Сердце Аспида (СИ)
— Юлия Услужливые Губки, — разрезая смех и гам хриплым, словно простуженным голосом вдруг промолвил кто-то за спиной.
По затылку тут же паникующей толпой забегали мурашки. Я развернулась, наткнувшись взглядом на худощавого, очень высокого и плечистого сида. Он стоял, скрестив на груди руки, оперевшись плечом на выступающую из стены каменную полуколонну. Темно-красные, испещренные многочисленными засечками рога наподобие своеобразной костяной короны обвивали черноволосую голову.
Как по команде, веселье в комнате ощутимо подутихло, словно заговоривший имел в руках невидимый пульт с регулятором громкости. Феец явно был непрост. О чем и свидетельствовали его глаза, полностью черные, точно залитые смолой.
Мне сделалось откровенно жутко. И хотя про себя я без устали, словно мантру, повторяла: «Только не смотреть на рога. Только не смотреть на рога», стоило только наткнуться на один примечательный образец, как тут же сделала ровно наоборот.
Растерявшись, я, видимо, просто не рассчитала время и задержала своё внимание на головном «украшении» черноглазого так долго, что он это заметил. Резные ноздри крупного породистого носа на мгновение раздулись, а рога, кажется, ещё больше налились багрянцем.
Сид отлепился от стены и медленно двинулся мне навстречу. Уран тут же отступил в сторону, безо всяких предисловий вдруг утратив всякий интерес к дальнейшему заигрыванию.
Я сделала шаг назад, оглядываясь на Ирмину, с лица которой тут же слетела вся расслабленность. Судя по напрягшейся на её талии мужской руке, фейку банально удерживали, не позволяя встать и, возможно, наделать глупостей. Мой взгляд сам собой метнулся к спасительному выходу, но пепельноволосый сид, у которого Ирмина сидела на коленях, отрицательно покачал головой.
Сначала я не поняла, отчего возникло легкое напряжение в шее. Затем оно усилилось и, немного повернувшись навстречу своей новой «проблеме», я осознала: краснорогий тянет меня за ленту, постепенно распуская одну сторону свободно завязанного банта.
Трельги на концах ленты жалобно позвякивали, отчего-то, несмотря на шум, слышимые неожиданно громко.
— Вижу, ты решил сразиться со мной на турнире, Брон, — прозвучала от порога хорошо узнаваемый низкими рокочущими нотками голос. — Или не станем откладывать?
Давление в шее прекратилось, и я, не скрывая радости, стремительно обернулась к Замфиру.
Не знаю, что там происходило за спиной. В этот момент несказанного облегчения мне на то было совершенно наплевать. Могу лишь предположить, что полыхающий гневом, в ореоле красного тумана Железный Король произвел на сида достаточно весомое впечатление, дабы заставить отступиться.
Замфир далеко не нежно схватил меня за руку и быстрым шагом, почти волоком, увел с вечеринки. Учитывая скорость и ширину его шага, я едва ли не задыхаясь бежала за ним, начиная всерьез волноваться уже по другому поводу.
В такой слепой ярости мне не доводилось видеть короля даже когда он прервал наше с Эфаиром свидание…
***Битый час, даже не потрудившись раздеться, я уныло слонялась из комнаты в комнату своего временного убежища. Приходилось признать очевидное — наш с Ирминой план с треском провалился. По крайней мере, та его часть, где Замфир таки соизволит задержаться и наконец-то поговорить.
Однако, вместо разговора король на сверх-скоростях просто притащил меня в мои же покои, и, даже не взглянув, молча оставил думать над своим опрометчивым поведением. В довершение ко всему, я, похоже, снова осталась взаперти, лишившись возможности покидать коронный ярус без монаршего дозволения
От глубины разочарования у меня пока даже не было сил злиться на столь вопиющее самоуправство.
Я окинула удрученным взглядом громко тикающие напольные часы. Стрелки показывали полночь. Скинув туфли и подобрав тут же ставший слишком длинным подол платья, неспешно отправилась в спальню. Следовало хотя бы попытаться уснуть.
Флёр ударил внезапно. Казалось, каждый рецептор в теле заликовал и раскалился. От шока и резко нахлынувшего возбуждения я на мгновение захлебнулась воздухом, вытянулась в звенящую от напряжения струну.
Словно только этого и ожидая, мой собственный флёр вдруг распустился хищным ненасытным цветком, мягко, но не менее сокрушительно атакуя в ответ. В ту же секунду я услышала низкий мужской стон и едва успела обернуться на звук, как была приподнята сильными руками, а затем прижата к ближайшей стене.
Заставив обхватить себя ногами, на меня яростно и одержимо смотрел Железный Король.
— Спящие** — мне свидетели, я пытался… Всеми силами пытался держаться от тебе подальше! — практически прорычал Замфир, поджигая фитиль нашей невозвратимости своим полубезумным лихорадочным взглядом,
Стало томительно и страшно, столько нечеловеческой мощи и сексуального напряжения крылось в его словах. Твердый крупный ствол возбужденной плоти, скованный королевскими штанами прижимался и надавливал на мою промежность ровно в том месте, где наиболее остро пульсировало растущее, словно цунами, желание. Оно ревело и вздымалось под кожей, безжалостно вышибая всякую способность думать или сопротивляться. Ещё улавливая обрывки ускользающих мыслей, вцепившись в широченные, бугрящиеся мышцами плечи, я торопливо спросила:
— Зачем?
— Зачем? — зло и как-то измученно переспросил Замфир.
Подхватив под ягодицы, он удерживал меня навесу, то и дело сжимая упругие полушария чуть сильнее, словно противясь, но проигрывая собственной потребности.
— Затем, чтобы твоя ненависть коснулась лишь меня.
— Какая ненависть? — удивилась я, всё сильнее пьянея от порабощающей страсти.
— Я не прощу себе, если после… ты станешь считать себя виноватой.. — Ответ прозвучал рвано и запутал меня окончательно.
Пересохшие губы рывками втягивали точно раскалившийся воздух. Мне казалось, что вокруг нас пустыня, и только Замфир — источник сладостной дурманящей влаги. Потянувшись вверх, умирая от чувственной жажды, я лизнула уголок его рта и тихо застонала, без слов умоляя облегчить мои мучения.
Король задрожал, словно где-то в глубине его грудной клетки тревожно заворочался огромный, ранее крепко спавший, а ныне наконец разбуженный свирепый зверь.
Сид зафиксировал мою голову, обхватив мозолистой ладонью затылок, и обрушился таким голодным, поглощающим душу поцелуем, словно это то единственное, что когда-либо сбудется между нами.
Король впитывал мои стоны, а я — его хриплое тяжелое дыхание, отчего наш флёр буквально бесновался, превращаясь в дикого и бескомпромиссного диктатора. Он сталкивал нас, прошивал насквозь, спаивал и испепелял, оставляя лишь пустоту и неутолимую жажду обладания.
Лиф платья уже давно сполз вниз, обнажив тяжелые, с пиками болезненно напряженных сосков груди. Я слепо терлась ими об украшенный вышивкой королевский камзол в поисках хотя бы небольшой разрядки. Феец исступленно целовал мои плечи, ритмично вдавливаясь в исходящее влагой, не прикрытое даже трусиками лоно.
— Замфир, — прерывисто прошептала я, — ты нужен мне…
Прозвучавшая просьба словно привела короля в чувство. Он разжал тиски своих объятий и, осторожно поставив меня на пол, сделал шаг назад. От усилий, которые потребовались ему для этого, казалось бы, простейшего действия, жилы на его шее напряглись, кулаки сжались, а на висках выступили капли испарины. Он даже прикрыл глаза, словно смотреть на меня было большим, чем он мог вынести.
— Замфир, — слега растягивая последний слог, позвала я короля.
Не вызывало никаких сомнений — Вечный Воин, руководствуясь какими-то своими странными тайными мотивами, снова собирался покинуть меня. Даже если окончательно сорвавшийся с поводка флёр прикончит его.
Вот только вряд ли я смогла бы вынести подобное. Без его прикосновений от ненормальной бешеной потребности слияния меня уже начинало ломать так, что от боли стонала каждая косточка. Я не являлась таким могущественным древним фейцем, как Замфир, и, разумеется, не могла похвастаться ни сверхтерпением, ни железной волей. Вожделение захлестнуло мой разум и грозило его попросту сжечь.