Игра на любовь (СИ)
***********************************************************************************************
Игра на любовь
http://ficbook.net/readfic/2214542
***********************************************************************************************
Автор:Муравьед (http://ficbook.net/authors/631674)
Беты (редакторы): cold_silence
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: альфа/омега, альфа/бета
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Драма, Психология, Повседневность, POV, Омегаверс, Учебные заведения
Предупреждения: Насилие, Нецензурная лексика, Мужская беременность, Секс с использованием посторонних предметов
Размер: Миди, 76 страниц
Кол-во частей: 16
Статус: закончен
Описание:
Ты - приз в игре, но цена тебе - бутылка вина. А можно ли, проигрыш превратить в победу? Получить желанного альфу и отпустить его. А потом собирать себя по частям. Игра на любовь в ней нет победителей.
Примечания автора:
« У меня сегодня много дела:
Надо память до конца убить,
Надо, чтоб душа окаменела,
Надо снова научиться жить. »
Анна Андреевна Ахматова
========== Глава первая ==========
POV Лен
Говорят, что родительская любовь слепа. Ошибаются. Она - дама с утончённым эстетическим вкусом. Не каждый ребёнок достоин отцовской любви, некоторым её нужно заслужить. По крайней мере, в моём случае - это аксиома. Девять месяцев единения папы и ребёнка не гарантируют последнему вселенской радости от его появления на свет. Мне так, «повезло» особенно. Я родился омегой, вторым у своих родителей. Мой отец-альфа ждал долгожданного наследника, а тут я - синюшное недоразумение. Не знаю, чем было вызвано его непринятие меня, как своего отпрыска, но он упорно не желал видеть во мне собственного сына. И это при всех-то тестах на отцовство, так как, видимо, чутьё у него было избирательным, и при приближении ко мне, его напрочь отшибало. Даже боюсь представить, каким бы затюканным чудом я вырос, когда родной отец ненавидит и едва терпит тебя, а папа-омега равнодушно этого не замечает. Если бы не его величество – случай, а точнее кузен моего папы омеги.
Двоюродный брат папы – Поль Вернье был бетой. Он занимался производством вина и почти всё время пропадал на виноградниках, редко выбираясь в столицу. Но, примерно лет за пять до моего рождения, они с супругом затеяли организацию сети собственных ресторанов. Именно открытие нового ресторана и привело его в город. Решение посетить кузена было спонтанным, особо близки братья не были, сказывалась значительная разница в возрасте, более тринадцати лет, но родственные отношения поддерживали. Тогда-то, Поль и имел счастье лицезреть младшего отпрыска семьи Фишер, а именно меня, истошно вопящего, на руках у папы. За что я и огрёб по щекам и мягкому месту от отца. По его мнению, «ребёнок в восемь месяцев должен уметь терпеть боль, тем более, что отит - не повод для крика». Не знаю, что больше повлияло на моих родителей, красноречие Поля, или обещание финансовой поддержки, но своё место жительства я с успехом поменял.
Природа щедро позаботилась о детях, не позволяя им, осознавать своё «я» в младенчестве, тем самым ограждая их психику от ненужных стрессов. Мои первые воспоминания о детстве начинаются, примерно, с двух лет, а всё, что происходило до этого - мне рассказал Поль в день моего совершеннолетия.
Для сорокалетнего Поля и его супруга-беты Джованни Готье, я стал подарком судьбы. Как семья, состоящая из бет, они могли усыновить ребёнка, но как-то всё откладывали, не замечая за каждодневными делами стремительно несущегося времени.
Стоит ли рассказывать, что у меня было самое счастливое детство? Нет, я не был избалованным и капризным ребёнком, но тепло и любовь, подаренные Полем и Джо, согревали меня всю жизнь.
Я рос среди залитых солнцем лугов, усыпанных полевыми цветами, учился делать первые шаги на виноградниках, цепляясь пальчиками за лозу. Засыпал в объятьях своих отцов, под тихий шёпот одного из них, рассказывающего мне сказку. Поль обожал расчёсывать мои белые кудряшки, сокрушаясь о том, что с возрастом они приобретут бронзовый оттенок, как у всех членов семьи Вернье. Я совершенно не был похож на своих родителей, только от папы омеги взял огромные серые глаза в обрамлении пушистых ресниц, черты лица и фигура, это было от его папы, моего деда-омеги, ну так говорил Поль. Сам своих дедушек я не видел, только на старых снимках в семейном альбоме, мой папа был поздним ребёнком, а они умерли ещё до моего рождения. И если в целом моя внешность меня устраивала, то вот фигура - совершенно нет, мой дед-омега Павел был пышкой. И я с успехом унаследовал ему.
Мой дедуля был просто очаровательным омегой. В чём я и убеждался, рассматривая старые снимки и слушая истории Пола. Павел был голубоглазым блондином с аккуратным носиком и очаровательными ямочками на щеках, ох уж эти ямочки, сколько же альф они свели с ума! Мой дед-альфа был красив, той особой красотой, что заставляла омег млеть от одного взгляда его серых глаз. Но, этот статный красавец, с рассыпанными по плечам бронзовыми кудрями, выбрал пухленького блондина Павла и был верен ему всю жизнь, бешено ревнуя супруга.
Я же унаследовал внешность от обоих дедушек: бронзовые волосы и серые глаза от альфы, аккуратный носик и пухлые губы от Павла, от него же и полные бёдра. И если, во времена моих дедуль такая внешность была эталоном красоты для омеги, «чтобы было за что подержаться». То для меня стала причиной насмешек со стороны старшего брата-омеги Жана и брезгливо поджатых губ папы.
Когда кончается детство? Для каждого из нас период взросления разный, кто-то сохраняет частицу детской непосредственности до самой старости, но этих счастливцев слишком мало. Для меня детство закончилось в семь лет.