Все только начинается (СИ)

— Имеется, — Аня встала и, не особо надеясь на результат, громко проговорила: — Рецепты!
Дамы замолкли и начали удивленно поворачиваться к говорившей. 
— Э-э-э… рецепты осенних блюд, хотя можно и всяких… разных, — уточнила Анна, импровизируя на ходу. — Каждая из нас напишет свой лучший рецепт, разумеется, тот, которым она еще не делилась, но готова поделиться. Устроим аукцион, пусть ставки будут небольшими. Особый тыквенный суп или… необычный яблочный пирог, вам решать. Тут главное, не жульничать и отдать что-то действительно интересное. 
— Моя книга рецептов – сокровищница! — напыжившись, произнесла зрелая матрона в третьем ряду. — С какой стати мне раздавать свои драгоценные секреты первым встречным? Одни только овощные супы я годами доводила до совершенства! 
— Именно об этом я и говорю, — мягко обратилась к ней Аня. — Я думаю, вас не затруднит немного отредактировать какой-нибудь старый рецепт, чтобы его главный секрет остался в семье – всего лишь чуть-чуть изменить состав или добавить другой ингредиент. Возможно, на свет появится новый шедевр. Вы подпишите его своим именем…
— … мистресс Мара Ломель… — уточнила на глазах подобревшая, зарумянившаяся дама.
— … и суп Мары Ломель…
—… с морковными фрикадельками…
— … суп с морковными фрикадельками мистресс Мары Ломель станет ценнейшим вкладом в дело популяризации нашего курорта и его традиций, — торжественно закончила Анна. 
Дамы перешептывались. Судя по мечтательным огонькам в глазах, у каждой имелся секретный рецепт, способный вписать имя его обладательницы в историю. Обсуждение сместилось на способы оформления «продукта» и аукциона. Аня облегченно вздохнула, поскольку члены клуба начали двигаться к окончательному решению. 
Внося дополнительные предложения в список, Анна заглянула во вторую папку из тех, что передала ей Дафна. Это был фотоальбом клуба. Аня лениво листала листы с кармашками и вдруг застыла: на одной из фотографий она увидела Арифу, актрису, сыгравшую Амалию и месяц назад убитую в темном переулке.
Анна стояла с альбомом посреди суетящихся дам, глядя на фото. Из двух противоположных рядов кресел к ней устремились Дафна и Тилла. Жена мэра, более маневренная, успела первой.
— Какая чудесная инициатива! — восхитилась мистресс Эглад. — Вы всех очаровали! Так мило, просто и оригинально.
— Да-да, — поддакнула запыхавшаяся Дафна. — Отличная затея! Думаю, нужно выбрать подходящее оформление и распечатать всем одинаковые бланки в типографии.
— Важно придумать интересное название для каждого рецепта, — рассеянно добавила занятая своими мыслями Аня. — Например, «волшебное пюре мистресс Эн…». Вы сказали «типография»?
— Да, — кивнула Дафна. — В городе больше не печатаются газеты и журналы. Даже «Лонтхеймский маяк» раз в неделю набирают в Эй-лон-брире. В бывшей редакции газеты «Серпантин», до войны она конкурировала с «Маяком», есть типографское оборудование, но оно устарело, а пожилой владелец жаждет поскорее продать помещение. Мы иногда печатаем там буклеты к ярмаркам. Станки древние, но свою работу делают. 
— Что если также отпечатать приглашения и позвать в дело обычных жителей города? — предложила Анна. — Руководство пансиона позволит пригласить больше людей?
— Боюсь, что… — начала мистресс Дэклер.
— У дома престарелых огромный сад и лужайка позади здания, — перебила ее Тилла. — Если даже нам не разрешат, я поручу это мужу. Ему не откажут.
Дафна поджала губы. 
— Скажите, вы случайно не знаете эту девушку? — Анна показала дамам фото Арифы.
Обе женщины ответили отрицательно. Аня объяснила свой интерес:
— Похожа на какую-то актрису… имя вертится в голове… Она была членом клуба?
— Не помню ее, вообще не помню, — протянула Тилла. — Фото старое. Возможно, это кто-то из обслуживающего персонала. Мы иногда нанимаем девушек из Элона для мероприятий. Городок небольшой, жители рады подработать, и нам дешевле обходится.
Аня закружило в водовороте из дам, каждая из которых хотела вставить свое веское слово. Одной пожилой мистресс со слуховым аппаратом громко пересказывали суть проекта. Стоял неимоверный галдеж, все попытки Анны записать советы свелись к тому, что несколько чистых листов из папки пришлось отдать на растерзание желающим внести предложение. 
 
К Ане продралась мистресс Мара Ломель.
— Не суп с морковными фрикадельками, а грудка утки в горчичной обмазке! — торжественно выпалила дама, выпятив бюст.
— Чудесно! — сказала Аня, скрывая усталость. 
Голова болела все больше. Анна развернула альбом, чтобы сложить его обложкой кверху и вернуть в ящик стола.
— О! — воскликнула мистресс Ломель. — Наши фото пятилетней давности! Все здесь, даже мисти Арифа.
— Вы знаете эту девушку? — встрепенулась Анна.
— Конечно! Это же я рядом! Вот, смотрите.
— А ведь верно. Я вас не узнала.
— Лицо смазалось. Я тогда носилась взад-вперед. Мы ставили спектакль «Семь змеев», и я отвечала за макияж. Спасибо Арифе, она замечательно расписала актерам руки и спины. 
— Зачем… зачем спины?
— Знаки! — воскликнула мистресс Ломель. — Знаки одаренных, проступающие на коже! Вы не читали пьесу?! Ее ведь проходят в школе!
— Конечно, читала. Сразу не поняла, о чем вы, — выкрутилась Анна. — Значит, Арифа рисовала знаки?
— Да! Чудесная девушка! Сама скромность и такт! Очень талантливая!
— А кто участвовал в пьесе? 
— Все наши юные дамы и некоторые молодые люди из спортивного клуба. Мисти Тилла… тогда она еще была не замужем. Боги, они ведь с господином Эгладом познакомились в театре на премьере!
— Как интересно! — проникновенно проговорила Аня. 
  
Глава 10
 
Глава 10
Она сумела кое-как отделаться от дам. Тилла хотела подвезти ее в своем автомобиле, но Анна увидела за рулем Фреда Эглада и сказала, что прогуляется. Парень вышел из автомобиля и смотрел ей вслед. Анна спиной почувствовала его… злость и досаду. Она поспешила убедить себя, что ей показалось. 
Но когда она повернула за угол и оказалась на темных улицах коттеджного сектора, ей опять стало не по себе. Вспомнилась смерть несчастной девушки из рыбацкого поселка. 
Через несколько шагов Аню окликнули из тени от деревьев:
— Экономите автомобильный кристалл?
Аня подпрыгнула, а потом с облегчением выдохнула: из темноты выехал на своей коляске Люк Танроу. 
— Экономлю. Не знаю, во сколько мне обойдется следующая зарядка. А вы что здесь делаете?
— Вышел прокатиться. Может, от меня и мало пользы в хозяйстве, но у меня есть это, — Люк показал кобуру под мышкой.
— Спасибо за заботу. Как хотите, но я помогу вам подняться в гору.
Танроу не был против. Его коляска тоже работала на кристалле и часто разряжалась. Он попросил Анну зайти к нему перед сном.
Аня покормила Эйджи, помогла Мариссе искупать ребенка и спустилась вниз. Она постучала в дверь кабинета, из-под которой пробивался свет.
— Дела переделаны, и я здесь. 
— Входите, Анна. У меня для вас новость, — вид у детектива был загадочный, но скорее довольный, чем озабоченный.
— Хорошая?
— Пока не знаю. Вы бледны, — Люк нахмурился. — Неприятности на заседании?
— Нет! Нет, там все… — Аня пожала плечами и села, — обычно, как в любом женском сообществе: сплетни, столкновение интересов, плевание ядом… У меня тоже есть новость. Позвольте, я расскажу первой. Потому что… я не знаю, как к этому относиться. 
Она рассказала Люку о находке. По мере повествования на лицо детектива находила тень. Аня невольно им залюбовалась, его острыми скулами, живыми, нервными руками и выразительными губами. И тут же опустила глаза, боясь, что Танроу поймет: она его жалеет. 
Этому мужчине сейчас бы сидеть в дорогом ресторане с красивой спутницей, носить шикарную обувь, элегантную шляпу и строгий плащ. Ане всегда нравилась мужская мода пятидесятых, особенно весь этот детективный антураж. Могла ли она знать, что сама попадет в классический сюжет? По коже пробежал холодок.