Дьявол сказал "бах" (ЛП)

— Я просто скажу, что приказ исходил от тебя.
— Ты опускаешь лучшую часть, но ладно.
— Как ты…?
— Нужно идти.
Я вешаю трубку.
Самаэль знал, что мне нужны доспехи, чтобы выжить, так что, если я выживу, он знал, что они всё время будут со мной. Он был достаточно умён, чтобы спрятать молнию так, чтобы даже если Мейсон выиграет, у него никогда не будет всей мощи Самаэля. Не рассказывая мне весь этот отстой вроде его сократовского бреда сивой кобылы «разберись в себе». Или он сказал мне что-то ещё? У меня есть смутное впечатление, что я говорил с ним на эту тему, и он сказал мне что-то ещё. Что же это было? Более насущный вопрос: где бы я спрятался, если бы был недостающей частью доспехов?
Самаэль велел мне читать греков, так что, похоже, это хорошее место для старта, и именно поэтому я не собираюсь этого делать. Я перебрал все греческие книги на полках. Мне понравилась одна книга, которую я нашёл, «Размышления» Марка Аврелия, но потом я узнал, что он римлянин, а не грек, и это меня просто вывело из себя. Какое-то время мне казалось, что это может что-то значить, но, скорее всего, кто-то просто положил её не на ту полку.
Если молния существует, то будет где угодно, но не там, где Самаэль сказал мне искать. Помимо актуарных таблиц, адовского налогового законодательства и спортивной статистики, в какой раздел я бы заглянул с наименьшей вероятностью? Какие ещё разделы в библиотеке? Я не большой специалист по книжной тюрьме, и когда до этого ходил по ней, не обращал особого внимания на то, какие есть книги и как они расставлены. Время стать скрупулёзным и организованным.
Уже это ненавижу.
Вам знакомо, как когда вы едете куда-то в новое место, в первый раз всегда кажется дольше? Так же и в первый раз, когда вы проходите всю библиотеку, пытаясь разобраться, как она организована. Я мог бы это сделать, когда впервые попал сюда, но мне было насрать, что на других полках, и меня по большей части раздражало всё, находящееся за пределами моей пьет-а-тэа [73] из-за недостатка, в смысле полного отсутствия, фильмов. Если бы Самаэль действительно хотел привлечь моё внимание, он бы засунул Геродота между стопками Говарда Хоукса [74] и Джона Хьюстона [75].
Двадцать минут разглядывания, и мой взгляд уже стекленеет. Здесь нет маркеров разделов. Никакой десятичной системы Дьюи [76] или картотеки. (Да, я знаю о десятичной системе Дьюи. Я не проводил много времени в библиотеках, но знаю об их существовании). Просто ряды книг с названиями на адовском. А я совсем недавно побывал в аварии. Моя шея уже побаливала. Теперь же она болит от того, что приходится выгибать её вбок, чтобы читать названия.
Мне следовало взять бумагу и карандаш и рисовать карту, пока я обхожу это место. Я нашёл раздел общей-истории-Вселенной, включая Рай и Ад. Есть раздел науки, разбитый на категории, о которых я никогда не слышал. Что за хрень «Квантовая Меланхолия»? Есть политика, являющая собой чушь собачью. Всё, что нужно Самаэлю, это единственная книга с неоновой надписью на обложке «ЛГИ И ЖУЛЬНИЧАЙ, КАК СУКИН СЫН».
Ещё есть искусство. Вместо ебатни Содома и Гоморы и гигеровских монстров [77], Самаэль, видимо, запал на Рембрандта и смертных портретистов. Наверное, искал подходящую мёртвую душу, чтобы поместить свою физиономию на адовскую долларовую банкноту. Военная теория. Ха. Держу пари, хотел бы он, чтобы эти книги были у него там, на Небесах. Юриспруденция и экономика. Он готовился к чёртовым выпускным? Полагаю, Дьявол должен знать такие вещи, как правила и деньги смертных. Но всё же. Я изучаю самые мрачные секреты Самаэля, и они по-настоящему скучные. Философия. Ладно. На этот раз он получает поблажку. Его спор с Богом кажется законным. Является ли грехом гордыни нежелание быть рабом?
 
Я готов начать создавать свои собственные разделы. Отчаяние. Скука. Хочу Вздремнуть. И На Хуй Всё Это Дерьмо. Я соберу их в одну большую кучу с петлёй над головой.
Всё это время я надеялся найти тайную сокровищницу романов или вестернов, но, скорее всего, длинные полки реальных уголовных дел и являются для Самаэля криминальным чтивом. Он именно из тех парней, что листают каждое уголовное дело до конца в поисках своего имени в указателе. Интересно, а я есть в одном из этих дел? Что мне напомнило. Мне нужно проверить статью о Сэндмене Слиме в Википедии. Я пытался пару раз прибить её, но она всегда возвращалась на следующий день. Если какой-нибудь психический хрен пронюхает, что я подменяю Сатану, не хочу, чтобы это появилось в Сети. Из-за сатанистов младшеклассники готы выглядят как НАСА.
В углу комнаты есть место для чтения. Я падаю в мягкое кожаное кресло, морально истощённый. Здесь стоит небольшой столик с лампой и пепельницей с несколькими старыми окурками. Я забыл захватить пачку «Проклятий», прежде чем войти, так что как алкаш роюсь в пепельнице в поисках чего-нибудь покурить. Ничего подходящего. Сегодня вечером у меня прямо победная серия.
Это завело меня в никуда. Должно быть, здесь миллион или больше книг. Я годами могу бродить по проходам и ничего не найти. Может, я ошибаюсь насчёт пропавшей частицы доспеха. Даже если он оставил его мне, возможно, его нет здесь. Это означает ещё больше лет, потраченных на пустые блуждания по дворцу, обыскивая его комнату за комнатой.
Нет.
Самаэль — мудак, но не настолько случаен или жесток, по крайней мере, не по отношению ко мне. Как ни наёбывал он меня все эти годы, всегда был какой-то смысл, и он всегда давал, с чем поработать. Святоша Джеймс разобрался бы в этом дерьме ещё несколько часов назад. Это ещё сильнее заставляет меня хотеть причинить ему боль.
Сперва сигареты, а теперь я понимаю, что оставил Царскую водку на домашней базе. У меня болит шея. У меня жжёт грудь. Правая рука болит от вытаскивания книг. У меня всё болит, и я потею, как толстяк, гоняющийся по Мохаве за фургоном с тако.
Приятно посидеть здесь, закрыв глаза. Затем ко мне возвращается это. «Прямо перед тобой. Перестань искать. Сядь, и увидишь».
Я открываю глаза и вижу, что сижу посреди огромного раздела магии. Самаэль относится к этой теме серьёзнее, чем я когда-либо. Поскольку я родился нефилимом, то никогда особо не учился настоящей магии. Даже будучи ребёнком, я обладал достаточной силой, чтобы импровизировать собственные худу. Первую и единственную настоящую магию я изучал здесь внизу, убивая на арене, а позже, как Сэндмен Слим. В этих книгах, наверное, много полезной информации. К сожалению, от всего этого чтения у меня возникает сыпь.
По другую сторону настольной лампы лицевой стороной вниз лежит книга. Я не обратил на неё внимания раньше. Она в ярко-жёлтой мягкой обложке, первая увиденная мной здесь книга в мягкой обложке. Я поднимаю её. Заглавие набрано большими печатными буквами. «УПРАВЛЕНИЕ ГНЕВОМ ДЛЯ ЧАЙНИКОВ».
Как я уже сказал, Самаэль всегда оставляет мне что-нибудь, с чем можно работать, а дешёвая шутка лучше, чем совсем без подсказки.
Я листаю книгу в поисках выделенных отрывков или страниц с загнутыми уголками. Я даже прочитал большую часть главы. Сплошная добропорядочная болтовня о самопомощи. Никаких подсказок. Никаких шифров. Только мудрый совет для здравомыслящих людей, не мой случай. Я швыряю книгу через всю комнату. Насколько я знаю, её принесла Аэлита, чтобы Мейсон мог с её помощью пудрить мне мозги.
Мне нужна выпивка. Много выпивки. И нужно прямо сейчас. Я опрокидываю ударом ноги стул, когда встаю, переворачивая стол и отправляя в полёт лампу.
Тут кое-что есть, что было спрятано за столом. На нижней полке, в самом конце раздела магии, стоит старая книга, с обложкой того же оттенка жёлтого, что и «Управление гневом для чайников». Я опускаюсь на колени и вытаскиваю её. Она затхлая и слегка заплесневелая, и кожаный переплёт трескается, когда я к нему прикасаюсь. Надпись и иллюстрация с изображением ребёнка на лицевой стороне выглядят викторианскими. Золотое тиснение гласит: «Волшебный учебник для маленьких джентльменов. Великолепные трюки и потрясающие головоломки для мальчиков всех возрастов». Открываю её. Страницы внутри выдолблены. На дне пустой книги лежит что-то, завёрнутое в фиолетовую ткань. Разворачиваю. И нахожу золотую молнию. Бинго.