Альпинист. Книга 1 (СИ)

Мои щеки тоже вспыхнули, мне стало стыдно за свое поведение. Но иначе поступить я не мог.
— Ты… — к моему соседу вплотную подошел комендант, неожиданно, что вздрогнул даже я.
— Что? — спросил тот, глядя на коменданта.
— Чего глаза бегают? И уши красные? Тоже с ним был? — он кивнул в сторону Володьки.
— Я…
— Не надо оправдываться, по поводкам вижу, что натворил что-то. Говори, пока не поздно. А не то срок тебе впаяю. Живо говори, почему смутился так.
— Просто гороховая каша…
— Что — каша? — не понял комендант.
— С детства ее не переношу. А нас сегодня кормили в обед. Живот крутит. Вот и сейчас… Извините, воздух подпортил.
Несколько человек сдавленно засмеялись.
Это признание про гороховую кашу сбило с толку коменданта. Он растеряно зыркнул на моего соседа, поспешно отошел в сторону, словно тот был прокаженным, даже толком не взглянув тому на ботинки.
И приблизился ко мне.
От коменданта пахло кислятиной, а едва он открыл рот, как меня обдало тошнотворной вонью гнилых зубов. Пришлось держаться, чтобы сморщиться.
— Почему ботинки мокрые? — спросил он, глянув на мою обувь. — Затирал грязь?
— Нет, вода попала, когда руки мыл, — тут же соврал я.
— А ну покажи руки!
Я показал.
— Ни черта они у тебя не чистые. Пыльные все и потные. Врешь мне! Не мыл руки. А от ботинок оттирал. А ну живо сними обувку и покажи подошву. Там точно глина будет.
— Мне кажется, вы перегибаете, — подключился Молодов, понимая. Что сейчас меня сцапают. — Что же мы будем всех разувать?
— Понадобиться — будем, — жестко ответил комендант. И глянул на меня. — Живо снимай!
Я не спешил выполнять его приказ — понимал, что это будет провал. Но и игнорировать его бесконечно долго тоже не получится.
— Снимай! — уже орал комендант.
Еще чуть-чуть и он бы накинулся на меня с кулаками и сам стащил обувь, причем не развязывая шнурков.
— Что тут происходит? — раздался вдруг знакомый голос.
Я не знал как на него реагировать — то ли радоваться, то ли готовиться к еще более печальному развитию событий. Потому что голос принадлежал Кайрату Айдыновичу.
— Я спрашиваю, что тут происходит? — Кайрат Айдынович выскочил из-за угла лагерного корпуса. — Почему дети не занимаются? Что за строй тут выставили? Почему бездельничаете?
Молодов, поняв, что сейчас будет эпичная битва змеи жабы, кивнул на коменданта:
— Вот, товарищи пришли. Ботинки смотрят.
— Какие еще ботинки? Что вы делаете в лагере? — подскочил к коменданту Кайрат Айдынович. — Вы должны периметр охранять!
— Кто-то из ваших учеников напал на моего солдата. Попытались избить, оружие отобрать. Грязью вот измазали. Это преступление…
— Это не преступление, — перебил его Кайрат Айдынович. — А разгильдяйство. И разгильдяйство ваше. Что у вас за солдат такой, что на него может какой-то простой пацан напасть? А если завтра настоящий враг нападет на лагерь? С оружием, с боевым опытом, с подготовкой соответствующей? Сможет от него защитить этот ваш, с позволения сказать, солдат? Думаю, нет. А вы тут не овощную базу охраняете. Это стратегический объект. И это полностью ваше упущение. Очень большое упущение. Преступное упущение.
От последней фразы комендант растерялся окончательно. Но Кайрат Айдынович и не думал заканчивать. Он говорил словно бы сам с собой, рассуждая вслух.
— А если задуматься? Стратегически важный объект защищают люди, которые абсолютно ничего не могут, даже отпор дать пацанам. Почему? Потому что нет подготовки соответствующей. А почему ее нет? А это уже другой вопрос. Может быть, потому что начальник у них такой, не опытный. Но вы же ведь не такой. Опыт у вас имеется. И огромный опыт. Тогда что такое? Намеренное вредительство? А вот это уже попахивает очень плохими делами. Намеренное попустительство. Диверсия. Саботаж против власти.
— Да я… — задыхаясь от нахлынувших чувств, начал комендант.
— Молчите. А то еще на какую-нибудь себе статью наговорите.
— На какую еще статью?
— Это суд будет решать.
— Какой еще суд?
— Вы сюда что, пришли вопросы задавать? Или поболтать со мной от нечего делать?
 
— Нет.
— Ну вот и хорошо, тогда идите и работайте. А не то мы сейчас будем вопросы задавать. И очень неудобные вопросы.
— А этот? — он кивнул на Володьку.
— А что с ним не так?
— У него ботинки в грязи! — вдруг взорвался комендант.
— Да, действительно не порядок. Товарищ Молодов назначит ему наряд на кухне вне очереди. Исправим бойца, ботинки будут блестеть как у кота, к-хм… глаза.
— А как же солдат, которого грязью?
— Ничего страшного — махнул рукой Кайрат Айдынович. — Отмоется.
И добавил жутким низким тоном:
— Гораздо страшней, когда честь измарана. Ее просто так не очистишь.
Это произвело эффект, комендант встрепенулся, кадык его начал судорожно подниматься и опадать. Он долго смотрел на Кайрата Айдыновича, потом на пятках развернулся и быстрыми шагами двинул прочь. Солдаты как маленькие цыплята за курочкой последовали за ним.
Мы проводили их взглядом, еще не веря в свое счастье. Неужели пронесло?
— Все свободны, — крикнул Кайрат Айдынович. — Кроме тебя.
И зыркнул на меня.
Толпа стала расходиться, и мы некоторое время ждали, пока вокруг нас разбредутся люди. Потом Кайрат Айдынович совсем тихо произнес:
— Если ты думаешь, что я тебя защищаю — то ты сильно ошибаешься. Я слежу за тобой. Пристально слежу. Знаю, что ты какой-то с секретом хитрец. Это еще по больнице было видно. То, что не сумасшедший понятно. Это было бы для тебя самым легким способом откосить. Тут что-то другое. И я обязательно это выясню.
Он посмотрел на меня и прошипел:
— Учти — что бы ты не делал, пока это не касается других, это твое дело. Хочешь в самоволку ходить — ходи. Но если из-за этого будут под удар попадаться другие парни — не поздоровиться и тебе. Я слежу за тобой.
И он пошел прочь.
Теперь только стала понятная истинная причина, по которой Кайрат Айдынович отбил нас от коменданта — он не хотел отдавать Володьку, действительно ценного кадра, которому точно светило попасть если не в конечную группу, то во второй отбор. А отбивать нужно его было со всеми. Полумер тут не получится. Поэтому Кайрат Айдынович вступился за нас.
Но радоваться благоприятному развитию сегодняшних событий было рано. День еще не кончился, а впереди ожидалось самое гадкое — встреча с Костаревым.
Чутье подсказывало — это приведет к чему-то такому, что навсегда изменит мою жизнь. Как оказалось, так оно и случилось.
  
Глава 24
 
Дуэль
 
— Не думаю, что идти на встречу с Костаревым хорошая идея, — произнес Володька.
Вид у него был растрепан, словно он только что пробежал пару километров.
— Не идти — еще хуже, — ответил я.
Это разозлило Володьку. Он с жаром произнес:
— Думаешь, люди будут называть тебя трусом? Забудь, это мнение толпы, завтра же перестанут и переключатся на что-то другое. Все прекрасно понимают ситуацию и знают каков на самом деле этот Костарев и что от него стоит ждать.
— Нет, — покачал я головой. — Я сам себя за это уважать перестану. Костарева я не боюсь. И прятаться не буду. С подставой этой справлюсь, Костарев слабый стратег, чтобы придумать что-то действительно оригинальное. Наверняка будет обострять ситуацию, пытаться провоцировать. Но меня на это не возьмешь. Выставлю этого Костарева полным придурком.
— Тогда я иду с тобой!
— Володя, не надо. Тебя чудом пронесло с этой грязью на ботинках, хотя мы вообще могли никуда не ходить — по собственной глупости нарвались. Давай не будем испытывать судьбу повторно. Она имеет свойство внезапно поворачиваться спиной.
— Ты же сам сказал, что никаких драк не будет? Так что мне бояться не стоит.
— Подловил! — улыбнулся я.
— Ну значит чего-то еще стою. Ну так что, идем?
— Ладно, — нехотя ответил я. — Только в случае малейшей…