Разочарованные (СИ)

– Испугалась? – полушутя, спросил он хриплым голосом.
– Нет, – выдохнула в его губы.
Тогда Малфой прижал ее к себе еще крепче, придерживая за талию, намеренно прижавшись к ней стояком.
– Он огромный, – ужаснулась девушка, совершенно не понимая, как ЭТО в ней поместится.
– Тебе понравится, Грейнджер, – пообещал он ей, обводя кончиком языка ее губы. Но Гермиона словно окаменела, совершенно не реагируя на его ласки.
– Грейнджер, – позвал он ее, – что случилось?
– Я с Роном поругалась, – неожиданно выпалила гриффиндорка. Малфой поморщился, будто только что укусил лимон.
– Знаешь, – он отстранился от нее, – как-то некрасиво с твоей стороны. У нас тут такой момент, а ты думаешь о левом парне.
– Он не левый, – ощетинилась Гермиона, – он мой друг, – Драко так и подмывало сказать ей, что друзьям по шарам не дают, но вслух лишь произнес:
– Почему?
– Он… он очень изменился с лета, стал таким вспыльчивым, – отрешенно вымолвила девушка.
– Очень интересно, – саркастично подметил Драко.
– Знаешь, я первый раз сегодня подняла руку на человека, – шепотом сказала Гермиона.
– Что он сделал? – Малфой видел боль в чёрных глазах.
– Он… он обозвал меня, – кажется, Гермиона была готова расплакаться, что совершенно не входило в планы Драко. Его так и подмывало подшутить, разве что-то есть обиднее грязнокровки, но сдержался.
– Как?
– Неважно, – поспешно улыбнулась она, начиная застегивать пуговицы, но Драко большим шагом сократил между ними расстояние.
– Как? – он переплел с ней пальцы. Но Гермиона упрямо покачала головой. – Ты же помнишь, что я настойчивый? – он улыбнулся ей уголками губ. Подняв свои карие глаза на него, она одними губами прошептала, едва слышно. И Драко сжал челюсти так сильно, что Гермионе показалось. что некоторые зубы треснули.
Малфой прижал ее к своей широкой груди, обнимая крепко, но не слишком. Хотелось достать откуда-то маховик времени, чтобы вернуться в сегодняшнее утро и не просто сломать нос этому Уизли, хотелось сломать самого Уизли. Драко почувствовал маленькие быстрые капли, что текли по его груди. Держа в объятиях Гермиону, Малфой не мог поверить, как такая хрупкая и ранимая девочка может быть такой сильной и держать в страхе половину Хогвартса.
– Грейнджер, почему у нас все через жопу? – спросил он, нежно поглаживая ее спину. Гермиона подняла на него свои печальные глаза, и Драко увидел в них звезды.
Он медленно наклонился к ней, и она сама потянулась к нему. Она первая юркнула своим языком в его рот, вызывая у Драко тихий стон. А он прижался к ней, показывая, какую власть имеет та над ним. Губы Гермионы были солеными, но это совершенно не смущало Драко, он нежно посасывал каждую. Умелыми губами и сильными руками он снова довел Гермиону до состояния, когда она жила не мозгом, а инстинктами. Гермиона прервала поцелуй, нежно целуя Драко в шею, как это делал он мгновениями ранее. Малфой напрягся, но девушка этого не заметила, продолжая и дальше блуждать губами по его шеи.
– Грейнджер, – позвал он, Гермиона что-то промычала и продолжила шалить губами, спускаясь ниже по его груди. – Грейнджер, – хрипло позвал Драко, но Гермиона будто не слышала, продолжая влажным языком чертить какие-то иероглифы на его коже, опускаясь ниже. – Грейнджер, – он резким движение поднял ее. – Если ты сейчас не остановишься, то ты не покинешь эту башню такой же невинной, как вошла сюда, – он буквально впился в ее глаза. Но Гермиона просто прижалась к нему, игнорируя свой здравый смысл и его. Нежно проведя пальцами по его груди, Гермиона уверенно спустилась ниже к его бедрам, Малфой даже дышал через раз. А потом она резко положила свою ладонь на выпуклость на его штанах и легонько сжала. А потом еще раз. А потом провела вверх вниз.
Это была последняя капля, Малфой не мог больше быть джентльменом. С первобытном рыком он вжал ее в себя, с остервенением целуя ее опухшие от поцелуев губы, он жадно трогал её грудь под блузкой, до боли сжимая округлые полушария, теребя соски, поигрывая ими между пальцами. Он сходил с ума, когда Гермиона как бы случайно задевала его плоть, и окончательно тронулся умом, когда понял, что ее несмелые пальцы пытаются стянуть с него ремень. Он был готов кончить себе в боксеры, когда она коснулась его через ткань трусов. Коснулась и не убрала руку. Само осознание того, что это была Гермиона Грейнджер возбуждало по самое не могу. Малфой уже тянулся к ней под трусики, как заметил, что Гермиона стоит в шоке и смотрит за его спину. Малфой застегнул рубашку, привел в порядок ремень и развернулся.
 
– Какого хера, Блейз?! – Драко был готов просто убить.
– Я тут всего лишь минут десять, так что ничего не видел, – пожал плечами мулат, театрально прижав руки к груди.
– Целых десять минут, – простонала Гермиона у Драко за спиной. Малфой обернулся к ней:
– Он могила, – заверил он ее, улыбнувшись. Девушка была готова упасть в обморок.
Забини помахал рукой Гермионе и прошел к перилам, облокотившись и уставившись на горизонт, как это делали Драко с Гермионой в самом начале.
– Я, наверное, пойду, – Гермиона попыталась уйти, но Драко покачал головой, прижав девушку к себе.
Он развернул ее лицом к озеру, а сам встал сзади, приобнимая ее за плечи.
– Красиво, – кивнул Блейз на Черное озеро.
– Очень, – кивнула Гермиона, не зная, чего ожидать от слизеринца. А Драко молча стоял, вдыхая запах волос Грейнджер, не особо стараясь вслушиваться в разговор Забини с гриффиндоркой.
Гермиона сделала шаг назад, прижимаясь к Драко, и ее ягодицы сразу же наткнулись на его стояк, который до сих пор был в полной боевой готовности. Гермиона поелозила, и Драко выдохнул:
– Вот сейчас тебе пора, – сказал он ей на ушко, вызывая дрожь в коленках.
– Пока, Забини, – попрощалась с мулатом гриффиндорка, но он, даже не обернувшись, поправил ее:
– Блейз, – и он поднял руку в жесте прощания.
Не зная, как прощаться с Малфоем, она просто посмотрела ему в глаза и улыбнулась, и уже даже повернулась и шагнула в сторону двери, как Драко поймал ее за руку и развернул:
– Не делай так больше, – и он властно притянул ее к себе для прощального поцелуя, смакуя каждую секунду. – А теперь иди, – он развернул ее и хлопнул по попе.
– Спасибо, – хихикнула Гермиона и выпорхнула за дверь.
Малфой вернулся к перилам, где стоял Блейз, и тоже уставился куда-то вдаль.
– На, – Забини протянул ему сигарету. – Облом, – констатировал он ситуацию.
– Какая же ты скотина, Блейз, – сказал Драко, принимая от друга сигарету.
– Это карма, Драко.
– Какая в жопу карма, Забини? – Малфоя сделал первую затяжку.
– Вообще я хотел тактично уйти, но потом вспомнил, что ты мне и сегодня обломал секс, так что был вынужден задержаться.
– Ну хоть не ко мне шел, уже радует, – хохотнул Драко. А потом опомнился. – В смысле и сегодня? Я же задержался!
– Ага, – Блейз пустил дымовое колечко, – и прислал к нам свою Паркинсон.
– Блять, – только и смог сказать Малфой.
– Именно, – согласился темнокожий юноша, а потом добавил, – но я не жалею, – Блейз поиграл бровями, чем вызвал ухмылку у Драко. – Я не мог пропустить растление монашки. Слышал последние сплетни? – Блейз интригующе уставился на Драко, но тот отрицательно покачал головой. – Рыжий Уизли сегодня назвал тебя «ублюдком», но твоя дорогая Грейнджер заявила, что твоя родословная безупречна, а вот в нем она сомневается, – рассмеялся Забини.
– Охуеть, – только и смог сказать Драко, пытаясь переварить услышанное.
Докурив и еще немного поговорив о том, что Драко теперь староста школы, они двинулись в подземелья. Но у самого выхода Малфой неожиданно развернулся.
 
– Что? – не понял Блейз, и ему тут же прилетел кулак Драко в живот.
– Никогда не стой между Малфоями и их целью, – Драко ушел, оставив Забини переваривать случившиеся.
А между делом Гермиона с улыбкой на лице медленным шагом дошла до своей гостиной. Приводя себя в порядок, она заметила, что до сих пор крепко держит в руках галстук Драко. Улыбнувшись, она повязала себе его на шею, а затем запахнула мантию, чтобы его не было видно.