Филин. по ту сторону страниц (СИ)

Вокруг нас крутилась Амели и лукаво кидала взгляды, слушая наш разговор. То и дело гувернантка подливала чай в мою чашку, что привело к тому, что в конце чаепития я булькал как человек аквариум.
Ровно в десять аристократка и её помощница, извиняясь, откланялись, спеша по делам.
Сегодня в порт входили корабли из Франции и Англии, а так как Далия держала акции судоходных компаний, ей нужно было посетить конторы её компаньонов. Вот так я и остался один в огромном особняке.
После нереально большого объёма информации, что вылила на мои уши здешняя аристократка, в пору было задуматься.
Не желая сидеть в четырёх стенах, я также отправился прогуляться по городу.
Выйдя из дома, я быстрым шагом вышел за ворота, и закрыв их уже прогулочным шагом вкушая тёплый ветерок дующий с моря пошёл к городу.
Если мои знакомые девушки поехали на карете, которую предварительно как я узнал, арендовали на пару месяцев. То мне пришлось топать ножками.
За воротами спустившись с холма, я попал в лесную зону. Тут дорога петляла по лесной обители, которая хоть и казалось очень ничтожной, смотря с горы, всё же имела большую протяжённость. Но мне нравилось идти среди высоких деревьев, что высоко уходили своими ветвями вверх, преграждая солнцу путь вниз.
Так я и гулял, любуясь красотами природы, что ещё не уничтожили в погоне за урбанизацией. Как ни странно, но в город я зашёл именно в портовый квартал. Тут всюду сновали моряки, и солдаты, что видно недавно сошли на берег, ища кабаки да бордели.
Хоть время было ещё даже не полуденное, а вокруг уже было огромное количество пьяных людей. Что кочевали от трактира к трактиру, которых на этих улицах было предостаточно.
Вообще портовый квартал состоял из двухэтажных домов и в большем своём роде из камня, из-за того, как я думал, что тут была повышенная влажность, и дерево бы сгнило и поросло мхом.
Моя прогулка навела меня на странные мысли об зарабатывание бабла.
Я же не знал как мне вернуться в своё время, и вообще возможно ли это. А коли я тут и у меня есть некоторые читы для этого времени, благо экономику и историю я знал хоть и на четыре с жирным минусом, но в своё время готовил огромный доклад, а раннем становлении государств, коим также являлась Америка.
Как я помнил из истории, на этом континенте ещё с семьдесят лет будет править английская корона. Основной экспорт колонистов также уходил на рынки Англии, а вот сами колонисты, пользуясь не установленным законом кодексом, не желая пахать на дядю, махинируя скупали земли за копейки и сами становились теми самыми дядями. Рынок был полностью подчинён монополии владельцам колоний, и торговля с другими странами была практически нереальна в этот отрезок времени.
Да и большую роль в этом новом свете сыграют вскоре всякие тайные кружки торговцев и аристократов, что захотят как обычно больше власти, и разумеется денег ставя принципы «Рука руку моет». Всё это играло мне на руку.
Мой план по господству был прям как у Наполеона. Думая о нём я вспомнил Розалию, что хотела внедрить в высшие слои общества своих подопечных и управлять верхушкой власти. А для такого времени идея то была неплохая.
За своими мыслями я не заметил, как вышел чуть ли не к пристани, где как одинокие горы стояли два четырёхэтажных дома. Они настолько выделялись из общей массы двухэтажек, что я невольно остановился, осматривая строения архитектуры.
Мою экскурсию по зданиям прервал пьяный мат. Обернувшись и посмотрев на противоположную сторону улицы, где были припаркованы пара карет, а по тротуару сновали моряки и торговцы, огибая открытые двери трактиров и салунов, а также многочисленные лавки со свежей рыбой, которые выпирали наполовину пешеходной зоны.
У дальней от меня кареты, столпилась кучка моряков с бутылками наперевес. Они что-то рьяно доказывали кому-то, кого не было видно из-за преграды.Сделав с десяток шагов по своей стороне улицы, я смог, наконец-то увидеть всех участников ругани.
У экипажа стояла Далия и Амели. Они пытались, как то утихомирить пьяных матросов, что походу вообще уже не видели берегов. А кучер, что сидел на экипаже, вжался в сиденье, и практически слился с ней, делая вид, что он интерьер.
 
Пока я стал переходить дорогу, пропуская телеги и экипажи, дела у моих знакомых шли к рукоприкладству.
Один из моряков, что был одет более солидно и его мундир даже был практически застёгнут и не свёрнут набок, откинув бутылку с пойлом своему корешу, схватил руку Далии и стал тянуть её к себе.
— Слышь, полосатый рейс! Даму отпусти. — Крикнул я с середины улицы.
Все прохожие разом замедлились предвкушая зрелища, что скорее всего постоянно творились здесь когда в порт заходили корабли.
Моряки словно играя в море волнуется раз повернулись и замерли, смотря на меня.
— Шёл бы ты, пока цел. Я офицер английской короны. — Сгорбился держащий за руку Далию мужчина в мундире.
— Слышь конёк горбунок, корона там а ты тут, как бы ты не получил по офицерской жопе колониального пендаля. — Расплылся я в улыбке.
Те долгие часы тренировок с мастерами боевых искусств давали мне ну просто сто процентов к наглости и дерзости. Ну, должны они хоть что-то мне дать кроме боли и страданий.
— Ребят тут портовая крыса пищит, надо её поучить манерам, чтобы когда шли бравые подданные её величества, всякая мразь лезла в подполье, трясясь от страха. — Взревел он в проникновенной речи.
— Господин. — Совсем тихо вырвалось у Далии, смотря на меня.
Но это не осталось ни замеченным доблестным бухим офицером флота.
— Господин? Так ты, что ли хахаль этой девки, что корчит знатную особу! Не переживай к вечеру отдам. — Расплылся он в улыбке.
На меня пошло пьяное сборище из шести моряков. У многих виднелись ножи, засованные за пояса, а также сабли.
— Ну, прямо морские котики во всей красе. — Выдохнул я и с ходу врезал первому из морячков в челюсть.
Пьяное войско, имитируя монстров их пучины морской, размахивая ручищами, налетели скопом на мою тушку.
Я же крутанулся, пиная ногой в живот тощего словно жердь парня, который с ходу свалил своего синего собрата, что был у него за спиной. После чего отбив удар в лицо, зарядил локтем в рыло моряка, что как балерина рухнул в пируэте на тротуар. Следующего броском через бедро вмял в дорогу, а два других получили по удару ногами в разных разворотах, и пошли спать к рыбному прилавку.
— Да тебя под трибунала! — Завопил офицер, выхватывая саблю.
— Какой трибунала, бухой ты маразматик! Я не военный и не служу никому. А вот тебя за нападение на мирных граждан точно можно под трибунала. — Шёл я, на него поправляя края камзола.
Бравый вояка дёрнулся как от кнута и рванул, размахивая своей саблей.
Поймав руку офицера, когда она была высоко над головой в замахе, спасибо более быстрой реакции, я с ходу нанёс ему удар лбом в переносицу. От такого столкновения он обмяк и повалился на мостовую без чувств.
— Вышел погулять блин. — Осмотрел я валяющихся моряков.
Люди снова пошли по своим делам, понимая, что смотреть больше не на что, а ко мне рванула Далия. Аристократка просто протаранила меня своим телом, от чего я даже слегка попятился.
— Господин ни стоило. Они могли вам навредить. — Бубнила она уткнувшись лицом в мой камзол.
— Тебе то они больше могли навредить, — отстранил я девушку. — Поехали пока они не очухались.
Как только мы залезли в экипаж, кучер рванул поводья, и лошади быстро понеслись вперёд.
Внутри экипажа Далия всё извинялась за такую ситуацию, что привела к моему вмешательству. Я только отмахивался от неё. Благо, что кучер на радостях от того, что всё кончилось без его участия, гнал так, что уже в кротчайшее время, мы были снова у особняка.
Когда экипаж отъехал от дома, мы прошли внутрь.
Зайдя в обеденный зал, я плюхнулся на уже полюбившийся мне стул. Вокруг меня суетились дамы, и дабы прекратить мельтешение, одной я поручил налить мне ванну, после чего Амели убежала, шурша подолами, а Далия по моему приказу, должна была найти всевозможные сведенья и документы в доме по торговле и землевладениям, а также другим ковенам и их сфере власти в городе.