Разочарованные (СИ)

Дождавшись, когда профессор повернется к аудитории спиной, Драко пересел на парту вперед, рядом с Грейнджер. Они оказались так близко, что их коленки и плечи соприкоснулись.
– Ты что творишь? – Гермиона широко распахнула глаза. – Нас же увидят!
– Мне все равно, – улыбнулся парень, протягивая ей галстук. Гермиона протянула руку, и как только она дотронулась до него, Драко тут же накрыл ее ладонь своей. Девушка непонимающе уставилась на парня. – Скажи мне, Грейнджер, было или не было? – он испытывающе на нее посмотрел, заглядывая не просто в глаза, а прямо в душу. Девушка в нерешительности отвела от него взгляд, но Драко сжав пальцы посильнее, заставил вновь на него посмотреть. – Я не люблю повторять, если ты помнишь, – напомнил он ей.
– Где твоя сумка? – спросила Гермиона, заметив, что Драко сидит, вообще без вещей.
– Не зли меня, Грейнджер, – он сжал пальцы еще сильнее, от чего гриффиндорка непроизвольно ахнула.
– Гермиона, – она посмотрела на него, прямо в его серебристые глаза, – меня зовут Гермиона, – Малфой довольно улыбнулся. Да, грязнокровка с характером.
– Грейнджер, – Драко улыбнулся.
– А ты?
– Называй меня господином, не ошибешься, – хохотнул он.
– Я не про это, Малфой, – она закатила глаза. – Для тебя было что-то или нет? – боясь его ответа, она опустила взгляд. Но в который раз он усилил свою хватку, чтобы Гермиона на него посмотрела. Убедившись, что она смотрит на него и внимательно слушает, он ответил:
– Грейнджер, – начал слизеринец, – я не жалею о том, что было в первый раз. И тем более я не сожалею о том, что было во второй раз. Единственное, о чем я жалею, это то, что Забини приперся не на пять минут позже, потому что мне было уже все равно. Я бы сделал тебя своей, – горячим шепотом продолжал Малфой. – И мне бы хотелось, чтобы это повторилось в третий раз, четвертый… сто четвертый, понимаешь? – парень пожирал ее глазами. – Потому что я этого хочу, – глаза Малфоя расширились, он смотрел на ее губы. Гермиона тоже была возбуждена. Она поняла, что Малфой пришел сюда только ради нее. Просто так. Потому что захотел.
– Я тоже, – тихо ответила Гермиона. И Драко переместил свою руку на ее колено, легонько сжав его. Почувствовав свободу, девушка забрала свой галстук, повязав его тут же себе на шею.
– А мой? – спросил он.
– Трофей, – кокетливо улыбнулась гриффиндорка, припоминая ему же его же слова. Драко восхищенно улыбнулся. Все-таки она слушает его.
– Тогда я возьму новый, – он загадочно улыбнулся, чем ввел Гермиону в ступор. Не давая прийти девушке в себя, он подхватил ее под коленки, разворачивая ее корпус на себя и перекидывая ее стройные ноги через свои.
– Сумасшедший, – ошарашенно прошептала Гермиона, но Драко лишь улыбнулся, нежно проводя ладонями по ее ногам. Гермиона смотрела на него и не понимала, почему она это позволяет.
Сначала он снял с нее туфли и поставил их позади себя на скамейку. Затем нежно провел руками по ее икрам, легонько их массируя и посылая армию мурашек до самого копчика. Потом он двинулся выше, и вот теперь подбирался к внутренней стороне ее бедер.
– Нет, – Гермиона инстинктивно сжала ноги, но Драко лишь хмыкнул.
– Тебе понравится, – пообещал он ей, и вернулся чуть ниже, чтобы дать время Гермионе привыкнуть к его рукам на своем теле. – Серьезно, Грейнджер? Чулки?
– Жарко ведь в колготках, – просто пожала плечами девушка, объясняя ему столь простую истину. В глазах Малфоя стал разгораться огонек. Определенно, такая Грейнджер ему нравится.
Драко по-хозяйски гладил Гермиону, нетерпеливо теребя края ее чулок. Гермиона совсем расслабилась, и Малфой не упустил этот момент – его руки тут же стали ласкать внутреннюю сторону бедра, уверенно подбираясь к краю трусиков. Гермиона снова сжала ноги, но потом также быстро расслабилась, осознав, к какому месту прижимаются его руки, зажатые ее бедрами.
– Что ты делаешь? – шепотом спросила девушка, но Малфой лишь блаженно закрыл глаза, изучая тело гриффиндорки. Если бы ему кто-то сказал, что такой момент настанет, он бы рассмеялся тому человеку в лицо, но сейчас он был доволен, как никогда. Наконец, его рука все же коснулась края ее трусиков, и Гермиона оцепенела. Драко понял, что это из-за неопытности, и улыбнулся во все тридцать два зуба, подбадривая гриффиндорку.
 
– Не нужно, – одними губами попросила девушка, но ловкими движениями Драко уже сминал тонкую материю. Гермиона сама не заметила, как быстро он ее лишил трусиков. Она опомнилась только тогда, когда сама приподнялась, чтобы он смог стянуть их с нее полностью.
– Зачем? – уставилась на него Гермиона, когда он убрал кусочек ткани в карман мантии.
– Трофей, – хмыкнул Драко. Гермиона ошарашено покачала головой, к такому она не была готова.
– На нас смотрят, – прошептала она, заметив, что многие стали с любопытством поглядывать в конец класса, заприметив тут самого Драко Малфоя.
– Завидуют, – уверенно ответил парень, но руки с бедер девушки не убрал. Гермиона сделала вид, что ей совершенно неинтересно, что происходит у нее между ног, решив полностью сосредоточиться на уроке. Она старалась изо всех сил отвлечься от настойчивых рук Драко, но он посылал импульсы удовольствия по ее натянутым нервам, просто поглаживая. Гермиону бросало то в жар, то в холод, она прогибалась в пояснице и искусала в кровь нижнюю губу, чтобы не показывать, как ей хорошо, а Драко просто ее гладил, не переходя границы.
И вот он решился, медленно, смакуя каждую эмоцию Гермионы, дотронулся до ее больших половых губ, медленно проведя по ним пальцем. Ноги девушки, как по волшебству, раскрылись, и она подняла на него свои карие глаза. Малфой ободряюще улыбнулся, и гриффиндорка расслабилась. Он ласково ее касался там, где даже она саму себя не трогала, местами надавливая, местами, наоборот, едва касаясь. По животу резко растеклось тепло, и стало нечем дышать. Гермиона, как зачарованная, смотрела на сосредоточенное лицо Драко, который сгорал от желания, но тем не менее умудрялся держать себя в руках.
Драко увлекся и задел ее клитор, от чего Гермиона громко выдохнула. Он задел снова, и она судорожно вдохнула.
– Что ты делаешь? – шепотом спросила она, пытаясь убрать дрожь в голосе.
– Получаю удовольствие, – хрипло ответил парень, которому было уже крайне не удобно сидеть по физиологическим причинам.
Гермиона прикрыла глаза и еще сильнее прикусила губу, а Малфой наслаждался этой прелюдией не меньше, чем сама Гермиона, которая испытывала подобное в первый раз. Драко довольно улыбался, понимая, что занимается развращением Грейнджер буквально на глазах у всех. Особенно возбуждало, что Поттер и Уизли тоже были тут и ничем не могли помочь или помешать.
– Ох, – простонала Гермиона, когда он сосредоточил все свои ласки вокруг ее набухшего клитера.
– Ах, – сорвалось с ее губ, когда Драко аккуратно вошел в нее одним пальцем.
– Ммм, – протяжно протянула девушка, когда Малфой объединил эти ласки.
– Пожалуйста, – попросила слизеринца гриффиндорка, – не тут, – но легче было догнать Хогвартс-Эксперсс, чем заставить Драко Малфоя остановиться на полпути. Он внимательно смотрел на Гермиону, запоминая, как она реагирует на малейшее его прикосновение. Кажется, она просила его остановиться, но как тут можно остановиться, когда она так призывно выгибается и стонет. Он был готов кончить прямо сейчас, только лишь трогая ее и наслаждаясь ее искренней и бурной реакцией. Малфой даже прикусил губу, настолько он старался довести дело до конца. Он усилил свои старания, и Гермиона выронила учебник, который упал с оглушающим звуком. Девушка от неожиданности подпрыгнула, Малфой замер, весь класс обернулся на звук, а мадам Бербидж обратилась к ним, поправляя очки:
 
– Последняя парта, я вам не мешаю?
– Простите, профессор, – пролепетала Гермиона, но Малфой ответил в своей манере, медленно растягивая слова:
– Мешаете. Мы тут заняты немного. – Класс ахнул. Но профессор сохраняла удивительное спокойствие.