Один (СИ)

Я схватил чистый комбез, проследовал в душ, находившийся между койками Норы и Криса.
Стараясь действовать тихо, я приоткрыл дверь и прошмыгнул внутрь.
Через десять минут я, довольный жизнью и находящийся в неописуемом восторге от того, что наконец-то вновь могу почувствовать себя чистым, проследовал к свободной койке, улегся на нее и практически сразу вырубился.
Наконец-то я среди людей, в безопасности, более-менее в курсе происходящего, и главное — мне не нужно никуда лететь, что-то искать.
Ну а все неясности…Что ж, не удалось получить разъяснения сегодня — получу их завтра.
Наивный. Уже утром меня ждало жестокое разочарование…
  
Глава 18. Брифинг
 
Ну что же, в группу меня взяли. И, к слову, Нора наврала — всего их было далеко не 8-10 человек. В видеоконференции я видел намного больше людей. А ведь еще были и те, кто выйти на связь не мог, так как улетел решать текущие задачи группы.
«Утром», когда все обитатели станции, включая меня, проснулись, Техас снова всех собрал. «Всех» — имею в виду меня, Криса, Нору, ну и себя, естественно.
Собрались мы, прежде всего, чтобы ввести меня в курс событий, уже полноценно, подробно. И именно на этом месте меня ждал первый крайне неприятный сюрприз.
Оказывается, на «Ранчо» жил только Техас. У Криса и Норы были собственные станции. И хотя довольно-таки часто они появлялись у Техаса, все же «Ранчо» было скорее местом сбора, перевальной базой, куда стаскивалось все добытое, где оно хранилось (за счет модуля-ангара, который, как я понял, был только у Техаса). И лишь затем отсюда все необходимое улетало на станции Норы и Криса.
Вот и сейчас после того, как будет проведен инструктаж, оба они планировали лететь каждый к себе. И я вместе с ними. Техас на своем корабле доставит Нору к ее станции, Крис полетит на свою и по пути подкинет меня к моему кораблю.
Ну а дальше…дальше мне было необходимо найти себе модуль, ОЦМ или «Отшельник», шлюз к нему. Короче говоря, я должен был сам обустроить себе «берлогу».
Вот такой вот облом.
Впрочем, кое в чем мне помогли — подсказали координаты, где можно найти необходимые модули, пообещали подкинуть ресурсы на первое время. А затем я должен был включаться в работу группы. Либо добывать необходимое с других станций, либо помогать в разработке астероидов.
Пока что других планов группа не ставила.
— Для начала нужно разобраться со всем этим дерьмом, — заявил Техас. — «Техники», эти чертовы твари, добыча ресурсов. Мы не можем дать «добро» на отправку следующей волны, пока не поймем, сможем ли вообще справиться со всем этим. Я не хочу кормить тварей и не хочу, чтобы к «техникам» прибыло подкрепление, которое уничтожит всех остальных.
— Мы можем как-то предупредить Землю о том, что здесь происходит?
— Может, и могли бы, но что мы скажем? Какие-то «техники» открыли на нас охоту? Кто такие, чьи они, какой приказ выполняют? Что мы можем сказать о паразитах? Что мы вообще о них знаем?
— Не могли бы, — отрицательно покачала головой Нора, — на Землю мы можем отправить простой сигнал, означающий либо «да», либо «нет». И ничего более.
Техас помрачнел.
— Значит, нужно разбираться со всем этим самим. И потом решать, что делать.
— И как мы будем с этим всем разбираться? — поинтересовался я.
— Будем делать то, ради чего сюда и прилетели — собирать ресурсы и готовиться к постройке корабля. Если будем все делать осторожно — «техникам» нас не поймать.
— Мы не сможем построить вдесятером корабль, — заявил я.
— Черт меня подери, это и не нужно! — ответил Техас. — Проект подразумевает постройку звездолета даже маленьких размеров. Фактически тот проект, который мы должны были осуществить силами всей экспедиции, отличается только количеством установок. Вот и все.
— Иными словами ‒ будем строить не здоровенную дуру с десятью движками, а небольшой корабль всего с одним движком? — уточнил я.
— Ну, если говорить грубо, так и есть, — кивнул Техас. — Даже если не будем вызывать третью волну, выгребем из этого дерьма, соберем побольше ресурсов и свалим домой. Пусть «техники» и твари тут друг друга перегрызут.
 
— Вряд ли перегрызут, — заметила Нора, — уверена, «техники» тоже хотят вернуться домой с ресурсами.
— Значит, устроим, мать его, соревнование! — ухмыльнулся Техас. — Посмотрим, кто справится быстрее — мы или эти сукины дети…
— Не скажу, что план идеальный, но другого ведь нет? — поинтересовался я.
— Нет, — покачал головой Техас.
— Ладно, — кивнул я, — тогда будем его придерживаться. По большому счету, ничего сложного. Главное не попадаться «техникам» и не быть сожранным этими…
— «Дэворарами», — сказал вдруг Крис.
— Что? — мы все трое повернулись к нему.
— Avarus Uncta Devorare, или Ункта Дэворар, или Дэворары. Или, что еще проще — жадные пожиратели.
— Это еще что за хрень? — поднял бровь Техас.
Вместо ответа Крис показал планшет, который я ему передал.
— Нашел в записях отца, — сказал он, — они «это» так назвали.
— Так получается, что первая группа тоже с ними столкнулась? — удивилась Нора.
— Похоже на то, — кивнул Крис.
— Узнал что-то полезное кроме названия? — спросил Техас.
— Узнал, — кивнул Крис и начал свой рассказ.
Итак: точной информации о том, кто именно первым был заражен, нет. Есть лишь предположения Вилланда-старшего. Главное заключается в следующем: личинки монстров были обнаружены в одном из астероидов, точнее прямо в элементе Брауна. Личинки находились а анабиозе, словно замороженные. Причем как долго они там находились — одному богу известно.
Клаус Вилланд данной теории изначально не верил, пока сам не убедился в ее правдивости — личинки действительно находились в элементе Брауна, будто комары и прочие насекомые навсегда застывали в янтаре. Вот только в отличие от последних личинки не умерли, а находились в анабиозе.
Что именно их пробудило — Вилланд не написал, хотя Крис выдвинул несколько теорий. Впрочем, это пока неважно. Важно то, что найденные личинки каким-то образом попали на корабль. Имею в виду в жилую часть корабля. И там нашли первых жертв.
Далее начался сущий кошмар. Не знаю как, но оставшиеся люди уничтожили зараженных, всех, кроме одного.
— Панические атаки, чрезвычайно усиленное чувство самосохранения, агрессия — это первые признаки заражения, — перечислил Крис, — далее следует вторая стадия — желание уединиться, боязнь яркого света. На этом моменте, можно сказать, человека больше нет.
— В каком смысле? — не понял Техас.
— Он уже себя не контролирует. Тот, кого ты знал, умер, а вместо него осталась лишь оболочка, которую пожирает паразит.
— Но ведь они двигаются! Ходят и даже пытаются напасть! — воскликнула Нора.
— Все так, — кивнул Крис, — эти твари…хм…как бы так правильно объяснить… В общем, они используют наше тело как рак-отшельник ракушку — это и их дом до определенного момента, и еда.
— До «определенного момента»? — переспросил я.
— Далее тварь, если рядом нет запасов еды, окукливается и переходит в новую стадию: Имаго-стадия.
С этими словами Крис развернул планшет экраном к нам и продемонстрировал изображение на нем. Это фото я уже видел — отрубленная голова с огромной пастью и чем-то вроде щек-жвал.
— Твою же мать! — воскликнул Техас. — Это ведь та же тварь, что мы видели на станции Диза!
— Ага, — согласилась Нора, — только наша явно была побольше.
— Отец пишет, что данная стадия финальная. Здесь мы видим взрослую особь, — пояснил Крис, — вот только они могут существенно различаться размерами. Та, что мы видели, успела отожраться…
 
— И каких же размеров она была? — спросил я.
— Корову видел когда-нибудь? — спросил Техас.
Я кивнул.
— Вот где-то таких размеров и была, — ответил Техас.
— Невозможно… — удивился я. — Как же она при таких размерах могла передвигаться по коридорам? Или она сидела в одном модуле и не высовывалась оттуда?