пытается незаметно смыться. — Лиам, ты же не против?
 — Не против, — говорю я нейтрально, вытаскивая контейнеры с едой из пакета, — но на мои вафли он может не рассчитывать.
 — Я не люблю вафли. — Виктор плюхается обратно на диван.
 Когда я поднимаю на него глаза, то сталкиваюсь с пристальным взглядом с его стороны. Вспоминаю, что он смотрел на меня так в ТОТ день, и отворачиваюсь. Не хочу вспоминать. Только не сейчас.
 Беру свою лапшу с курицей и принимаюсь с аппетитом её жевать. Немного размокла, пока я её вёз, но это ничего: я очень голоден.
 — Как прошло чтение? — спрашивает Джейк.
 — Нормально. — Я пожимаю плечами. — Режиссёр, правда, какой-то странный.
 — У его работ обычно очень хорошие сборы, — замечает Джейк.
 — Да, — соглашаюсь. — А ты в этом разбираешься?
 — Немного. Помнишь, я советовал тебе вложиться в программу «нескафекликса», а ты заявил, что дело не твоего полёта?
 Застываю с пустым взглядом, думая, когда это Джейк предлагал вложиться мне куда-то кроме его объятий, а потом понимаю, что вопрос задан не мне.
 — Да, да, — бурчит Ганби, больше увлеченный едой, нежели беседой.
 — Ещё не поздно запрыгнуть в последний вагон.
 — Я не буду менять решение. Я и так зашиваюсь со всем, что ты на меня взвалил. Хотелось бы в свободное время отдыхать, а не заниматься сторонними инвестициями.
 — Ты привыкнешь. — Джейк хмыкнул.
 — Даже не знаю. Хочу нанять ещё одного помощника. Плевать, если он будет воровать.
 — Ты поэтому пришёл сегодня?
 — Нет. Возникли небольшие проблемы. На ферме.
 — Ясно. Малыш, ты будешь последний пельмешек?
 — Буду, — говорю из вредности, потому что разговаривают не со мной, хотя уже и так слишком много съел.