Призрачный ветер (СИ)

— Ты бы видел, как она посмотрела на меня, когда остановил. Готова была заморозить на месте, крутым родственником припугнуть пыталась. Потом поняла, что не получится, по-другому заговорила. — Илья похлопал напарника по спине. — Такая принцесса, Андрюха, не станет с нами знакомиться; и на наш бал не прибежит.
— Как ты определил?
— Метод дедукции. — Илья легонько постучал костяшками пальцев по виску напарника. — Соображалку включай!
Видя озадаченный вид Андрюхи, пояснил.
— Заметил, какая на ней одежда? А из какой тачки вышла, видел?
— Ну, и из какой?
— Вон стоит. — махнул Илья в сторону ослепительно белого кроссовера.
Андрюха присвистнул.
— Смотри-ка, и конь под стать хозяйке. Девушку-то с самого начала вычислил? Понравилась?
— Точило выделяется. — нехотя ответил Илья. — И только.
— Да ладно, — ухмыльнулся Андрюха. — Еще скажи, что станок не приглянулся.
Илья досадливо поморщился:
— Сколько раз повторять — она не для нас! Короче, Андрюха, меняемся, твой черед нарушителей ловить. Может, посчастливится, и попадется тебе красавица. Я пошел, водички попью и от солнца отдохну, пока не расплавился окончательно.
Он направился к патрульной машине, крепко держа котенка.
— Эй, а звереныша куда тащишь? — крикнул вслед Андрюха.
— Домой заберу. Назову Златиком. Видишь, как его шерстка золотится? — ответил Илья, даже не оборачиваясь.
— Как же, посчастливится, — недовольно буркнул Андрюха. — Все красавицы уже прошли, да и не клюют на меня почему-то. Будь у меня такая внешность, как у тебя, сами падали бы передо мной.
Илья промолчал. Он знал, что тот завидует его фигуре, его накачанным мышцам. Илье и самому нравилось чувствовать, с какой упругостью они перекатывались под рубашкой.
Он шел по тротуару не торопясь, с ленцой. Открыл дверь служебного авто и сел на переднее сидение. Машина просела под его весом.
  
Глава 4. У подъезда
 
По заросшему газону осторожно шел черный кот. Спутанная длинная шерсть и хвост, залепленный репьями, говорили о том, что за ним давно никто не ухаживал. Он жил на улице, прячась от холода в подвале, а в жару греясь на солнышке. Питался мышами и птицами, а также тем, что приносили жители близлежащих домов. Несколько раз его брали жить в квартиру, но он неизменно убегал на улицу.
Кот остановился и прислушался к бурчанию пустого желудка, который все настойчивее требовал еды. Кот решал, куда пойти. Охота на воробьев закончилась провалом. Старый воробей с блеклыми перьями сразу заметил хищника и поднял тревогу. Птицы разлетелись в разные стороны, кот даже не успел выбрать жертву. Голуби куда-то попрятались, мыши и то исчезли.
В траве послышался шорох, и кот замер. Тело его напряглось. Задние лапы переступили с места на место, а кончик хвоста возбужденно задрожал. Кот выждал несколько секунд и прыгнул на предполагаемую мышь, но под лапами ничего не оказалось. Хвост несколько раз недовольно дернулся, и кот обескураженно сел: опять неудача. Его внимание привлекли две старушки, которые сидели на лавочке возле подъезда многоэтажного дома. Преклонный возраст не позволял им копаться на дачных участках, и они коротали время, обмениваясь новостями и наблюдая за соседями.
Одна из них, шумная и большая, часто гоняла его. Но другая, маленькая и востроносая, которую звали Адой, частенько подкармливала. Кот немного постоял, словно думая — подходить или нет, и направился к подъезду.
День был теплым и тихим: таким, какие иногда выпадают в конце июня. Старушки блаженствовали, наслаждаясь тишиной и спокойствием.
Кот приблизился к ним и потерся о ноги востроносой старушки.
— Что, Барсик, ласки захотел? — спросила она и потрепала его за нечесаную шею.
В ответ кот открыл рот и беззвучно мяукнул.
— Пшел отсюда! — качнулась большая старушка и взмахнула тростью. Видать, не рассчитала силы, трость ужом выскользнула из руки и с грохотом упала на асфальт. Кот отскочил.
Стукнула дверь, и из подъезда вышла светловолосая девушка с крупной лохматой собакой на поводке. Учуяв кошачий запах, собака повела носом в сторону кота. Он распушился и выгнул спину колесом. Пес спокойно посмотрел на него и потянул шею к машинам на автостоянке.
 
Злата, а это была она, буркнула старушкам:
— Здрасти. — и прошла мимо. Брови ее были нахмурены, на лице ни проглядывало и тени улыбки.
Возле белоснежного кроссовера она остановилась. Пискнула сигнализация, открылся багажник. Пес послушно запрыгнул в машину и лег, положив голову на лапы. Темные, живые и выразительные глаза скрывались под нависшими «бровями»; только шерсть шевелилась над ними. Люди видели глаза собаки, лишь, когда хозяйка собирала на ее лбу хвостик и скручивала резинкой.
Дверь захлопнулась с мягким стуком, заурчал мотор, и машина тронулась с места.
Старушки проводили ее взглядом.
— Экая Царевна Несмеяна! — проворчала рыжая, поднимая трость и кряхтя садясь на скамью. — Даже толком и не поздоровается! Кивнет головой, и пошла дальше. Никогда ни слова доброго не скажет, ни улыбнется.
— И-и-и, да рази, она умеет улыбаться? Да и кто ты такая, Матвеевна, чтобы с тобой расшаркиваться? У нее же денег не меряно, а ты живешь от пенсии до пенсии. — сказала Ада.
Матвеевна плотнее сжала толстые губы и процедила:
— Неизвестно еще, как все может обернуться: сегодня куча денег, а завтра — пшик, и нету! — она ткнула тростью в сторону дороги. — Смотри-ка, выдрессировала все-таки свою барбосину. Ты же помнишь, как собака таскала ее, как мочалку, по всему двору? Даже несколько раз роняла.
— Да как же не помнить? Однажды ко мне кинулася. Пасть разинута, а оттуда зубищи острые, как кинжалы торчат. Да еще и язык наружу вывалила. Я так и обмерла вся. И как тут не испугаться, когда этакая лохматая громадина приближается? Я так громко визжала, дескать, уберите собаку, что у самой аж в ушах зазвенело. Откуда и силы-то взялись? А Злата-то, — Ада кивнула в сторону уехавшей машины, — Кричит, мол, она не кусается, только понюхаться хочет.
— Сунулась бы ко мне понюхаться, я бы ее! — Матвеевна вскинула трость и потрясла в воздухе. — Собака не только на тебя бросалась. Вон, на Сашку Маринина однажды наскочила. Тот от неожиданности и сам упал, и бутылку выронил. Аж побелел, когда водка разлилась. Вот трагедия-то была! Орать-то да матюгаться побоялся. Так и сидел с выпученными глазами. А собака-то как давай его нализывать! Фу, пакость какая.
Ада вздохнула:
— Эх, Сашке бы такую собаку, вмиг отучила бы пить.
— Вряд ли. Горбатого могила исправит. Несмеяна после того случая наняла дрессировщика. Представительный такой мужчина. Два раза в неделю приезжал и куда-то увозил собаку. Я поначалу думала — жених. Спросила, а он ответил, что учит собак за деньги. За деньги-то все, что хочешь, сделают! Тьфу! — Матвеевна с досадой стукнула тростью об асфальт.
Кот выбрался из укрытия и запрыгнул на скамейку.
— Вот он, явился! — сварливо проворчала Матвеевна, сложив руки на рукояти черной трости. — Иди-ка лучше мышей лови.
Она стряхнула кота с лавки. Барсик соскочил на землю, встопорщил шерсть и сел, сощурив зеленые глаза. Похоже, он никак не мог понять, за что Матвеевна его невзлюбила. Ничего не придумал, подошел к ножке лавочки и долго нюхал ее, шевеля гладким носом. Неожиданно быстро развернулся, задрал кверху хвост; и из-под него брызнула жидкость. Несколько капель попали на ногу Матвеевне.
— Дождь сейчас будет, что ли? — удивилась она.
— Вроде по телевизору обещали ясную погоду. — ответила Ада, и покачала ногами, которые болтались в воздухе, не доставая до земли.
 
— На ногу капнуло, — задумчиво произнесла Матвеевна и задрала вверх голову.
Небо сияло синевой, не предвещая дождя.
— Ничего не понимаю. — она нагнулась, кряхтя, вытерла на ноге капли и поднесла руку к глазам. Пару секунд разглядывала, потом круглый, с темными точками нос зашевелился, и она принюхалась.