Один (СИ)

М-да. Ситуация патовая.
Или, говоря более простым языком, мы в полной заднице.
И это, к слову, я еще забыл о том, что в других отсеках вполне могут быть монстры.
Так что же делать? Как быть? Я оглянулся на Нору, однако через забрало выражения ее лица было не разобрать. Но что-то не похоже, чтобы она паниковала. У нее есть план? Стоило бы узнать его, если он действительно есть и не заключается в «убить всех», что по моему скромному мнению будет очень затруднительно.
— Нора…
— Тихо! — цыкнула она.
Снова слышу шипение — на этот раз открываются внутренние двери шлюза. Еще пара секунд, и противники войдут в отсек.
Несмотря на то, что я сейчас не вижу лица Норы, все равно знаю, что она напряжена, как пружина.
Главное не упустить момент…главное не упустить…
Я не заметил, как она начала двигаться. Вот только что стояла, зажав в руке световую гранату, а в следующее мгновение швырнула ее вперед, крикнув:
— Глаза!
Я включаю световой фильтр на максимум, закрываю глаза. Но все равно вспышка света ощущается.
— Вперед!
Я открыл глаза и шагнул вслед за Норой, уже побежавшей к дверям.
Я догоняю ее только возле самой двери. Девушка стоит, целясь в проход, двигаясь боком. Аккуратно, осторожно, но нисколько не снижая скорости.
Я поворачиваюсь и начинаю двигаться так же, отставая всего на пару шагов.
Нора уже открыла огонь. Я не вижу противника, зато вижу, как иглы со свистом уходят вперед.
Время для меня замедляется. Кажется, будто бы я могу разглядеть каждую иглу, выпущенную из винтовки, настолько медленно они летят.
Звук словно бы приглушили, как будто кто-то невидимый закрыл мне уши руками.
Я слышу только стук своего сердца. Удары…медленные, размеренные…
Тук…тук…
Вижу скафандр. Вот и противник!
Палец нажимает на курок, и я чувствую легкую вибрацию винтовки — иглы вылетают из нее с дикой скоростью. Должны вылетать. Для меня они еле-еле ползут, медленно выходят из дула, медленно двигаются к цели…
Я делаю новый шаг и вижу уже двоих — оба в скафандрах, проткнутых иглами в нескольких местах. Но они все еще на ногах.
Нора уже не обращает на них внимание, продолжая вести огонь по тем, кого я еще не вижу.
Я же стреляю в этих двоих.
Одна из иголок, выпущенных моей винтовкой, попадает прямо в забрало шлема противника. Защитное стекло не выдерживает напора, покрывается трещинами, а затем игла все же пробивает брешь, исчезает в проделанном отверстии.
Голова врага дергается. Он на секунду замирает, а затем ноги его подкашиваются, он падает на пол.
Второй противник уже не жилец — в его груди, по меньшей мере, десяток иголок, вошедших глубоко. Еще несколько мелких черных точек на скафе — дырки от иголок. Вокруг них уже появилась кровь. Этот тоже готов.
Наконец мне открывается весь коридор. И никого живого здесь нет. Четверо. Всего четверо, и мы всех положили.
Сердце колотится, как бешеное, глаза слезятся от напряжения, в висках стучит. На тренировках такого не происходило.
Но на тренировках мне не приходилось убивать живых людей…
Черт, как болит в груди! Я спохватываюсь, понимаю, что задержал дыхание, когда мы открыли огонь.
Я делаю глубокий вдох, захватывая воздух широко открытым ртом.
Делаю глоток, еще и еще.
Слабость захватывает все мое тело, двигаться сложно. Хочется лечь на пол и замереть.
— Честер! Честер, твою мать!
Голос звучит словно бы издалека, как будто пробивается через плотную пелену какой-то вязкой субстанции. Мне не разобрать слов — звук приглушенный, будто я под водой.
— Честер!
Звук усиливается, больно режет перепонки своей громкостью. Теперь я слышу четко.
— А? — я с удивлением гляжу на Нору.
— Ты как, в норме?
— Не знаю. Вроде да…
— В первый раз?
— Что?
— В первый раз стрелял и убивал людей?
— А? Ага… — я даже нормально ответить не смог, просто кивнул.
— Ты молодец, Честер! Мы справились. Положили всех ублюдков!
Вяло текущее время вдруг пошло нормальным ходом.
‒ О, блин, накрыло тебя, да? — Нора хлопает меня по спине. — Стаскивай шлем, отдышись.
 
Как только шлем отсоединяется от скафа, в лицо бьет холодный воздух. Ни хрена себе, я разгорячился в скафе! У меня что, охлаждение не работает?
— Дыши глубже, Честер. Сейчас тебя отпустит.
* * *
Дыхание стало ровным, сердце стучало размеренно и спокойно. Дрожь в руках прошла.
— Ну что, Честер, успокоился?
— Кажется, да, — кивнул я, — ты-то чего такая спокойная?
Нора действительно выглядела так, словно бы совершенно ничего не происходило, не она сейчас расстреляла несколько человек вместе со мной, не она сражалась с монстрами. Она словно только что оттрапезничала в кафешке и теперь наслаждается сигаретой, ожидая, пока официант принесет счет и кофе.
— А чего нервничать? — пожала она плечами. — «Техники» пока не полезут. Будут теперь сидеть и думать, как нас выкурить.
— И что? — удивился я. — Думаешь, не придумают?
— Придумают, — ответила она, затянулась сигаретой и злорадно усмехнулась, — и очень скоро.
— Так что делать будем?
— Ничего. Ждать.
— Чего?
— Пока Крис не вернется.
— Ты о чем вообще?
— Ну, ты ведь понимаешь, что я сюда как-то добралась?
— Ну, — кивнул я, — знаю, что ты прилетела на корабле «81». «Крот» вроде бы?
Она кивает.
— А потом он улетел. И что?
— В отличие от тебя, я не одна, — ответила Нора, — на корабле остался пилот — Крис.
— А зачем он вообще улетал?
— Мы привыкли действовать так — высаживаем десант, корабль отлетает на безопасное расстояние. Через два часа он возвращается, и либо подбирает десант, либо получает указание, через сколько времени должен прибыть снова. Затем снова уходит на безопасное расстояние.
— К чему такие сложности? ‒ не понял я. ‒ Почему вы автопилотом не пользуетесь в таком случае?
— Во-первых, мы уже потеряли несколько человек и кораблей вот так, как сейчас — бросали корабль возле станции, обыскивали ее. А в этот момент появляются «техники». В результате мы теряли и человека, и его корабль…
— Почему не воспользоваться автопилотом, как это сделал я?
— Ну, давай, вызови свой корабль назад, — усмехнулась Нора.
— Не выйдет, — буркнул я.
— Почему?
— Он вне пределов связи. Но я действовал по ситуации. Было бы у меня больше времени, то естественно, приказал бы кораблю вернуться. Скажем, через пару часов.
— И его бы захватили! — хмыкнула Нора. — Нет, на корабле должен быть живой пилот, который сможет трезво, а главное правильно оценить ситуацию и принять решение.
— И что значит «правильно»? — уточнил я.
— К примеру, если Крис вернется и увидит «техников», если они попытаются добраться до него — он улетит. Нельзя дарить «техникам» все, что мы успели добыть. И корабль терять нельзя.
— То есть он бросит нас?
Нора кивнула и вновь затянулась.
— Как по мне, в первую очередь нужно спасать людей, а не корабль с ресурсами — буркнул я. ‒ Нас слишком мало, чтобы жертвовать разведчиками.
— Без кораблей мы не добудем ресурсы, а без ресурсов и все равно умрем.
— То есть, и черт с ними, с теми самыми разведчикам. Будем ими жертвовать? Пусть умирают, но делают свою работу?
— Нет. Риск тоже должен быть оправдан, — ответила Нора, — надо думать, прежде чем делать.
— Угу, мы с тобой подумали и оказались тут.
— А с чего ты взял, что мы умрем? — подняла одну бровь Нора.
— Ну, какая разница, не умрем, так попадем к «техникам». И черт его знает, что они с нами…
— Да не попадем мы к «техникам»! — успокоила она меня, — успокойся.
— Что? — осекся я. — Так что, черт возьми, ты намерена делать?
 
— Свалить отсюда, — спокойно ответила Нора.
— Как? Выйти из шлюза мы не можем — нас там ждать будут. А как только появится корабль — они бросятся к нему. Они в любом случае успеют раньше нас.