Разочарованные (СИ)

– Я ее нигде не нашел, Гермиона, – к гриффиндорке подсел Теодор.
– Наверное, она устала и ушла, – предположила девушка.
– Ты такая грустная, что-то произошло пока меня не было? – он разворачивает ее к себе. – Малфой как всегда все испортил?
– Можно подумать, он умеет иначе, – улыбка вышла кривая.
– Если хочешь, я вызову его на дуэль и научу манерам, – и Тео глазами ищет друга.
– Горбатого могила исправит, – злобно шепчет Гермиона.
– Хорошо, я нашлю на него сглаз, – обещает Нотт.
– О, в этом Джинни нет равных! – Гермиона улыбнулась.
Тео взял с подноса два бокала.
– Успокойся, – протягивает он ей.
– Не слишком ли крепко?
– Будешь спать спокойнее, – улыбается Тео. Парень внимательно смотрит, как она делает несколько глотков.
Зелье, что было подмешано в напиток, начало действовать мгновенно. Гермиона заметно оживилась. Грустные эмоции были притуплены, чувство эйфории постепенно овладевало девушкой.
– Гермиона, – словно издалека доносится до девушки голос Тео, – если ты хочешь уйти , то я могу тебя проводить.
– Но ведь еще не все разошлись? – поднимает брови девушка.
– Нуу… – Тео сверяется с часами. – Сейчас будет игра в бутылочку, и нельзя будет покинуть помещение еще два часа, так что решай сама.
– В бутылочку? – переспрашивает девушка? – На поцелуи?
– Ты никогда не играла?
– В магическую – ни разу.
– Игра коварна, – загадочно ухмыляется парень. – Там всегда желание, и оно может быть любым: ты должна будешь спеть или раздеться, а может рассказать свой самый большой секрет, – Нотт решил не скрывать правду.
– Звучит не так уж и страшно, – пожимает плечами Гермиона.
– Нельзя соврать, нельзя отказаться.
– Интригующе, – соглашается Гермиона.
– Вон в том углу есть подсобка.
– Для чего?
– Для действия, – улыбается Теодор. Он видит, как глаза Гермионы расширились. – На самом деле не все так страшно.
– Какие правила?
– Один крутит бутылочку, на кого она указывает становится парой первого. Из чаши вы достаете по записке. То, что в твоей записке выполняет он, а ты выполняешь его. Вон в той каморке, напоминаю, соврать нельзя, как и отказаться тоже.
– Итак, два часа?
– Именно.
– А если я устану?
– Тогда во время паузы берешь записку из второй вазы и делаешь то, что там написано с любым человеком, кто присутствует в помещении.
– Тогда я в деле, – улыбается девушка.
– Я предупредил.
К указанному времени все студенты стали собираться в центре комнаты, где заботливо были разложены подушки. Ребята так же шушукались группками, рассказывали шутки и вспоминали прошлые игры.
В центр вышел Грэхэм Монтегю и гул непроизвольно стих. Он направил палочку вверх, и по потолку и стенам пробежала магия.
– Не совсем джентльмены и уже не леди, – поприветствовал он присутствующих. – Правила все те же. Давайте скрасим друг другу вечер пятницы. Чтобы нам всем было стыдно на утро! – он приподнял свой бокал, а затем выпил.
Грэхэм к кому-то подсел и направил палочку на бутылку. Та сразу завертелась. Все с трепетом и немного со страхом ожидали, на кого она укажет.
– Ханна Аббот, сегодня мы с тобой начинаем.
Двоица достала из первой чаши по записке и удалилась в кладовку, под громкое улюлюканье ребят.
– Засекайте, – крикнул кто-то.
– Зачем засекать? – шепотом спросила Гермиона у Теодора, который сидел рядом.
– Ну… – замялся Тео, – обычно если пара выходит быстро, то значит там были скучные задания, а если они задерживаются или выходят растрепанные, то… сама понимаешь.
– Как пошло! Я не хочу в этом участвовать!
– Уже поздно.
– Но ведь можно же отказаться?
– Только в свою очередь. Если кто-то покрутил и указало на тебя, то ты не можешь отказаться.
Монтегю и Аббот быстро вернулись обратно. Следом бутылку крутил Гойл, и Гермиона сжала пальчики, чтобы зеленая стекляшка не указала на нее. В принципе, ничего страшного Гермиона не заметила. Все сидели, разговаривали, подтрунивали над парочками, что уединялись или просто над парочками, что, не стесняясь всех, целовались у всех на виду. Все было как и до этого, просто время от времени кто-то вставал и уходил.
 
Но вот Малфой направил палочку на бутылку, и Гермиона с ужасом поняла, что она остановилась на ней.
– Леди в черном! – восхищенно воскликнул Грэхэм. – Сам Драко Малфой выбрал вас!
Гермиона была уверена, что Малфой откажется, но нет, он спокойно взял бумажку и пошел в каморку, что больше походила на чулан.
– Давай, Гермиона, – подтолкнул ее Тео.
Быстро вскочив на ноги, Гермиона вытащила клочок бумаги и шагнула в полумрак чулана. Дверь за ней сразу захлопнулась с громким звуков, заставив девушку нервно выдохнуть.
– Кто первый? – растягивая слова, спрашивает Драко.
– А мы можем посидеть тут минут семь и выйти? – робко спрашивает Гермиона.
– Нет, конечно, же. Помещение заколдовано.
– Тогда это самый мерзкий вечер в Хогвартсе. Хуже быть не может.
– Успеешь поплакаться, – останавливает слизеринец ее причитания. – Кто начнет?
– Ты, – на выдохе говорит девушка, и Драко берет записку из ее рук.
– Ну что ж, – разворачивает он пергамент, – я должен тебя… – он шелестит бумагой, – поцеловать.
– Нет!
– Сама прочитай, – протягивает он ее листик.
– Тогда давай с эти поскорее закончим, – предлагает девушка. – Целуй быстрее.
– Ты меня как-то не возбуждаешь особо, – хмыкает блондин.
– Да плевать я хотела, Малфой! – Гермиону трясет. То ли от гнева, то ли от эмоций. Еще утром она и представить не могла, что будет не то что стоять так близко к нему, но и целоваться с ним! – Просто сделай это.
Драко смотрит на нее. Внимательно. Долго. Пытаясь угадать ход мыслей в ее напуганной головке, но потом, отбросив все, делает решительный шаг к ней. Инстинктивно, Гермиона поднимает перед собой руки на уровне лица. И Малфой, краем глаза заметив золотой отблеск на рукаве ее пиджака, делает шаг назад. Драко замер, разглядев инициалы на рукаве. Д.М.
– Где купила пиджак?
– Боюсь, не твой размер, – хмыкает Гермиона.
– А серьезно? – настаивает Драко.
– Не помню. Он просто висел у меня в шкафу. Но он мне нравится.
«Еще бы! – хмыкает про себя Драко».
Но из размышлений его выдергивает такое нетерпеливое от Гермионы:
– Малфой, пожалуйс…
И он пригвоздил ее руки над ее же головой. Шаг вперед – и девушка впечатана в стену. Гермиона больно ударилась головой, но даже не заметила этого, глядя в эти глубокие глаза самого мерзкого человека на свете.
Он смотрит в бездну ее глаз, в которой отражается целый мир. Сделав глубокий вздох, он наклоняется к ее лицу. Заметив выражение ужаса на ее лице, он шепчет ей в ухо:
– Давай просто сделаем это?
Он склоняется к ней, и Гермиона непроизвольно зажмурилась. Драко ухмыльнулся, заметив, как сильно трепещут ее веки. Он отпустил ее руки, и Гермиона сжала их замком под грудью. Драко запускает одну руку в ее волосы, усиливая дрожь Гермионы.
– Что, страшно? – опять шепот в самое ухо.
Гермиона сильно трясет головой.
– Лгунья, – вторая рука ложится на ее талию.
Гермиона вся сжалась, но Драко медлил. Открыв глаза, она встретилась с ним взглядом.
– Ну что? Давай поскорее с этим закончим? – цитирует ее слизеринец.
– Малфой, – тихо шепчет девушка, – это насилие.
– Что ты знаешь о насилии, Грейнджер?
– Я не хочу, – качает головой рыжеволосая девушка.
– Захочешь, – заявляет он.
Гермиона не успела ему ответить, как он уже снова склонился над ней. На долю секунды встретившись с девушкой глазами, Драко нежно поцеловал ее в шею.
Гриффиндорка широко распахнула глаза от неожиданности. К нежному Малфою она была не готова, от слова совсем. Девушка застыла в его руках, словно изваяние.
 
– Н-н-н-не н-надо, – просит она.
– Надо, – его дыхание на ее шее распаляет ее. Он аккуратно, боясь ее спугнуть, спускается поцелуями к ее ключицам.