Тёмный Лорд Поттер (СИ)
— А-а. Я поняла, — усмехнулась Уизли.
— Не принимай все, что говорит Гарри, на веру, Джинни. Ты не должна становиться друзьями с гриффиндорцами. Они все безмозглые дураки, за исключением Тонкс, хотя в любом случае она больше слизеринка, чем гриффиндорка, — сказал Малфой.
— Спасибо, Драко, — улыбнулась ему Нимфадора.
— Всегда пожалуйста, — усмехнулся Малфой.
— Так что же. Какие занятия у вас сегодня? — спросила Дора.
— Астрономия, — ответил Поттер.
— А у тебя, Джинни?
— Трансфигурация, затем зельеварение.
— Удачи с МакГонагалл, она крепкой закалки, но если будут какие-либо проблемы, я уверена, что Гарри поможет тебе, — усмехнулась Тонкс, а Поттер закатил глаза.
— Я уверен, что у Джинни все будет хорошо. Если будет нужно, проси помощи у Драко или у меня, — сказал Гарри.
— Спасибо. А зельеварение?
— Ха, ты со Слизерина. Ты гений, — ухмыльнулась Нимфадора.
— Да, просто убедись, что на занятии смотришь в книгу, и не расплавь свой котел, — улыбнулся Поттер.
— Если понадобится помощь, я потренирую тебя. Я был лучшим в зельеварении в прошлом году, — с гордостью произнес Малфой.
— Не хвастайся, а то будешь как Перси, — поморщилась Джинни.
Драко притворно схватился руками за голову:
— Я никогда больше не буду хвастаться.
— Не верю, — с сарказмом произнесла Дора.
— Какой первый предмет у тебя, Тонкс? — спросил Блейз.
— Защита. Гермиона сказала, что Локонс — хороший учитель, но… — начала было Нимфадора.
— Она в своем уме? — спросил Гарри.
— Это человек-угроза, — сказал Забини.
— Худший из преподавателей, — протянул Малфой.
— Он действительно ужасен, Тонкс, — честно ответила Джинни.
— М-да, я как раз хотела сказать, что слышала, как кто-то назвал его убожеством, — усмехнулась Нимфадора.
— Убожество? Это преуменьшение века, — закатил глаза Блейз.
— Все действительно так плохо? Я слышала, что вы разделывали кучу пикси, звучит забавно, — улыбнулась Дора.
— Я признаю, что было весело, особенно, когда тупой Уизли попытался напасть на Гарри. Мы так неплохо его прокляли, — ухмыльнулся Драко.
— Ох, Рон такой идиот, — вздохнула Джинни.
Поттер собирался ответить, когда большая золотая сова спикировала вниз и приземлилась прямо перед ним. Птица протянула лапку, и Гарри заметил свиток, обернутый вокруг нее. Поттер развязал веревку, но сова осталась на столе.
— От кого это? — спросил Малфой, глядя на массивную птицу.
Гарри развернул свиток.
«Уважаемый мистер Поттер.
Это письмо зачаровано так, что только вы сможете его прочитать. Также ваши координаты в Хогвартсе, Школе чародейства и волшебства, были выданы сове, дабы избежать возможности перехвата этого письма.
Ниже приведены следующие свободные даты для проведения вашего гражданского дела, чтобы Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор перестал быть вашим опекуном-волшебником. Пожалуйста, отметьте каплей своей крови нужную дату и верните письмо сове.
17 сентября
29 сентября
16 октября
31 октября
22 ноября
С уважением,
— Вау, — сказал Гарри.
— Что такое? — спросила Тонкс.
— Драко, ты знаешь, о чем я говорил с твоим отцом, перед тем как мы покинули Гринготтс?
Малфой посмотрел на него с любопытством, через секунду его глаза расширились.
— Ты об этом?
— Да. Ты не знаешь, твой отец хотел конкретную дату?
— Эм, я не знаю. Мы должны отправить ему сову.
— Драко, пройдет вечность, прежде чем сова доберется. Анди.
Домашний эльф появился перед ним, заставив нескольких слизеринцев задохнуться от удивления.
— Чем Анди может служить вам, хозяин Гарри? — с дикой улыбкой спросила Анди.
— Драко, у тебя есть кусок пергамента?
— Да, вот возьми, — Малфой протянул Поттеру пергамент и перо.
Гарри быстро написал записку.
«Уважаемый Люциус,
Гоблины хотят знать, в какой день я хочу провести дело против моего опекуна. Вот несколько дат, как вы думаете, какую выбрать?
17 сентября
29 сентября
16 октября
31 октября
22 ноября
— Анди, доставь это Люциусу… эм, мистеру Малфою. Скажи ему, что это срочно. Убедись, что он прочел, и жди ответа, — сказал Поттер, протянув эльфу записку.
— Да, сэр. Я сделаю все, что говорит хозяин Гарри, — Анди тут же трансгрессировала.
— И что это было, Гарри? — спросила с любопытством Нимфадора.
— Я объясню позже, Тонкс. Пожалуйста, поверь мне, чем меньше людей будут знать об этом, тем лучше.
— Гарри, я уверен, что ей можно рассказать, — произнес Драко.
— В центре Большого зала, когда все на нас смотрят? Ну да, очень умно, — протянул Поттер.
— Эм, ну я не имел в виду, что прямо сейчас, — смутился Малфой.
— Конечно.
— Мистер Поттер, почему эта птица все еще сидит на столе Слизерина?
Гарри обернулся и увидел, как раздраженный Северус Снегг подходит к ним.
— Извините, сэр, но птице придется остаться, пока я не отошлю с ней ответ.
— Так напишите же этот проклятый ответ и уберите ее отсюда. Ваши однокурсники пытаются есть, — угрожающе начал Снегг.
— Извините, сэр, но им придется смириться с этим еще немного.
— Это почему же? — практически сплюнул Снегг.
— Потому что мы должны дождаться ответа отца, — встрял в разговор Драко.
Снегг окинул любопытным взглядом Малфоя.
— И что твой отец должен сделать?
— Ну, как бы мне нужен его совет, прежде чем принять решение, — ответил Гарри.
— Вы настолько беспомощны, что у вас хватает наглости спрашивать каждую мелочь у компетентных людей, Поттер? — мрачно спросил Снегг.
— Нет, сэр, — сузив глаза, сказал Гарри.
— Ну, тогда как насчет того, чтобы принять собственное решение? — Снегг привлек к себе внимание всего зала.
— Это решение должен принять мистер Малфой, и я хочу узнать его мнение.
— Вы хоть представляете, сколько времени будет идти ответ? У меня нет желания смотреть, как за вами по пятам весь день шляется эта птица, Поттер, — сказал Снегг. Анди трансгрессировала в Большой зал.
— Ответ от мистера Малфоя, Гарри-сэр, — Анди протянула Поттеру записку.
— Поттер! Ты заставляешь хогвартских эльфов работать своей личной совой?! Наказан на месяц! — решил Снегг.
— Вообще-то, сэр, Анди — мой личный эльф. Если вы присмотритесь внимательно, то увидите, что на ее одежде герб Поттеров.
— Все равно, Поттер, вы не можете привести своего эльфа в Хогвартс, — Снегг схватил Гарри за шиворот и поднял со скамьи.
— Сэр, на самом деле это возможно. Отец принял законопроект через Попечительский Совет, позволяющий личным эльфам студентов проживать в замке. Пока эльф не вызван во время занятий, студент может держать его при себе, — тут же бросился защищать Поттера Драко.
Снегг смерил их обоих тяжелым взглядом, отпустил Гарри, повернулся и пошел к профессорскому столу. Поттер радостно наблюдал, как лицо Снегга становится темно-фиолетовым, когда Дамблдор подтвердил их слова. В конце концов, Снегг просто кивнул и удалился из Зала под аккомпанемент развевающейся за спиной мантии.
— Замечательно, — с сарказмом сказал Гарри.
— Гарри, письмо, — указал на Анди Малфой.
— Ах, да. Анди, письмо.
Анди отдала записку Поттеру и произнесла:
— Хозяин Гарри нуждается еще в чем-то?
— Останься еще на минуту, Анди. Я не знаю, придется ли на нее отвечать, — Поттер развернул записку.
«Гарри.
31 октября — лучший день для слушания. Прежде всего, в день осеннего равноденствия собираются все члены Визенгамота. Я надеюсь, что это послужит сильным политическим ударом для Дамблдора, как твоего опекуна. Мы могли бы также использовать слушание с твоим присутствием и приостановить макмилланскую реформу образования маглорожденных. Если тебя не устраивает эта дата, то подойдет еще шестнадцатое октября.