Тёмный Лорд Поттер (СИ)

— И какая разница между лордом и бароном?
— Титул «барон» дается тем, кто хочет иметь голос в Визенгамоте, но не сделал ничего, чтобы достигнуть Светлости. Хорошим примером является семейство Паркинсон. У этой семьи много денег, но никто не сделал что-либо, чтобы заслужить титул лорда. Для того чтобы получить место в Визенгамоте, им пришлось пожертвовать огромное количество золота Министерству в обмен на титул барона, — пояснил Блейз.
— Фактически, они купили свое пребывание в Визенгамоте? — поморщилась Нимфадора.
— Довольно многие поступили также, — равнодушно ответил Забини.
— И как много лордов и баронов там? — спросил Гарри.
— Хороший вопрос. Наверное, около семидесяти или восьмидесяти Лордов и Баронов, — сказал Блейз.
— Так много? — удивилась Дора.
— Большая часть Визенгамота, — кивнул Малфой.
— Кто тогда остальные члены? — поинтересовался Поттер.
— Ну, всегда есть семьдесят пять открытых мест в Визенгамоте, и каждый, независимо от родословной, может быть выдвинут как кандидат, но обычно это место за влиятельным министерским работником, кем-то очень богатым или кем-то, кто в близком родстве с лордами и баронами. Чтобы тебя приняли в Визенгамот, нужно быть выдвинутым другим членом Визенгамота и утвержденным половиной состава. Эта одна из причин, почему политика Визенгамота так жестока. Традиционные чистокровные и реформисты постоянно борются друг с другом за открытые места в законодательном регулировании. Прямо сейчас реформистов, которые покрывают Дамблдора, около пяти, и они склоняют присоединиться к себе шесть или семь членов. Традиционалистов нет никого, кто был бы с ними официально, поэтому мистер Малфой, вероятно, является одним из сильнейших молчаливых лидеров на пару с бароном Ноттом, — рассказал Блейз.
— В этом есть смысл. А что если кто-то лорд двух родов? — с любопытством спросил Гарри.
— Тогда у него есть два голоса, — усмехнулся Драко.
— Но такое редкость. В течение трех поколений не было хоть кого-либо, кто имел два голоса, — Блейз окинул подозрительным взглядом Поттера.
— Хорошо, если это все, я пойду, позанимаюсь с Джинни, — сказала Тонкс.
— Я тоже присоединюсь к вам, — поддержал ее Малфой, и они вместе поднялись.
— Я, возможно, допишу свое эссе по трансфигурации, — Блейз все еще подозрительно поглядывал на Гарри.
— Тогда я вернусь в гостиную, чтобы потренироваться в окклюменции, прежде чем встречусь с МакГонагалл, — попрощался со всеми Поттер и покинул библиотеку.
Кабинет трансфигурации, Хогвартс.
Гарри зашел в кабинет МакГонагалл и занял свое место. Через несколько минут в комнату зашла профессор.
— Мистер Поттер, вы вовремя, — сказала она.
Это был не вопрос, поэтому Гарри не ответил. Он немного устал, тренируясь в окклюменции.
— Вы в порядке, мистер Поттер? Вы кажетесь уставшим.
— Да, мэм. Я в порядке.
— Тогда сделайте хотя бы вид, что не пытаетесь заснуть. Кстати, как прошло занятие с мистером Долгопупсом?
— Хорошо. Большую часть времени мы работали над эссе. Думаю, вы будете приятно удивлены.
— Тогда я прочту его первым, — МакГонагалл протянула Гарри новый теоретический тест.
Поттер кивнул и начал решать. Двадцать пять минут спустя, он положил перо и вернул тест МакГонагалл. Она потратила на проверку несколько минут, затем кивнула и отложила тест в сторону.
— Сегодня, мистер Поттер, мы будем работать над трансфигурацией иглы в книгу. Прежде вы трансфигурировали только большие объекты в маленькие или вещи одинакового размера. Значительно сложнее трансфигурация мелких объектов в более крупные. Вы должны освоить этот шаг колдовства, — объяснила МакГонагалл.
Гарри также кивнул и взял большое количество игл у МакГонагалл. Положил на парту и взмахнул палочкой, глядя как игла расширяется в книгу. К сожалению, книга была всего на несколько дюймов больше длины иглы и вся в черных перьях.
— Сосредоточьтесь, мистер Поттер.
Гарри снова взял волшебную палочку и несколько минут думал о книге. Когда перед глазами возникла четкая картинка, он захотел, чтобы игла превратилась в то же самое, и взмахнул палочкой. На этот раз игла превратилась в учебник по теории трансфигурации.
 
— Отличная работа, мистер Поттер, а теперь попробуйте превратить иглу в книгу, которую вы не видели прежде.
Гарри кивнул и начал трансфигурировать иглы в книги разного размера. Он играл с обложками, делая их более оригинальными. Затем придал книге название «Десять простых способов побить гриффиндорцев в квиддич», когда МакГонагалл попросила его остановиться. Поттер снова кивнул и протянул ей последнюю книгу, которая быстро превратилась обратно в иглу.
Пятница. Заклинания. Хогвартс.
На последний урок на этой неделе Гарри шел, широко улыбаясь. После занятий Гарри, Драко, Джинни, Тонкс, Сьюзен и Блейз собрались поиграть в квиддич трое на трое. Поттер не был уверен, что когда-нибудь увидит Забини на метле, не то, что в игре.
— Значит, с нетерпением ждешь игры, Блейз? — улыбнулся ему Гарри.
— Заткнись, Поттер, — пробормотал Блейз.
— Ты же знаешь, что можешь не играть, Блейз, — усмехнулся Малфой.
— Ага, и что же он тогда скажет Сьюзен, Драко? Ведь она решила попытаться попасть в команду Пуффендуя, — вздохнул Гарри.
Блейз просто пробормотал оскорбление под нос, заставив Поттера и Малфоя громко рассмеяться. Большая часть курса уставилась на них, и Гарри поймал заинтересованный взгляд маленькой азиатской девочки, Су Ли. Однако она довольно быстро отвела взгляд.
— Значит, это та Ли? — тихо спросил Драко.
— Да, это она, — также тихо ответил Поттер.
— Это меня касается? — поинтересовался Блейз.
— Никоим образом, Блейз. Мы с Драко просто хотим поговорить с Су Ли после занятия, — пожал плечами Гарри.
Блейз собирался было спросить, о чем, но когда Флитвик зашел в кабинет, все разговоры стихли.
— Здравствуйте, — сказал Флитвик, улыбаясь.
— Здравствуйте, профессор, — стройным хором ответили студенты.
— Добро пожаловать на ваш первый урок заклинаний в этом году, — Флитвик широко улыбнулся, — в этом году мы начнем изучать искусство оживления. Кто-нибудь может сказать мне, что это такое?
Драко поднял руку вместе с несколькими когтевранцами.
— Да, мистер Малфой?
— Оживление — это процесс, вызванный чарами, чтобы в некотором роде оживить неодушевленный предмет, — ответил Драко.
— Это довольно широкое определение, хотя, по сути, верно. Пять баллов Слизерину. У кого еще какие идеи насчет Оживления?
Как только Терри Бут поднял руку, Флитвик указал на него.
— Сэр, оживление — это способность зачарования любого объекта, трехмерного или двухмерного, для выполнения некоторых действий, как живых, — ответил Бут.
— Отлично, Терри, пять баллов Когтеврану. Теперь, мистер Поттер, не могли бы вы мне помочь с небольшой демонстрацией оживления? — усмехнулся Флитвик.
Гарри приподнял бровь, Флитвик раньше никогда не просил помочь ему с демонстрацией, но Поттер поднялся и прошел в начало кабинета.
— Отлично, ты помнишь наш маленький бой в прошлом году?
— С солдатами, сэр?
— Именно. Сейчас мы будем использовать вместо них маленьких пластиковых солдат, — Флитвик призвал игрушечных солдатиков. Гарри сразу узнал их, таких Дадли умолял своего отца купить несколько лет назад. Они были какими-то «Коммандос».
— Они немного больше тех, что вы оживляли тогда, но думаю, вы справитесь, — Флитвик указал палочкой на куклу и произнес: — Аниматус!
Поттер повторил это со своим солдатом. Как только заклинание коснулось плеч игрушки, они опустились, и Гарри усмехнулся.
— Заклинание оживления очень трудоемкая магия, вы должны сохранять контроль, чтобы удерживать то, что вы оживляете, — произнес Флитвик, и его солдат занял боевую позицию и нанес несколько пробных ударов.
Гарри дразнил солдата Флитвика, но и его игрушка сделала несколько ударов.