Разочарованные (СИ)

– Напомни мне, что мы тут забыли? – Гермиона сильнее завернулась в свою зимнюю мантию.
– Кажется, я забыл полить свой “факел дозорного”, – виновато ответил Нотт. – Мадам Стебль меня завтра убьет.
– Эти кусты можно поливать раз в три дня, – сказала Гермиона, пытаясь подавить зевок.
– Это да, – Теодор почесал затылок. – Но прошла неделя.
– О!
– Как думаешь, моя лабораторная работа совсем накрылась, или еще есть шанс.
– Ну давай посмотрим, – улыбнулась девушка.
– Я предлагал тебе остаться в замке, – он снял с себя шарф и аккуратно повязал его на ее тонкой шее.
– И пропустить вечернюю прогулку с тобой? – всплеснула она руками. – Ну уж нет.
Он одобрительно хмыкнул. Слизеринец перевел взгляд вверх и улыбнулся – было полнолуние. Идеально.
– Я быстро, – обещает Теодор.
– Угу, – кивнула девушка.
– А ты не проверишь работы Гарри и Рона?
– Зачем?
– Ну смотри сама, – и Тео юркнул в теплицу.
Гермиона решила подождать Нотта на свежем воздухе. Она стучала сапогом о сапог, поскольку было достаточно прохладно. Не холодно, но влажно. Поуютнее завернувшись в слизеринский плащ, Гермиона решила все же проверить задания Рона и Гарри, зайдя в соседнюю теплицу, которая числилась за гриффиндорцами. И как оказалось не зря – картина была плачевная. Протяжно выдохнув, Гермиона начала колдовать и измерять показания, чтобы помочь друзьям.
– Ага, – раздалось над ее ухом. – Я так и знал, что ты не сдержешься, – довольным тоном произнес Теодор.
– Ты сам мне подкинул эту идею, – парировала Гермиона.
– Бывает, – тут же согласился Нотт. – Ты замерзла?
– Ты пришел, и стало теплее, – не смело улыбнулась Гермиона.
– Звучит… Сексуально, – он не смог ее не подразнить. Несильный толчок локтем за его дерзость была справедливой платой. – Ты закончила? Или они совсем безнадежны?
– Скажем так, травология – это не их конек, – поджала губы девушка. Нотт в ответ прыснул, за что получил еще один толчок под ребра.
Спустя пять минут, крепко взявшись за руки, они брели в сторону замка. Нотт заботливо разгонял при помощи палочки снег у них из-под ног.
– Думаю, нам нужно ускориться, – предлагает Гермиона.
– Мне так повезло, что я встречаюсь со старостой, – он притянул ее ближе.
– Но даже старостам нельзя покидать замок после девяти вечера.
– Ты права, – согласился он, – нам следует ускориться.
Они уже были во внутреннем дворике, как Теодор остановился. Она непонимающе на него уставился:
– Тео, у нас есть три минуты.
– До дверей идти полторы, – уточнил он. – Смотри, какую прелесть я нашел, – с этими словами он достал откуда-то из недр мантии розу. Самую обычную розу.
– Она волшебная? – поинтересовалась девушка.
– Естественно, – хмыкнул Нотт. – В мире магии это самая обычная магловская роза. Это ли не чудо?
– Чудо, – согласилась Грейнджер и протянула руку. – Ой, – она одернула ладонь, уколовшись о стебель.
– Черт, я же в перчатках и не подумал, – разозлился на себя Нотт. Он снял с себя кожанные перчатки и аккуратно взял девушку за ладонь. – Неглубокая, я залечу, – он достает палочку, хотя с такой царапиной может справиться и без нее.
Прежде чем вылечить ее руку, Теодор нежно целует ее ладонь, а затем проводит влажным языком по ранке, слизывая кровь. Небольшое сияние на кончике палочки – и порез затянулся.
– Ты тоже поранился, – указывает Гермиона на аналогичный порез на ладони Теодора.
– Фигня, – отмахнулся Нотт. – Я справлюсь за пару секунд, – но Гермиона его останавливает:
– Я помогу, – она поворачивает его ладонь вверх и достает свою палочку. Но так же медлит, как и он. Немного подумав, она сначала лизнула ранку, а только потом произнесла заклинание.
– Ты… Ты невероятная, Гермиона, – улыбка растягивает его губы, придавая его лицу некий шарм.
Буквально на несколько секунд, но их губы встретились. Сложно было сказать, кто к кому потянулся первым, но мурашки у обоих были одинаковыми. Никто из них не видел, а если бы и увидел, то ни за что бы не поверил, но на мгновение, на крошечный миг, луна стала кроваво-красной.
 
– У нас осталась минута, – первым пришел в себя Нотт. – Мы или бежим, или получим выговор.
Но Гермиона приняла решение за обоих – вновь его поцеловала.
А потом они бежали. Бежали так, словно хотели сбежать от реальности и найти покой в стенах Хогвартса.
– Ты не останешься? – спросила Гермиона, когда он медленно целовал ее возле портрета.
– Осталось пару дней до весны, – просто ответил Нотт. – Я боюсь не успеть кое-что сделать, – неопределенно повел он подбородком.
– Ты со всем справишься, – Гермиона поднялась на мысочки, чтобы оставить на парне поцелуй.
– Разве можно иначе? – его руки чуть крепче сжали ее талию.
Семь минут прощаний, а потом она зашла в Башню старост. Одна.
– Ууу, – протянул Драко, откладывая книгу. – Какие люди и без охраны, – хмыкнул он. – Ты сегодня одна?
– Закрой рот, Малфой, – тут же ощетинилась Гермиона. – Я устала, замерзла и хочу спать.
– Ну раз Нотт сегодня не соизволили тебя ублажить, то я могу тебе помо…
– Ну раз ты не понял с первого раза, то я могу тебе тоже помочь, – Гермиона вскинула в его сторону руку с волшебной палочкой.
– Я запомнил, ты была красноречива, – Драко поднял руки вверх.
– Славно, – кивнула девушка, но не стала убирать палочку. – Не забывай, – рекомендует она.
– Сложно забыть, – сквозь зубы бормочет Драко, но она его уже не слышит.
Грейнджер неспешно приняла ванну, размышляя о том, что все слишком быстро завертелось. Приятное тепло разливалось по телу, стоило ей подумать о Теодоре. Как она сначала противилась его обаянию, потому что он был с враждебного факультета. Как не доверяла ему, потому что ожидала подвох. И как все у них хорошо получилось, стоило ей отпустить свои страхи. Даже слишком хорошо.
Если раньше она фантазировала, мечтала и думала о Роне, о их совместном счастливом будущем, ясном, как утренняя заря, то теперь она представляла на его месте одного слизеринца, с такими глубокими, как море, глазами.
Она до сих пор не верила, что он из всех девушек в Хогвартсе обратил внимание именно на нее, проникся ее проблемами. Он даже подружился с ее мальчиками – Гарри и Роном. Попытался подружиться. Гермиона оценила этот жест – ведь даже друзья не смогли дать ей такого.
Розовая от горячей воды, она вышла из ванной, медленно промокая свое тело полотенцем.
А в соседней комнате Малфой прислушивался к этим звукам. В его руках был небольшой пузырек, и Драко искренне не понимал, почему он медлит. Он вообще не понимал, как такое могло прийти в его голову – только если от отчаяния. Он был уверен, что в жизни бы не додумался до этого, но Нотт заявил, что его девушка должна трахаться только с ним, а Гермиона повторила, заявив, что ноги ее раздвигаются только для Нотта. И все – мозг взорвался.
Поморщившись, он залпом выпил содержимое, чувствуя, насколько то противно на вкус.
Гермиона провела ладонью по запотевшей глади зеркала. Немного подумав, она вывела пальцем надпись “Love”, а потом, словно испугавшись, тут же зачеркнула ее.
– Трусиха, – злостно бросила девушка своему отражению. Но то ей не ответило, не отвергло это предположение, это обвинение, и Гермиона, вздохнув, принялась заплетать косу, чтобы утром на ее голове было что-то более менее цивильное.
Завтра – последний день зимы. Весна была для Грейнджер началом. Завтра они с Тео пойдут на вечеринку Слизерина. Первый раз вместе, как настоящая пара. Она улыбнулась. Завтра будет особенный день, она это чувствовала.
Опасливо она вышла из ванной комнаты, ожидая очередной стычки с Малфоем. На удивление, все было спокойно. Она юркнула в свою комнату, наложив на дверь чары. На всякий случай.
 
– Не включай свет, – доносится сзади.
– А я боялась, что твои незаконченные дела оказались важнее меня, – довольная, она развернулась.