Мой плохой мальчик (СИ)

В совершенно растрепанных чувствах вылетаю в коридор. Будь я умнее, я бы просто влепила ему неудовлетворительную оценку и отчитала бы при всех на следующей паре, но я зачем-то быстрым шагом иду за ним.
— Волков, немедленно вернитесь!
Упрямый, избалованный, чересчур много мнящий о себе малолетка. Он даже не оглядывается, просто исчезает в толпе студентов.
Вот же придурок! Что он себе возомнил? Зачем сделал это? Я сказала рисовать осень, значит надо рисовать осень. Интересно, на высшей математике он тоже решает не то, что задали, а что приспичит? Прибила бы!
Но в этот момент к кабинету сворачивает старший преподаватель Светлана Алексеевна Каретникова.
Я тут же возвращаюсь и прячу рисунок Волкова, словно это нечто постыдное и запретное.
— Здравствуйте, Жанна Кирилловна, как ваши дела?
Подталкиваю бумагу дальше, слежу, чтобы портрета не было видно.
— Отлично, а ваши?
Эта старушка в очках и парике вырастила не одно поколение наших выпускников. Я и сама у нее когда-то училась.
— Я к тебе за кое-какими материалами заглянула, а ты за студентами бегаешь. — Не особо спрашивая разрешения, копается в моем шкафу старший преподаватель. — Не слушается тебя этот Волков, да?
— С чего вы взяли? Я просто… Он просто забыл тут у меня…
— Паренек необычный. Талантливый. Мне даже как-то обидно, что он сбежал от меня.
Она смеется, и я с ней. Хотя внутри меня совсем не весело. Лучше бы Волков остался в ее группе. И мне не надо было бы так много думать об этом.
Жду не дождусь, когда Светлана наконец-то уберется из моего кабинета и я смогу снова достать тот рисунок, посмотреть на него еще раз. И тут же разорвать в клочья. Я столько лет преподаю здесь, но никогда никому из студентов не приходило в голову изобразить меня. А Волков зачем-то это сделал, да еще и взбаламутил все мое нутро своим неслыханным непослушанием.
От его наглости и того, как он молча исчез, штормит до сих пор.
Его рисунок очень чувственный. Горячий, утонченный, насквозь пропитанный плотским желанием. Порву, обязательно порву! Решено. Взгляну еще раз — и порву.
  
Глава 5
 
Когда в нашем университете построили бассейн, всем преподавателям выдали абонементы на посещение. Многие отказались, объяснив это тем, что не любят мокнуть, а мы Саней с радостью ухватились за эту возможность. Приятно окунуться в прохладную воду и плыть, ни о чем не думая. Это хорошо отвлекает от насущных проблем.
Вот и сегодня после пар мы с подругой в бассейне. Я стою перед зеркалом, старательно натягивая на голову резиновую шапочку.
— У тебя крутой новый купальник, детка?! — Проходя мимо меня, подруга в шутку с размаху бьет меня по правой ягодице.
Вскрикиваю.
— Саня! — смеюсь. — Ты что творишь? Просто вчера мы ходили в «Спортмастер» покупать малому новую форму для борьбы, и я увидела это чудо. Карпенко, конечно, возбухал, что дорого, но я все равно купила.
— Шикарный! Казалось бы, простой, черный и слитный, но у тебя в нем такая восхитительная грудь и круглая попа. Все так аппетитно подчеркнуто. А эти лямочки и полосочки, м-м-м… В общем, Жанн, конкретно так одобряю. Очень идет!
— Спасибо, — улыбаюсь, — все равно здесь никого не бывает по вечерам, кроме нескольких престарелых преподов, поэтому эта покупка больше для себя. Люблю все красивое.
— Вот увидишь, сейчас кто-нибудь из наших дедов получит инфаркт и утонет с последней в жизни эрекцией.
— Саня, прекрати меня смешить!
Выходя из душевой, мы продолжаем смеяться и толкаемся словно школьницы. В коридорчике возле ножной ванной, пересекаемся с нашим штатным тренером по плаванию.
— Девочки, у вас сегодня компания, надеюсь, вы не против. Я тут пацанов выбрал и взялся готовить их на городские соревнования. Дорожек много, думаю, поместимся. Мы первую займем, а вы, если боитесь, что парни вас обрызгают, идите на последнюю.
— Виталя, в нашем возрасте уже нечего бояться. Мы рады компании парней. А ты как сам?
Между ними завязывается беседа. А я без задней мысли осматриваю помещение. И, когда натыкаюсь на тех, кого собрался готовить Виталий Валентинович, у меня от ужаса закладывает уши.
 
У противоположного края стоят, очевидно, лучшие пловцы нашего факультета, и один из них — Волков.
Отлично! Вот только этого мне сейчас и не хватало. После инцидента с рисунком мы, к счастью, больше не сталкивались. Пара у его группы только во вторник. И вот я уже успокоилась и решила провести время с подругой в бассейне, как снова нарвалась на него.
Мое приподнятое настроение моментом снижается до нуля.
Узнав лицо Волкова, стараюсь не смотреть в его сторону, мне совершенно неинтересно, что у него там отросло к девятнадцати годам.
Но кожей чувствую, как он, не стесняясь, жадно и ненасытно блуждает по моему практически обнаженному телу.
Внутри сами по себе искрами вспыхивают постыдные мысли. И, несмотря на то что в бассейне прохладно, мне очень-очень жарко.
Как преподаватель, я понимаю, что обязана продолжать ставить его на место и смотреть в стену, но как женщина… Как давно нелюбимая и чертовски одинокая женщина, я не могу оторвать от него взгляда.
Какого хрена он так хорошо сложен? Он должен быть худым и тщедушным! Его кожа не имеет права быть такой идеальной и блестящей. Где прыщи? Угревая сыпь? Где редкие, противные волосы?
У проклятого Волкова длинные ноги, узкая талия, широкие плечи и влажные черные плавки, которые облепили его и ни черта не скрывают.
Мне стыдно. Я озабоченная, недолюбленная женщина, как иначе объяснить мое мгновенное внимание к тому, что даже там Волкову есть чем похвастаться?
Он, как и я, только что вышел из душа, и по красивому атлетичному телу моего студента стекает вода. А зачесанные назад влажные волосы делают его еще привлекательнее.
Увидев, что я его рассматриваю, Андрей расплывается в грязной улыбке, заставляя меня стесняться своего любопытства и купальника. Кошмар. Вот меньше всего на свете я хотела блистать в нем перед этим наглым студентом.
Все! Хватит! Это невозможно! Я его преподаватель. Разворачиваюсь и иду к лестнице, аккуратно спускаюсь в чашу, примерно так, как делают утки, намочив одну лапу за другой.
А Волков разбегается и прыгает, уходя под воду с плавностью дельфина. Он тут же пропадает под изумрудной гладью бассейна, затем снова появляется на поверхности. Кошусь в его сторону, не переставая медленно плыть. Вода заманчиво окутывает его рельефное тело. Периодически Волков опускается к самому дну и плывет вдоль него, уверенно и смело, как будто ему вовсе не нужен воздух. Я вижу, как во время движения работает каждая его мышца, он красиво действует руками и ногами, его спина идеально ровная, и в какой-то момент я вообще не соображаю, что нельзя так откровенно и бесстыже следить за его перемещениями.
В отличие от Волкова, я по воде передвигаюсь как тетки на пляже: медленно, капельку дергано, боясь замочить прическу и размазать макияж.
Ну блеск! Что тут еще скажешь? Волков без конца на меня глазеет, красив как бог, шикарно рисует, великолепно плавает и, судя по плавкам, у него большой член. Замечательно! Это именно то, что я должна знать о своем студенте.
Вздохнув, упорно плыву. Саня никак не залезет в воду, а я продолжаю свои лягушачьи перемещения, решив считать круги. Устаю после пятого. И, ухватившись за бортик, просто болтаю ногами. Но вот место выбираю совсем неудачное. Слишком близко к банде будущих чемпионов мира.
Уткнувшись в мокрую синюю плитку, я изо всех сил стараюсь вспомнить дела, намеченные на вечер. Сердце снова колотится, несмотря на то, что я думаю о стирке, уборке, колбасе и закончившихся пакетах для мусора.
— Здравствуйте, Жанна Кирилловна. — Подныривает, приподнимая над головой разноцветный, закрепленный крючками на обеих торцевых стенках бассейна канат, Волков.
— Здравствуйте, Волков. — Все еще болтаю ногами.
Мне некомфортно рядом с ним. Он почти голый в воде, и это неправильно.