Владимир Высоцкий
Часть 68 из 78 Информация о книге
* * *
Михаилу Шемякину
под впечатлением от серии «Чрево»
И кто вы суть? Безликие кликуши?Куда грядете — в Мекку ли, в Мессины?Модели ли влачите к Монпарнасу?Кровавы ваши спины, словно туши,И туши — как ободранные спины, —И ребра в ребра вам — и нету спасу.Ударил ток, скотину оглоуша,Обмякла плоть на плоскости картиныИ тяжко пала мяснику на плечи.На ум, на кисть творцу попала туша —И дюжие согбенные детины,Вершащие дела нечеловечьи.Кончал палач — дела его ужасны,А дальше те, кто гаже, ниже, плоше.Таскали жертвы после гильотины:Безглазны, безголовы и безгласныИ, кажется, бессутны тушеноши,Как бы катками вмяты в суть картины.Так кто вы суть, загубленные души?Куда спешите, полуобразины?Вас не разъять — едины обе массы.Суть Сутина — «Спасите наши туши!»Вы ляжете, заколотые в спины,И Урка слижет с ваших лиц гримасу.Я ротозей — но вот не сплю ночами, —В глаза бы вам взглянуть из-за картины!..Неймется мне, шуту и лоботрясу, —Сдается мне, хлестали вас бичами?!Вы крест несли — и ободрали спины?!И ребра в ребра вам — и нету спасу.* * *
Я верю в нашу общую звезду,Хотя давно за нею не следим мы, —Наш поезд с рельс сходил на всем ходу —Мы всё же оставались невредимы.Бил самосвал машину нашу в лоб.Но знали мы, что ищем и обрящем,И мы ни разу не сходили в гроб.Где нет надежды всем в него сходящим.Катастрофы, паденья, — но между —Мы взлетали туда, где тепло.Просто ты не теряла надежду.Мне же — с верою очень везло.Да и теперь, когда вдвоем летим.Пускай на ненадежных самолетах, —Нам гасят свет и создают интим,Нам и мотор поет на низких нотах.Бывали «Ту» и «Илы», «Яки», «Ан», —Я верил, что в Париже, в Барнауле —Мы сядем, — если ж рухнем в океан —Двоих не съесть и голубой акуле!Все мы смертны — и люди смеются:Не дождутся и вас города!Я же знал: все кругом разобьются,Мы ж с тобой — ни за что никогда!Мне кажется такое по плечу —Что смертным не под силу столько прыти:Что на лету тебя я подхвачу —И вместе мы спланируем в Таити.И если заболеет кто из насКакой-нибудь болезнею смертельной —Она уйдет, — хоть искрами из глаз.Хоть стонами и рвотою похмельной.Пусть в районе Мэзона-ЛаффиттаУпадет злополучный «Скайлаб»И судьба всех обманет — финита, —Нас она обмануть не смогла б!* * *
Мне скулы от досады сводит:Мне кажется который год.Что там, где я, — там жизнь проходит,А там, где нет меня, — идет.А дальше — больше, — каждый день яСтал слышать злые голоса:«Где ты — там только наважденье,Где нет тебя — всё чудеса.Ты только ждешь и догоняешь.Врешь и боишься не успеть.Смеешься меньше ты, и, знаешь.Ты стал разучиваться петь!Как дым твои ресурсы тают,И сам швыряешь всё подряд, —Зачем?! Где ты — там не летают,А там, где нет тебя, — парят».Я верю крику, вою, лаю.Но все-таки, друзей любя.Дразнить врагов я не кончаю,С собой в побеге от себя.Живу, не ожидаю чуда.Но пухнут жилы от стыда, —Я каждый раз хочу отсюдаСбежать куда-нибудь туда…Хоть все пропой, протарабань я,Хоть всем хоть голым покажись —Пустое все, — здесь — прозябанье,А где-то там — такая жизнь!..Фартило мне. Земля вертелась,И, взявши пары три белья,Я — шасть! — и там. Но вмиг хотелосьНазад, откуда прибыл я.* * *
Мой черный человек в костюме сером —Он был министром, домуправом, офицером, —Как злобный клоун, он менял личиныИ бил под дых, внезапно, без причины.И, улыбаясь, мне ломали крылья,Мой хрип порой похожим был на вой, —И я немел от боли и бессилья,И лишь шептал: «Спасибо, что — живой».Я суеверен был, искал приметы,Что, мол, пройдет, терпи, всё ерунда…Я даже прорывался в кабинетыИ зарекался: «Больше — никогда!»Вокруг меня кликуши голосили:«В Париж мотает, словно мы — в Тюмень, —Пора такого выгнать из России!Давно пора, — видать, начальству лень!»Судачили про дачу и зарплату:Мол, денег — прорва, по ночам кую.Я всё отдам — берите без доплатыТрехкомнатную камеру мою.И мне давали добрые советы,Чуть свысока похлопав по плечу,Мои друзья — известные поэты:«Не стоит рифмовать «кричу — торчу».И лопнула во мне терпенья жила —И я со смертью перешел на «ты», —Она давно возле меня кружила,Побаивалась только хрипоты.Я от суда скрываться не намерен,Коль призовут — отвечу на вопрос.Я до секунд всю жизнь свою измерил —И худо-бедно, но тащил свой воз.Но знаю я, что лживо, а что свято, —Я понял это все-таки давно.Мой путь один, всего один, ребята, —Мне выбора, по счастью, не дано.