Все только начинается (СИ)
— Способностей у него немного, но заворожить кота или собаку он в силах. Правда, с Лоу не справился, но Ларри завершил дело.
— Он кусался! — возмущенно сообщил Фади.
— Мы хотели передать привет от Тины, но не все прошло… гладко, — добавила его мать.
Итак, Лоу учуял обидчика и… убежал. С кем теперь будет играть Эйджи?
— Хватит разговоров, — раздраженно проговорил доктор Ларри Дэклер. — Скоро народ начнет расходиться по домам. Костер могут заметить. Заканчивай.
— Я должна была рассказать, — покладисто отозвалась Дафна, улыбнувшись мужу. — Она должна была знать.
— И все-таки: зачем? — спросила Анна, поудобнее перехватывая блауст. — Власть?
— Скрытая власть, — коротко уточнила мистресс Дэклер, подав знак крупному мужчине в маске. — Наслаждение тайным могуществом – величайшее удовольствие на свете. И пусть это скромный трон в маленьком королевстве, мне достаточно, чтобы не зря прожить жизнь.
— Врешь. Ты оставляла трупы на виду. Тебе было мало скрытой власти, ты хотела продемонстрировать силу, испугать.
— Может, и так, — мистресс Дэклер пожала плечами. — Господин Тин, сделайте все аккуратно. У этой дамы есть весьма хитроумный друг, альв. Мы же не хотим, чтобы он нашел улики?
В крупной фигуре Анна узнала одного из помощников Фейта Эдрегейла. Видимо, Дафна использовала его как грубую силу. Возможно, именно Тин тогда повредил ступеньку в Нестре-дуне.
— Мой друг не только альв, — с деланным равнодушием сообщила Анна наступающему на нее громиле. Сама она встала, делая вид, что руки все еще связаны за спиной. — Он аттарон, священный палач альвов. Она явится за теми, кто напал на его друга. Ему достаточно одного прикосновения, чтобы остановить сердце.
Эти слова возымели неожиданный эффект. Убийцы в мантиях взволнованно зашептались. Чары Дафны не настолько затуманили им головы, чтобы не испугаться. Тин тоже остановился, с удивлением оглянувшись на «коллег».
Анна наставила на него пистолет.
— Не подходи! Я буду стрелять.
— Из этого музейного экспоната? Вряд ли он даже заряжен. Не слушай ее, Тин, — вмешалась Дафна. — Она лжет, тянет время, надеется, что ее найдут. Выстрелить в человека – это не гнусную статейку накропать. Сегодня в горах у моря горит множеством костров. Чтобы облететь побережье, понадобиться целый дракон, — жена доктора усмехнулась собственной шутке, видимо, посчитав ее крайне остроумной. — Забери у нее оружие, Тин. Возьми камень, бей с одной стороны черепа. Скалы. Море. Волны все примут.
— А что делать с этой? — Тин кивнул на Мейж.
Дафна величаво подплыла к скрючившейся на земле девушке и наклонилась, взяв ту за подбородок.
— Она так мила и юна. Попробую с ней поработать. Если не выйдет… что ж, Ларри, у тебя почти получилось с ритуалом в прошлый раз. Думаю, есть смысл попытаться еще. Только подождем, когда все уляжется. Напишешь письмо маме, милая? Расскажешь, как влюбилась в рыбака и сбежала с парнем в Ночь Поминовения.
— Нет, — тихо, но твердо ответила Мейж.
— А мне кажется, напишешь, — фыркнула Дафна. — С жизнью расставаться ох как тяжело, неизвестно, что там, за Горизонтом.
Тин снова двинулся на Анну.
— Вы всегда считали меня прирожденной домохозяйкой, мистресс Дэклер, — сказала Аня. — По вашему умозрению, я так замечательно встраивалась в ваш мистресс-клуб. Храм, кухня, дети. Вышивание, пироги и благотворительность. Послушание и самоотверженная польза городу. Но вы ошиблись.
Анна выстрелила Тину в ногу. Громила взвыл и упал, попав рукавом в костер. Члены клуба почему-то не бросились помогать коллеге, а отпрянули, с ужасом глядя на воющего мужчину, катающегося по земле в попытках сбить пламя с мантии. Тин разметал головешки, и они задымились на влажной траве.
Кто-то еще бросился к Ане сквозь дым через поляну, и она еще раз выстрелила, почти наугад. Кажется, попала. В этот момент ее скрутило. Спины вспыхнула холодным пламенем, голубые блики побежали по рукам. Стоявший ближе всех Фади испуганно закричал:
— Она опять! Опять включила ток!
Дракон бесновался, окутав Анну голубым сиянием, через которое она с трудом могла видеть. И вдруг… сорвался со спины. Сияние охватило всю поляну, в какой-то момент осветив ее потусторонними языками синего пламени, и рвануло в небо.
Наступила и тишине, и откуда-то снизу донесся необычный грозный рев. Земля содрогнулась, Аня упала и выронила блауст.
Сильный ветер ударил по поляне с моря, разметав костер.
Из темноты доносились крики, но Анна продолжала шарить ладонью по земле, зная, что Дафна и Ларри не отступят. Она нащупала гладкий ствол, когда руки доктора сжались на ее шее. Дэклер навалился всем телом, и Анна выстрелила ему в бок. Грузное тело маньяка повисло на ней, прижимая к земле, и она из последних сил с отвращением отбросила его в сторону.
Буря только усиливалась. В воздухе носились комки земли и искры от костра.
— Мейж! — заорала Анна, рискуя выдать себя в темноте.
— Я здесь! — прокричали с другой стороны поляны.
Внезапно все стихло, костер взвился пламенным пиком и ярко осветил поляну. Фигуры в мантиях – те, кто не сбежал в панике – застыли, как в детской игре «Замри». Анна увидела Дафну, склонившуюся над телом мужа. Тишину разбавляли хрип Тина и плач Фади.
Из темноты раздался холодный, но такой родной голос Люка Танроу:
— Всем оставаться на своих местах. Любое движение будет расцениваться как попытка к бегству. Применение чар – как провокация. Вы окружены. Всем поднять руки вверх и ждать приказа.
Люк СТОЯЛ на тропе, держа в руке револьвер. За его спиной маячил Саймон, вооруженный таким же блаустом, как у Анны.
Детектив выглядел странно: будто собрал по частям свою одежду и кое-как натянул на голое тело. Он нетвердо покачивался на слабых ногах, но револьвер держал ровно. Никто бы не усомнился, что он не промахнется.
Члены клуба медленно ставали на ноги и поднимали руки над головой. Из темноты на поляну бесшумно выступили фигуры в военных комбинезонах. Анна узнала нескольких помощников Оэра, но остальные были людьми. Один из них вытолкал в круг света визжащую Дью Эдрегейл.
Другой склонился над лежащей на земле Пинной Лесттеер. Библиотекарь хрипела, скребя по земле скрюченной рукой. Потом она затихла, и мужчина в форме закрыл ей глаза.
— Все кончено, — устало проговорил Люк. — Не пытайтесь сопротивляться, вам же хуже будет. Мейж, Анья, сюда.
Танроу назвал Аню на земной манер, и именно тогда она осознала, что все действительно КОНЧЕНО.
Мейж сначала подбежала к Анне, прижалась к ней, словно ребенок. Все еще не выпуская пистолет, Аня обняла ее второй рукой. Они двинулись к Люку. Путь показался бесконечным. Их обеих подхватил под плечи Саймон. Брат что-то шептал, кажется, поминал богов, но Аня смотрела на Люка. Высокого, мощного, стоявшего на ногах.
***
Она очнулась в больничной палате. Сквозь неплотно задвинутые шторы пробивалось утреннее солнце, по потолку бегали солнечные зайчики.
Палата была небольшой, на одну койку. На прикроватном столике стояла старинная кружевная ваза, из нее выливался влажный туман, облегчающий дыхание.
Ваза смотрелась странно среди больничного пластика. Еще один альвийский артефакт, догадалась Анна, в очередной раз испытав сильную благодарность: Оэр, как выяснилось, без дела не сидел. Он обеспечил Анин дом защитой, через которую не смогли проникнуть сторонники Дафны.
То-то Аня удивлялась, что дамы из мистресс-клуба перестали ее посещать. Интересно, на что Оэр завязал защиту, как поставил фильтр. На безвинно пролитую кровь?
Дверь распахнулась, и в палату, опираясь на трость, зашел Люк.
Анна жадно его разглядывала, внезапно выступившие слезы не давали ей заговорить. Она молча протянула ему руку. Танроу сжал ее, порывисто вздохнув. Он держал букет цветов. Очнувшись, воткнул его в вазу-артефакт и сел рядом с кроватью.
— Эйджи? — прохрипела Анна.
— С ним все прекрасно. Он с Бриллой. Капризничает, требует маму, но Лоу и Эйтан его развлекают.