Женская магия или Вызов для попаданки (СИ)
Появившийся у изгороди Эль-Таэль поставил какую-то сложную магическую позицию, направив ее на девочку, и пояснил:
— Это скроет Эрин от посторонних, но не от нас. Не нужно, чтобы ее видели местные жители. Сейчас каждый драк-оборотень под строгим контролем Совета.
Лиза завороженно следила за полетом сестры. Какой же свободной и… несвободной она была.
— Она прекрасна, — прошептала Елизавета. — Я хочу, чтобы она всегда была так счастлива, как в эту минуту.
Но Эль-Таэль словно прочитал ее тайные сомнения и добавил:
— На вашем месте я бы не возвращался в Эре-дун. Закройте страницу этой книги и откройте новую. Я могу забрать Инару и Эрин в Эль-ЛЛиоль. Инара сможет изучать альвийскую медицину. Через несколько лет – а я предчувствую скорые и весьма значительные изменения в отношении к женщинам-медикам – она вернется на Э-лан-драк и станет очень востребована. Эрин нужен наставник. Ее дар велик, она будет расти и развиваться. Но на Э-лан-драке без правильного руководства девочка превратиться в пешку. Она возвысится и будет «своей» при Совете и Великих Женах, но это равносильно тому, чтобы оказаться заложницей титула и родовых обязанностей.
Альв замолчал и выжидательно смотрел на Лизу.
— Я все поняла, — кивнула та. — Эрин нельзя «воскресать». Я согласна со всем, что вы сказали. Но есть одно «но». Мама вряд ли поймет наш мотив.
— Ваша матушка сильнее и глубже, чем кажется, — задумчиво проговорил альв. — Возможно, она согласится пожить в Эль-ЛЛиоле вместе с дочерями. Мы можем изменить нынешнее положение дел, но не закон – Эре-дун вы потеряли. В Эль-ЛЛиоле на юге есть большая людская диаспора, целый город. Жизнь там не слишком отличается от той, к которой привыкла ваша семья. Я найду подходящий дом с садом, а лучше несколько домов, чтобы мистресс Эреер выбрала сама. Я бы охотно забрал вас с Уитоном, но мой друг решительно настроен идти в политику, чтобы искоренять зло и сеять добро.
Лиза улыбнулась:
— Он такой. Значит, и я останусь, чего бы это ни стоило.
Маленький пурпурный дракон опустился в густую траву. Эрин повозилась за кустами и вышла уже в платье.
— Вы это видели? — возбужденно проговорила она. — Я летела над деревней, а люди даже не поднимали головы. Сайтэ (*учитель, альвийский), это вы сделали?
Альв кивнул. Когда Эрин убежала в дом, он сказал:
— У нее прекрасное чувство языка. Она слышит суть вещей и людей. Я буду горд приобрести такую ученицу. А с вами все будет хорошо. Скандал в Совете, поднятый Уитоном, привел к пересмотру отношений альвов и людей. Все обвинения с него сняты. И с вас.
— А где Уитон сейчас? — поинтересовалась Лиза.
— В столице. Его вызвали кристаллом связи. Уитон тут же перенесся порталом. Там что-то произошло. Нашли тело… не знаю подробностей… какая-то женщина по имени Лора.
— Мистресс Гребс, — прошептала Лиза.
… — В горах сошел снег, — мрачно сообщил Лерроу за ужином. — Лора Гребс мертва. Задушена. Тело бросили в овраг.
— Это Эйтарен, — сквозь зубы проговорила Лиза. — Это он. Избавился от любовницы, обокрав музей пансиона ее руками.
Василиск кивнул. Он без всякого аппетита ковырял еду на тарелке.
— Но как доказать? — продолжала Елизавета. — Это же дядя Стаса! Он всегда все продумывает!
— Не всегда, — возразил Лерроу. — Да, на теле и в овраге нет никаких улик. Он забрал медальон со своим изображением и все артефакты, которые она ему везла… кроме одного, неприметного. Догадайся какого, Лиззи.
Елизавета задумалась:
— Самым незаметным был кусок резной кости, старый, потертый, похожий на обычный камешек. «Неслышащий» никогда бы не догадался, что это артефакт, который стирает события. Из-за него Рода не смогла восстановить картинку в кабинете Лоры.
— И он же сыграл против Эйтарена. Кусок кости лежал у Лоры в кармане. Видимо, она затирала им свои передвижения: дорогу, ночевки в гостиницах. Каким-то образом артефакт записал встречу с мейстом Эреером. Всю… встречу. Спор, ссору… И момент убийства тоже. Теперь артефакт – главное свидетельство убийства. Я постарался, чтобы пресса получила подробные сведения о страшной находке. Эйтарен уже не отвертится. Он смог подкупить свидетелей в деле убийства брата, но теперь никто не решится его покрывать. Мейста Эреера ждут суд и пожизненное заключение.
— Неужели я изменила свойства артефакта? Но я не предполагала…! — шокированно пробормотала Лиза.
— Дар, — пожал плечами альв. — Провидение, которое долго работало через вас, Лиззи. Зло должно было получить по заслугам.
— И теперь ты его утратила, свой дар «слышащей»? — жалобно спросила Эрин. — Полностью? Ах, Лиззи, как жаль! Мне и Уитону кристалл помог, а тебя лишил таланта!
— А я не жалею, — возразила Елизавета. — Я прожила несколько интересных месяцев, это было познавательно, но слишком… насыщенно. Эль-Таэль вот говорит, что основной дар вернется, просто я не смогу больше жонглировать свойствами артефактов.
— И слава богам, — едва слышно пробормотал Лерроу. — Мне страшно представить супружескую жизнь с настолько «одаренной» женой. Артефакт правды из чайной ложки, артефакт отслеживания из зонтика… б-р-р-р…
Все рассмеялись. Лиза шутливо погрозила Уитону, поймала взгляд жениха, полный понимания и любви, и крепко сжала его руку под столом.
Эпилог
Весной, в год Алого Грифона, общество Эй-лон-хейма получило немало поводов для обсуждения. Газеты пестрели многочисленными заголовками: «Роковой заговор сорван! Мир узнал лица заговорщиков!», «Злодеи в высшем обществе!», «Смерть ученых и взрыв в лаборатории раскрыты!», «Убийца Лоры Гребс дал признательные показания!», «Высшие семьи потеряли статус «вне подозрений»?»
В колонке, где размещались светские новости, уже которую неделю обсуждалась помолвка мисти Элизабет Эреер и мейста Уитона Лерроу. «Общество может ликовать: потомки двух одаренных семей решили сочетаться браком. Очаровательная мисти Эреер, старшая из трех дочерей покойного Тедэра Эреера и ныне здравствующей Эвфании Эреер, в девичестве Фэтеер, приняла предложение известного холостяка, артефакт-эксперта мейста Уитона Лерроу, потомка Лерроу из Лерте-дуна. Сие замечательное событие произошло на ежегодном весеннем балу дебютанток.
Мисти Эреер известна своими выдающимися достижениями в учебе и благотворительности. На весеннем балу она была отмечена особым вниманием Великих Жен. Газета приводит эксклюзивный фотографический снимок дебютантки. На мисти Эреер великолепное бальное платье с чехлом жемчужно-розового цвета и газовой туникой, расшитой розовым бисером. Ожерелье и тиара из крупных жемчужин того же оттенка поражают воображение. Белый веер из перьев украшен перламутровыми пластинами. Бальные туфельки из розового атласа просты и изящны.
«Элизабет – наша удивительная находка, — призналась Седьмая Великая Жена, супруга Советника Ол-Терроу. — Немудрено, что бальная книжка мисти Эреер была полностью заполнена, однако она предпочла…»»
Лиза дочитала статью и вздохнула. Да, бал был прекрасен, если не считать навязчивых поклонников. Елизавета хотела отказаться от приглашения, поскольку семья тогда еще была «в трауре», но потом подумала и поняла: ей нужно вот так, официально, войти в общество. Быть признанной и принятой.
И она не пожалела. Помолвка привлекла дополнительное внимание к Уитону. Лерроу баллотировался в Высшую палату Совета. Скандал вокруг имени Эрееров не затихал, но обвинения против дяди Эйтарена и гибель Эйдэна отвлекли внимание от младшей ветви рода.
Некоторые затянутые паутиной традиции драков и незыблемость устоев Кодекса Змеев пришлись очень кстати. Никто не посмел обвинить Уитона в смерти Эйдэна Эреера. Неоспоримость результатов Поединка Змеев была выше обычного закона.
Альвам вернули Красный и Пурпурный кристаллы. Уитон стремится занять пост Советника по межмировым контактам. По слухам, место практически было за ним. Еще немного – и Элизабет снова станет женой политика. Только теперь все будет по-другому. Она любит и любима.