Разочарованные (СИ)

«Все будет хорошо, – проносится в голове у гриффиндорки».
Гермиона Джин Грейнджер широко распахнула глаза. Она всегда просыпалась без будильника, но упорно его заводила – на всякий случай, как сказала бы миссис Грейнджер. Гермиона лежала на спине, уставившись в потолок. Где-то в левой стороне груди пульсировала боль от предательства Рона Уизли. Но боль была такой приглушенной, будто она застукала его не сегодня ночью, а год назад. Просто осадок. Но лучше его не взбалтывать.
Сегодня была среда, а это значит, что настало время первого факультатива по ЗОТИ с Малфоем. Подумать только, она посмела пререкаться с самим Снеггом! В голове не вяжется, но ничего не поделать.
Свесив ноги с кровати, Гермиона поболтала ими, вспоминая волшебного Тео. Мысли об этом юноше с васильковыми глазами притупляли мысли о Рональде. Кто он? С какого факультета? Он не назвал свою фамилию, поэтому она не знала, как его можно найти. Вчера на нем была одежда без нашивок, что немного загоняло девушку в тупик.
В этот раз Гермиона закрыла за собой дверь ванной комнаты. Каждое ее утро начиналась одинаково – она рассматривала себя, пытаясь заметить малейшие изменения в своей теле. В этот раз также не было каких-то явных изменений, только взгляд стал более спокойным. Более уверенным. Подмигнув своему отражению, Гермиона принялась за утренний туалет.
Холодная вода взбодрила девушку. Она была готова к новому дню. Готова ко всему. Но только не ко встрече с Малфоем, поэтому она быстро юркнула обратно к себе в комнату.
Как обычно девушка выбрала черную юбку, чуть выше колен. Без разреза, без рюшечек, без прочих милостей. Такая же строгая, как и сама Гермиона. Идеально белая блузка. Капроновые колготки телесного цвета. Черные туфли на «школьном» каблучке. Гордо она завязывает красный галстук. Идеально чистая школьная мантия завершает ее образ. Не богато, конечно, но зато чисто и со вкусом. Кокетливо улыбнувшись самой себе, Гермиона провела гигиенической помадой по губам. Это было ее маленькой тайной и хитростью.
Джинни так и норовила накрасить Гермиону, но девушка упорно отказывалась, позволяя экспериментировать над собой только по праздникам. Поэтому магловская помада была компромиссом, Гермиона смазывала губы, которые часто трескались и сохли, а Джинни верила, что это блеск для губ и лелеяла мечту, что когда-то ее подруга будет с косметичкой на «ты».
Подмигнув своему отражению в дверце шкафа, Гермиона перекинула сумку через плечо и покинула комнату, с осторожностью глядя в грядущий день. Малфоя она не встретила, но парящая записка привлекла ее внимание. Гермиона удивилась такому способу взаимодействия с Малфоем, но все же пришла к выводу, что лучше уж так, чем гавкаться по мелочам. Пробежав по записке беглым взглядом, девушка нахмурила брови и затолкала пергамент в сумку.
Утро было добрым, пока она не наткнулась на имя Рона Уизли. Тряхнув головой, девушка отправилась на завтрак.
– Ты какая-то сегодня другая, – улыбнулась ей Джинни, когда они вдвоём сидели обособленно от всех.
– Какая? – улыбается Гермиона.
– Счастливая, – немного с завистью произносит Джинни, и девушки громко смеются. – Гарри вот ходит черней тучи.
– Ну вечер со Снеггом позволяет немножко взгрустнуть, – фыркает Гермиона.
Было видно, что Джинни хотела как-то пошутить, но к ним подсел Рон, и девушка замолкла. Молчание становилось неловким.
– Гермиона! – вдруг зовёт Рон подругу.
Гермиона вздрагивает от неожиданности и смотрит на него выжидающе.
– Давай на выходных сходим вместе в Хогсмид? – спрашивает парень.
– Что? – теряется Грейнджер.
– Ну ты и я. В Хогсмид, – широко улыбается Рон. Парень видит, как она скептически хмурит брови, и поспешно добавляет. – Гарри же до конца года нельзя будет.
– А, да, – вздох облегчения срывается с ее губ. Рон улыбается, но Гермиона, как и он ее ночью, легко и просто сбрасывает его на землю, – ты тоже не пойдёшь.
– Почему?
– Потому что так сказала Макгонагалл, – и Гермиона полезла в сумку за утренней запиской. – До конца года ты не посещаешь Хогсмид, а ходишь на отработки у профессора Снегга.
 
– Но почему? – возмутился Рон.
– Потому что нарушил предписания, – просто ответила староста Гриффиндора.
– Нет, почему именно у Снегга? – Рон даже хлопнул по столу ладонью.
– Потому что тебя поймал Малфой и он посчитал нужным сообщить об этом своему декану, – медленно объясняла девушка. – Тот назначил наказание, а Макгонагалл с ним согласилась. Первая отработка, кстати, сегодня, – дополнила она.
– А я один отрабатываю? – заглянул Рон в пергамент.
– Ну может с Гарри будешь в паре, – пожала плечами Гермиона.
У Рона было ещё несколько вопросов, но он решил их задать Лаванде. Что такого она сделала, что Малфой о ней не донес?
День протекал медленно, но в какой-то нервозности. Рон злился, что попался, Гарри был недоволен тем, что профессор Дамблдор легко перенёс их занятия на пятиницы, Гермиона же понятия не имела, чему такому мог ее научить Малфой.
Как только закончилось последнее на сегодня занятие, Гермиона бросилась в свою комнату, чтобы избежать пустых разговоров друзей. А еще она вчера взяла парочку книг в библиотеке, чтобы наверняка знать больше, чем этот самоуверенный слизеринец.
Гермиона с жадностью читала страницы книги, вчитываясь в каждую букву, в каждую строчку, разглядывая каждую картинку. Она не знала как, но была уверена, что это может пригодиться ей вечером. Девушка вздрогнула, когда школьные часы пробили шесть вечера. Не зная, что ей может понадобиться на занятиях, она взяла только свою волшебную палочку, бережно пряча её в карман мантии.
Она случайно встретилась с Гарри и Роном на лестнице.
– Тоже не спешите? – улыбается Гермиона.
– Неа, – качает головой Уизли.
– Обещаю спешить, когда буду уходить с отработки, – шутит Гарри. Друзья улыбнулись друг другу.
Троица остановилась у двери кабинета профессора Снегга. Никто не решался постучать в дверь или хоть как-то нарушить тишину, что царила на этаже. Но Гермиона, решив, что чем раньше они начнут, тем быстрее освободятся, смело постучала и, не дожидаясь пока ей ответят, распахнула дверь кабинета ЗОТИ.
Золотое Трио замирает от увиденной картины. Гарри с Роном многозначительно переглянулись, когда до них донеслась фраза Малфоя:
– Он выбрал меня, понимаете? Не вас, профессор, а меня. Значит я особенный, как вы не понимаете!
– Но, Драко, я обещал твоей матери, что…
– Значит, вам придется нарушить обещание, профессор, – повышает голос Малфой.
Так они и стояли, два представителя змеиного факультета, держась крест на крест за левые руки друг друга. Профессор обеспокоено смотрел на своего ученика, пока Драко избегал его взгляда.
Гермиона поняла, что они помешали какому-то личному разговору. Обрывок был настолько недвусмысленным, что Гермиона была уверена – вечером Гарри заведёт свою пластинку.
– Кхм-кхм, – подала девушка голос, привлекая внимание, пока профессор Снегг и Малфой не скомпрометировали себя ещё больше. Оба слизеринца тут же отпрянули друг от друга. Снегг развернулся к ним, запахивая мантию привычным движением. Драко же вовсе повернулся к ним спиной, уставившись в окно.
– Вы опоздали, – надменно произносит Снегг. – Минус пять баллов с каждого, – его губы складываются в тоненькую ниточку. – Мистер Уизли, поскольку вы проявили интерес к различным пыльным кабинетам, то мистер Филч очень обрадовался, что вы теперь будете ему в этом помогать. Естественно, без магии. Все понятно?
– Да, сэр! – шипит Рон, обескураженный таким способом отработки.
 
– Я надеюсь, что вы ответственно к этому отнесетесь, мистер Уизли. Это все ради того, чтобы вы могли засыпать без дополнительных… стимуляций, – голос Снегга холоден. – Поэтому вы будете делать это ежедневно, а мистер Филч лично будет вас провожать до гостиной вашего факультета.
– Но, сэр… – начинает Рон, но Снегг его перебивает: