Гори, бабочка, гори (ЛП)

Никогда еще не было так трудно держать маску на месте, давление подскакивает, а в животе начинается тошнота. Отрывисто киваю ей и собираюсь пройти мимо, но останавливаюсь и протягиваю ей руку. Она берет у меня розовую коробку с небольшой любопытной улыбкой.
— Для твоего перерыва. Наслаждайся, Мэнди.
И затем тихо закрываю за собой дверь кабинета.
  
САВИ
 
Вытесняю из головы все мысли о Джуде, Тейте, предстоящей встрече и погружаюсь в работу, выпивая три таблетки обезболивающего, чтобы попытаться заглушить головную боль, вызванную стрессом. Она вновь вспыхивает, когда я выхожу из внедорожника перед небоскребом, заполненным этаж за этажом юридическими офисами. В голове крутятся мысли о том, чего могут хотеть эти женщины после того, как я порвала с ними все связи четыре года назад. Когда я вхожу в лифт, я насмехаюсь. Чего бы они ни хотели, это будет связано с деньгами. Это все, чем я была для них после смерти отца. Банкоматом, который можно использовать, и нежеланным ребенком, над которым можно издеваться. Я впиваюсь ногтями в ладони, пока моя голова пульсирует, желудок сводит от тревоги, а воспоминания о том, как я в последний раз сидела с ними за столом заседаний, нахлынули на меня.
— Я действительно не понимаю, почему мы должны быть здесь для этого! — хнычет Селеста, когда они с Ванессой занимают свои места напротив команды юристов, которая вела дела моего отца после его смерти. Я стою возле окна и смотрю на улицу, скрестив руки на животе, пытаясь сдержать боль внутри. Я не могу даже смотреть на Ванессу, не вспоминая ту ночь неделю назад, когда она разрушила все мои шансы на счастье.
— Это просто смешно! Мы с Ванессой должны были быть сейчас в самолете на Мальдивы на праздники. Нет абсолютно никакой причины, по которой мы должны быть здесь, чтобы Саванна подписала эти бумаги.
Один из адвокатов прочистил горло.
— Да, но это больше, чем просто вступление мисс Севан во владение своим наследством. Есть вопросы, которые нужно обсудить с вами обоими. Мисс Севан? Если вы можете присоединиться к нам, мы начнем.
Делаю глубокий вдох, расправляю плечи и присаживаюсь на стул напротив Селесты, но не поднимаю глаз.
— Как вы знаете, мисс Севан исполнился двадцать один год, и теперь она контролирует все владения Севан. На момент смерти ее отца вы и ваша дочь не были указаны в его завещании. Вы взяли на себя опекунство над его несовершеннолетней дочерью, договорившись, что все ваши расходы будут покрыты на время. Теперь этому пришел конец, и мисс Севан полностью вступила в наследство.
Селеста резко вдыхает, и я краем глаза замечаю, как она наклонилась вперед в своем кресле.
— Подождите! Что вы имеете в виду, когда говорите, что все закончилось? В смысле, наши расходы больше не будут покрываться? Не говорите ерунды!
Адвокат продолжает, как будто она его только что не перебивала.
— Было оговорено, что вы получите большую сумму за то, что было оговорено в вашем брачном контракте. Однако после того, как был проведен аудит ваших расходов с момента установления опеки над мисс Севан, было установлено, что ваши личные расходы более чем вдвое превысили эту сумму.
Селеста начинает трясти руками и брызгать слюной.
— Эти расходы были направлены на то, чтобы Саванна продолжала жить той жизнью, к которой она привыкла!
И снова адвокат прерывает ее.
— Детальный аудит показал, что деньги не были потрачены на мисс Севан. Вся ее одежда, еда и предметы первой необходимости были покрыты из уже существующего бюджета семьи. Нет, деньги, которые вы потратили, пошли исключительно на ваши с дочерью путешествия, одежду, покупку предметов искусства и другие экстравагантные вещи. Аудиторы не смогли найти ни одного расхода, который непосредственно относился бы к мисс Севан. Короче говоря, вы обманули наследство.
 
— Саванна! Как ты можешь позволять им говорить такие вещи? — пронзительно вопит она. — После всего, что я для тебя сделала? Я могла бы оставить тебя совсем одну, но вместо этого я приняла тебя как свою собственную дочь!
Я наконец-то поднимаю голову, глубоко нахмурившись.
— Ты взяла меня к себе? Как только меня выписали из больницы, вы с Ванессой улетели на Багамы. Вы оставили сломленного, травмированного, убитого горем ребенка одного, и о нем некому было позаботиться, кроме персонала. — Я качаю головой. — Вы не взяли меня к себе. Ты просто взяла деньги. Вы никогда не делали для меня ничего, кроме как заставляли чувствовать себя обузой… как будто я никогда не была достаточно хороша для вас или для кого-либо, чтобы любить.
Селеста вскочила на ноги.
— Как ты можешь так говорить? Мы — твоя семья!
Мои глаза скользят к Ванессе, которая смотрит на меня.
— Нет, вы не семья, вы никогда ею не были, а твоя дочь отняла у меня все шансы иметь семью.
Ванесса горько смеется, отбрасывая свои светлые волосы.
— Ты должна благодарить меня! Этот парень психопат, — выплевывает она. — Он приставил нож к моему горлу и угрожал меня убить!
Хмурю брови, услышав это. Если бы это действительно произошло, то по какой-то причине это сделал бы Джуд. Сейчас это уже не имеет значения, поэтому мой взгляд скользит по ее безупречно чистой коже, и я пожимаю плечами.
— Ты умерла?
Ее лицо становится темно-красным.
— Ты чертова пизда! Я…
— Что ты сделала? — кричит на нее Селеста.
— Я попрошу охрану убрать вас! — кричит один из моих адвокатов.
А я просто потираю между глаз и щелкаю:
— Дайте ей чек, и пусть все закончится.
Ванесса и Селеста прервали свою речь на полуслове, и их глаза вернулись к адвокату.
— Мисс Севан, вопреки совету адвоката, великодушно решила выплатить вам сумму первоначального брачного контракта и не выдвигать против вас обвинения в мошенничестве, что является ее правом. Однако есть условия. Вы должны передать все банковские и кредитные карты. Вы должны покинуть ее собственность и подписать соглашение о неразглашении. Вы никогда и никому не будете публично говорить о мисс Севан, иначе мы вернемся к обвинениям в мошенничестве и отсудим у вас обоих каждый потраченный пенни. Никто из вас не должен больше ни при каких обстоятельствах связываться с мисс Севан, а если вы встретитесь на публичном мероприятии, вы должны держаться на расстоянии.
Ванесса и Селеста смотрят на меня, но я выдерживаю их взгляд с пустым выражением лица, пока Селеста не срывается.
— Отлично! И снова ты меня разочаровываешь, Саванна. Твоему отцу было бы стыдно за тебя, если бы он знал, как ты с нами обращаешься.
Не могу удержаться, чтобы не закатить глаза на это, пока не выпроваживаю их из комнаты. Я должна верить, что мой отец увидел бы эту гадюку насквозь и развелся бы с ней еще до того, как они дожили до третьей годовщины свадьбы. Половина команды выводит женщин из комнаты, но мужчина рядом со мной кладет руку на мою, когда я начинаю подниматься.
— Мисс Севан, есть еще кое-что. Теперь, когда все бумаги подписаны, мне было поручено передать вам это.
Он протягивает мне конверт. Я узнаю на лицевой стороне мое имя, написанное петлистым почерком моего отца, и задыхаюсь.
— Что… что это? — спрашиваю я, проводя пальцами по своему имени.
— Я думаю, это письмо от вашего отца. Он отдал его нам вскоре после того, как женился на вашей мачехе, с указаниями передать его вам на двадцать первый день рождения, если он скончается до того, как вы его достигнете.
Беру его и прижимаю к груди, но знаю, что не смогу прочитать, как и те послания от мужчин, которые, как я думала, могут любить меня.