Приручая тебя (СИ)
— Будильник не прозвонил? — не тупи Ана, одёргиваю себя, какая уже разница кто, что и почему не зазвонил. Линда, не заморачиваясь с ответом, оно и понятно, вопрос не блистал эрудицией, умчалась в свою комнату.
Собираться пришлось со скоростью морского пехотинца перед построением. Волосы оставила мокрыми, времени не оставалось, только закинула в сумку расчёску, чтобы соорудить более-менее приличный хвост на работе.
Оглядев любимую подругу, которая прокрутилась передо мной, хвастаясь купленным вчера нежно-розовым платьем, я присвистнула. Линда хороша: классическое овальное лицо с раскосыми хитрыми серыми глазами, красиво очерченными губами, покрытыми сегодня неярким блеском для губ в тон к платью, гладкие тёмные волосы убраны в низкий пучок, худенькая, будто прозрачная, с тонкими ручками и ножками, похожая на фею, крылышек за спиной не хватает. Неудивительно, что Джейс влюбился в неё едва увидел, будь я парнем тоже непременно влюбилась. Правда характер у неё не фейский, хотя может как раз-таки самый что ни на есть фейский — вредина она, как и я. Но Джейсону нравится, а это главное. А уж мы с Линдой всегда сможем договориться, по-сестрински (пара тычков под рёбра, несколько подзатыльников, завершающий шлепок по заднице с оттяжкой и спорные вопросы моментально решаются).
Я сегодня предпочла платью брючный костюм из тонкой серой ткани с двубортным пиджаком и белым топом под низ.
Успели мы вовремя, но даже не знаю кому воздавать хвалу за подобное. Вроде жилое здание для сотрудников и сам офис нашей мега-крутой инвестиционной компании находятся не так уж далеко друг от друга. Но это Лос-Анджелес, детка! Пробки как в Нью-Йорке, чтобы куда-то доехать вовремя надо выходить из дома — вчера!
Миловидная и приветливая девушка на ресепшне выдала нам с Линдой готовые именные бейджи с обязательным фото и непонятным штрихкодом.
— Глянь, — подруга дёрнула меня за руку, — у лифта, по-моему, стоит твой нынешний босс, неужели тебя вышел встречать?
Я, повернув голову в указанном направлении, заметила знакомого мужчину среднего роста, слегка полноватого и начинающего лысеть, но всё такого же улыбчивого, каким я его запомнила.
— Доброе утро, Джон! — приветливо улыбаюсь. Придётся теперь делать это чаще, с начальством же рекомендуется дружить?
— Доброе утро девушки, рад видеть вас обеих! Лилиан, Мелинда, — поприветствовал каждую из нас всегда вежливый и галантный мистер Джон Гилмор. — Мелинда, мистер Уайт не так давно поднялся на ваш этаж, ты найдёшь дорогу?
— Конечно, не беспокойтесь мистер Гилмор, — подруга, как и я, не забывает расточать приветливые улыбки. Боюсь к вечеру мой рот сведёт судорогой. Чёртов этикет!
Линда выскочила на своём 17 этаже, она будет трудиться в отделе кадров под руководством страдающего лишним весом и вечно потеющего, посему не расстающегося с носовым платком 50-летнего мистера Уайта. Однозначно мне с Джоном повезло куда больше, чем ей.
Наш отдел маркетинга под руководством Джона находился на 21 этаже. Я говорила, что не боюсь высоты? Чёрт, по-моему, я акрофоб! Одно дело проходить двухнедельную практику, будучи уверенной, что скоро вернёшься в родной малоэтажный студенческий кампус. И совсем другое — знать, что ближайший год по контракту — это место станет вторым домом, хотя скорее первым, в квартире мы только спим, а здесь бодрствуем, носясь между кабинетами и этажами. «Не смотри в окно, Ана!»
— Рада вернуться? — Джон пропустил меня вперёд открыв дверь своего просторного кабинета, миновав пустующую приёмную. В Лос-Анджелесе всё из стекла. Кабинет Джона, как и офисное знание нашей крутой инвестиционной компании не исключение.
— Я скучала.
— Кхе, наш отдел, а я в первых рядах, тоже скучали по тебе Лилиан.
— Я Ана, — хочу настоять, но кто мне позволит.
— Это во время практики я закрывал глаза на твои капризы, а теперь как твой босс на год вперёд сразу говорю, что буду звать тебя полным именем, которым родители одарили при рождении, — усаживаясь за стол, Джон прикрикнул, добавив в голос строгости, но не перестав улыбаться, — у тебя очень красивое имя Лилиан. Позволь старику насладиться им.
Он указал рукой на кресло для посетителей, призывая присесть вслед за ним.
— Ну полно вам, Джон, никакой вы не старик.
— Доживёшь до моих лет, тогда и поговорим. Воспитав трёх оболтусов сыновей, я чувствую себя старой развалиной. Лилиан, — произнося моё полное имя, «эта развалина» мне ехидно подмигнул, после чего снял очки и бережно протёр мягкой тканью.
— Значит так Лилиан, вернулась ты как никогда вовремя. У нас сменился главный босс.
— Когда только успел, вроде с моего последнего визита не так много времени прошло, — это я иронизирую, поскольку с уволившимся боссом ни разу не встречалась, да и с нынешнем знакомиться не спешу. Мой самый главный и непосредственный начальник, вызывающий кстати исключительно положительно-доверительные эмоции, это сидящий напротив мистер Джон, глава отдела маркетинга. Другие большие боссы, боссы поменьше и даже те, кто вовсе не боссы, а только мечтают ими стать — в сферу моих интересов не входят. Это правило мигает красными буквами у меня на лбу. Вся фраза не влезет, но посыл, который источает мой ледяной и неприязненный взгляд из-под бровей, угрожая всем подряд, должен быть понятен каждому встречному и поперечному.
— Мистер Сторм привёл в нашу компанию жирного клиента, — продолжил свои объяснения Джон, не обращая внимания на мой сарказм. Теряю квалификацию? Вчера хитрый консьерж ни разу не повёлся на мои выпады, сегодня Джон, кто завтра?
— И насколько «жирным» оказался клиент? — наконец сформулировала я верный вопрос.
— О-о Лилиан, достаточно жирный, чтобы от нас требовали обслуживания по высочайшему классу.
Я приуныла: — И мы в том числе?
— Обижаешь, мы в первых рядах! — мою кручину Джон не разделял, его глаза возбуждённо сверкали за линзами очков.
— Что требуется?
— Всё Лилиан. Будем вкалывать на полную катушку.
После того как Джон ввёл меня в курс дела, я вернулась в общий зал маркетологов — большое просторное помещение, где у каждого своё рабочее место, огороженное перегородкой. Мой стол оказался тем же самым, за которым я сидела во время практики.
Новый клиент, точнее не совсем клиент, теперь эти производители спортивных товаров после вливания средств RLCP стали частью нашей огромнейшей инвестиционной корпорации, офисы которой присутствуют почти в каждом крупном городе страны. Выходит, новый самый главный босс, а офис в Лос-Анджелесе курирует всё западное побережье и чуть сверх этого, купил пакет акций у «спортивных товаров». Зная их торговую марку не понаслышке, кроссовки с Линдой покупаем регулярно, они выпускают ассортимент начиная от скакалки, и заканчивая профессиональным альпинистским снаряжением (радует, что инопланетные скафандры не входят в список производимых товаров, логистика по доставке запчастей до сих пор хромает).
Главное другое — работы завались!
«Надеюсь они не замутят ребрендинг. Не они Ана — мы! Спорттовары уже наши, значит и решать будет новый главный босс».
Ох, как-то не вовремя мы с Линдой вернулись. Может надо было откосить на месяц другой? Взять отпуск что ли досрочно…. «Ага и рискнуть рабочим местом, сопоставимым с золотоносной жилой».
На мониторе замигал значок электронной почты и на меня посыпалась информация! Поднять нос и разогнуть скрюченную спину от компьютера, а также размять пальцы, залипшие на клавиатуре, я не могла вплоть до того момента, как Линда разыскала меня в потоках гигабайтов.
— Пошли обедать трудоголик, — она пощёлкала возле уха пальцами.
— Линда, что ты делаешь, я же не собака, — пытаюсь возмутиться, но с ней это никогда не срабатывает.
— Сначала пообедаем, потом поругаемся, — менторским тоном возразила она.
И это её любимая фраза! На всё! Сначала выспимся, сначала посмотрим кино, сначала доделаем доклад, сначала сходим по магазинам, сначала… что угодно — потом поругаемся! Почему потом-то, если мне надо сейчас? А потом я уже не захочу или того хуже — забуду! Вот так и живём. Хорошо, что мы любим друг друга как сёстры и даже больше. Полагаю, у нас просто не было выбора. Если мы не убили друг дружку в первый год университета, позднее пришлось просто смириться и полюбить, чтобы благополучно, без смертоубийства пережить оставшиеся три года учёбы.