Жена с хвостом (СИ)

— Не переживайте. Я отомщу ей за вашу смерть, — мрачно произнес муж с легкой улыбкой. — Если с вами что–то случится, я положу жизнь, чтобы выследить ее. Я буду выслеживать ее и день и ночь. А потом закажу ваш портрет и буду тыкать ее мордой со словами: «Кто это сделал?». Так что слезайте!
— Не слезу, — прошептала я, обнимая себя за плечи, как это делала тетя. Она была уверена, что хитрая мышь просто где–то затаилась. И как только тетя поставит ногу на пол, мышь бросится и откусит ей половину ноги.
Муж не выдержал и подошел к креслу.
Рывком он снял меня с него, а я едва успела зажать хвост между ногами.
— Извините, что так получилось, — лепетала портниха, пока меня несли в сторону двери. — Надеюсь, заказ не отменен?
— Нет, — произнес муж, ногой открывая красивую дверь. — Чтобы послезавтра платье было готово.
— Я вам еще красивую фату пошью! — слышался голос, а меня снова несли в карету.
— Сидеть! — приказали мне, когда я решила пересесть на другое сидение. Муж пролез в карету и уселся рядом. Дверца хлопнула, сиденье скрипнуло, а кучер прикрикнул на лошадей.
— А куда мы едем? — спросила я, чувствуя, как меня снова держат за талию.
— Туда, где вас не найдет ваша мышь, — усмехнулся инквизитор.
Я посмотрела на него, вспоминая, что тетя обсуждала мышь еще целый вечер. Пока дядя, словно охотник, выслеживал мышь, лежа на полу. Он загонял ее, шел по ее следу, а потом бил тапкой возле мыши с такой яростью, словно пытается сделать из нее мохнатую лепешку. Тетя, сидя на кресле с ногами восклицала: «Ты мой герой!» и что–то в этом роде.
— Т–т–точно мертва? — дрожащим голосом спрашивала тетя. — Ты проверил. Проверь! Проверь обязательно!
— Да, с такими ранами не живут, — мрачно произносил дядя, делая вид, что хочет показать тете поверженного врага. Но та начинала визжать и отворачиваться. Тетя была искренне уверена, что раскатанная тапкой мышь и зверски забитая молотком, только прикидывается дохлой. А на самом деле она только и ждет, когда ее понесут показывать, чтобы отомстить по полной.
А когда тетя успокаивалась и уходила, дядя ловил мышь, прятал в кулаке и нес на улицу. Там он выпускал ее и закрывал двери. Один раз он дал мне ее погладить. Она была такой милой и забавно шевелила носиком.
— А вдруг она меня найдет? — дрожащим голосом спросила я. И в этот момент я почувствовала, как меня обхватили чуть сильнее, чем обычно. Это было так волнительно и странно, что я боялась даже вздохнуть лишний раз.
— Но вы же не сказали ей свой адрес, — послышался голос мужа, а в нем прочиталась легкая улыбка.
— А вдруг она меня выследит? — с тревогой спросила я, снова поднимая глаза на его красивое лицо. — А кучер не может прибавить ходу? Вдруг она прямо сейчас бежит за каретой?
— Думаете, она вас запомнила? — мрачно поинтересовался инквизитор. Но при этом он слегка улыбался. — И рассмотрела, как следует?
— Это же мышь! — ответила я, с пылом тетушки. — Я помню, как она на меня сощурилась. Я многое успела прочитать в ее глазах!
— Я так понимаю, в ее глазах читалась смерть, — согласился муж. Он крикнул кучеру прибавить ходу. — Даже если это так, то сначала она убъет всех рыжих девушек в округе. А это дело ляжет ко мне на стол.
— Почему к вам, а не жандармам? — осторожно спросила я, понимая, что инквизиция занимается только магией и прочими непонятными случаями. А мне так и не хотелось думать о том, что однажды он отправит меня на костер. Или посадить в мрачную камеру.
— Потому, что на горле жертв будут отпечатки мышиных зубов, — мрачно усмехнулся муж. — А нападение дикого зверя сначала проверяется инквизицией. Вдруг это чей–то неудавшийся фамильяр?
— А если и так? — спросила я, понимая, что мы впервые с ним разговариваем! И кто бы мог подумать! Про мышь! Мне ужасно хотелось продолжить эту беседу. Впервые в жизни, я не чувствовала страха перед мужем. Но на всякий случай, я наступила ногой на хвост, чтобы он не выдавал непроизвольную радость.
— Я постараюсь вас предупредить, — мрачно пообещали мне, переводя взгляд на меня. — Пришлю письмо о том, что по столице рыскает мышь и наводит про вас справки.
 
— А вдруг она все равно явиться? Ночью? — спросила я, округляя глаза от ужаса, как тетя. Мне самой было смешно от того, что я говорю. Но я всячески держалась, чтобы не рассмеяться.
— Не бойтесь. Если будет реальная угроза, то я дам вам охрану, — мрачным голосом произнес муж.
У него был такой мрачный шарм, что я просто поражалась. Природа, наверное, пошутила. Она дала ему внешность прекрасного принца и характер циничного престарелого аристократа, который не без удовольствия схоронил всю родню.
— Охрану? — удивилась я. — Настоящую?
— В два ряда, — продолжил муж, поглядывая на меня. — Но я надеюсь, что она вас не выследит. У вас есть одна надежда, что пойдет дождь. И смоет наши следы. И на повороте на Бриенстоль, мышь свернет не туда.
— А если она все–таки придет? — продолжала я, понимая, что так долго мы еще никогда не разговаривали. И мне жаль было упустить этот момент.
— Разрешаю вам оборонятся всеми возможными способами, — с мрачной улыбкой произнес муж. Он внезапно склонился к моей макушке и негромко добавил.
— Только, чтобы у вас не было проблем с законом, постарайтесь вложить в лапу убитой мышь нож, — негромко произнес он, а его дыхание задело мои волосы. Это было так приятно, что я у меня мурашки побежали.
— Нож? — спросила я так же полушепотом. Карета подпрыгнула на кочке и свернула.
— Можете стул. Как вам будет угодно, — серьёзно произнес муж. — И тогда у вас точно не будет проблем с законом. Закон умрет от смеха. А вы сможете бежать в другую страну. Только не забудьте поменять внешность и имя, потому что у мыши могут оказаться родственники.
— Хорошо, — кивнула я, понимая, что этот шутливый разговор вызывает у меня желание рассмеяться. Но я тщательно стягивала губы трубочкой.
  
Глава одиннадцатая
 
Никогда не думала, что мы приедем так быстро! Но вот уже раскисшая осенняя дорога уткнулась в мрачноватое поместье. Интересно, кто–нибудь вообще знает, что оно здесь есть.
Я вышла из кареты, тщательно одергивая юбку. На губах была улыбка. Я ничего не могла с ней сделать. При виде мрачного фасада, я немного погрустнела.
— Всего хорошего, — послышался голос мужа. Он вышел меня проводить, чтобы убедиться наверняка, что я не буду выслеживать его. И не спрячусь в важу.
Я обернулась, видя, как он направляется в сторону кареты. На пару мгновений он замешкался, а потом произнес в полоборота.
— Если что–то будет вам нужно, то пишите список.
Мой недоуменный взгляд застыл на его широкой спине.
— Нет, спасибо, — вздохнула я. — Деньги вы уже дали. Спасибо.
На эти слова инквизитор обернулся, глядя на меня хмурым взглядом. Он все еще не уехал. А я не могла понять, что его здесь держит.
— Их хватит? — внезапно после недолгого раздумья спросил муж. Он с сомнением посмотрел на меня.
— Да, мне многого не надо, — вздохнула я, направляясь в сторону скрипучих врат. Капельки дождя, словно бриллианты, застыли на мрачной решетке.
— Ну хорошо! — внезапно произнес он, так словно разозлился. Через минуту, я видела, как карета исчезает среди еще не облетевших деревьев.
Запах сырости и листьев стоял в старом саду. Я уже собиралась пройти к крыльцу, как вдруг услышала страшный шорох в кустах.
— Опять ты? — спросила я, вспоминая того преследователя. — Ты снова за старое?
Кусты зашевелились, а я стала осторожно отходить в сторонку, пока не уперлась спиной в дерево.
— Пфе! — послышался голос, а я с удивлением увидела, как из кустов вывалился маленький кролик с рогами.
— Вы кто? — спросила я, видя, что это вовсе не тот, на кого я подумала. — С вами все в порядке?
Вид у него был жалкий. Сам он выглядел весьма потрепанным и грязным.
Осторожно, словно боясь спугнуть его, я подошла и присела рядом. Вблизи он был таким милашкой, что мне захотелось его погладить.