Инструкция для попаданок (СИ)

— Лорд, мне неудобно говорить об этом…
— Я противен тебе? – он снова осмотрелся, подошел к Ане и встал прямо перед ней. Потом взял обе ладони в свои и совсем чуточку потянул девушку к себе. Аня боялась поднять глаза. Он был выше ее не больше, чем на голову, но когда она стояла так близко, приходилось задирать голову.
— Нет, лорд, - пропищала Аня и сбившимся голосом добавила: - вы мне не противны, просто… я совсем из другого мира, я никто, и я просто не знаю, как быть леди. Вы, наверное, поторопились: ведь любая будет счастлива оказаться вашей женой, - голос терялся и пришлось откашляться. Да еще и сердце билось так, будто готовилось выпрыгнуть навстречу этому незнакомому, но притягательному мужчине.
— Я все покажу, я не оставлю тебя одну. Скажу больше: нам какое-то время придется пожить здесь, ведь это дело нужно контролировать. Так ты обучишь людей и передашь все в руки Элены. А потом мы поедем в замок Давестер. Отцу придется смириться, что за невестой нет приданого, - глаза лорда горели, когда он рассказывал то, во что свято верил, когда описывал свои планы, свою жизнь с ней.
— Лорд, я… я боюсь, - тихо сказала Аня и даже не смогла уловить ту секунду, когда он рывком прижал ее к себе и обнял так крепко, что она не могла и шевельнуться.
— Тебе нечего бояться рядом со мной. Никто не посмеет не только тронуть тебя, но и сказать о тебе что-то.
Он, наконец, чуть отступил и, подняв ее подбородок, наклонился и поцеловал. Она хлопала глазами, словно это было впервые в ее жизни, словно никогда еще сердце не билось так часто, губы не чувствовали прикосновения прохладных, но ставших моментально теплыми, чужих губ.
Аня осторожно приоткрыла рот и отдалась этому чувственному, хоть она и отрицала, но долгожданному поцелую. В голове вдруг стало так ясно, словно кто-то прибавил резкости. Все ее вопросы, все метания моментально стерлись и обратились в одно единственное желание: быть рядом с ним, целовать его, слушать его голос. Руки сами поднялись и обвили его шею.
Лорд сначала удивленно замер, но через секунду отбросил незнакомое ощущение, в котором женщина проявляет хоть какую-то инициативу, и как Анна, отдался этому моменту.
Аня чувствовала себя школьницей, девчонкой, влюбленной в одноклассника, с которым впервые поцеловалась в подъезде, когда он проводил ее до дома, но в то же время, понимая, что она старше этого мужчины, в ней открывалась некая роль ведущего.
— Лорд… простите, - как только их глаза открылись, и она увидела в его глазах блеск, искру победы, она испугалась и попыталась отступить.
— Леди… вам не за что просить прощения. Сейчас я только уверился в том, что был прав, выбрав вас, - он не шутил, не играл словами и говорил абсолютно уверенно.
— Я должна все обдумать, лорд Давестер. Мне… - она не смогла закончить, так как услышала шаги на лестнице и моментально, с непонятно откуда взявшейся силой, отстранилась от лорда, - я пойду, иначе…
— Лорд, леди Марисан просит вас подняться к ней, - в этот самый момент на лестнице появилась служанка, и Аня, воспользовавшись моментом, сделала еще один шаг назад.
Лорд качнул головой в знак согласия и, дождавшись, когда за девушкой закроется дверь, откашлялся, приводя дыхание в порядок, и пошел за служанкой. Но если дыхание кое-как восстановить удалось, то сердце все еще билось как сумасшедшее.
Аня вышла на улицу и, завернув за угол, прижалась к стене. Она глубоко дышала, снова глядя в небо. Если Лев сможет забрать с собой лорда, она вернется, но если этого сделать нельзя, у нее просто нет пути обратно. Теперь она была полностью уверена в этом.
  
Глава 66
 
Лена дождалась, когда малюсенькие ньокки в бульоне отварятся до готовности, добавила в небольшой котелок разваренное мясо косули, осмотрелась в поисках хлеба и оделась. Она шла ко Льву снова с тем же вопросом: «как выбраться отсюда всем?».
Он еще не вставал, но выглядел получше, чем когда она впервые увидела его в подвале. Дышал он тяжеловато, и, похоже, это было на бронхит.
 
«Без антибиотиков здесь точно не прожить, тем более нам, детям города, привыкшим, что в любой момент за нами примчится скорая помощь и спасет» - подумала она и присела рядом с ним на топчан.
— А вы неплохо здесь устроились, - открыв глаза, прошептал Лев.
— Не быстро. Было время, когда нам было голодно. Хорошо хоть не холодно, поскольку попали летом, - Лена поставила котелок на табурет и, найдя миску, перелила в нее суп, густо пахнущий наваристым мясным бульоном, перцем и даже лавровым листом.
— Мне повезло куда меньше, - он хмыкнул и попытался дышать через нос, но нос был заложен, и голос получался гнусавым.
— С таким голосом я, ни на минуту не сомневаясь звонила на работу и говорила, что очень больна. Иногда это проходило к обеду, но выходной день, если на работе не было ничего сверхсрочного, очень нравился. Всегда чувствовала себя школьницей, которую из-за кашля оставили дома, - Лена улыбнулась. - Вы попали в Норфолк?
— Давай все же на «ты». У нас такая необыкновенная история, и мы не просто «земляки». Мы сейчас и здесь – самые родные люди. Никто нас так не поймет, как поймем мы друг друга, - Лев попытался приподняться на локтях, поскольку Лена уже подносила ложку к его рту. Он нахмурил брови и открыл рот.
— Так Норфолк? – Лене постоянно казалось, что он уходит от разговора. В какую-то секунду ей даже стало страшно от мысли, что он и сам этого не знает, и получается такое возвращение не всегда или не так, как он хотел бы.
— Замок возле Норфолка. Впервые я попал сюда три года назад, - съев три ложки бульона с волокнами мяса и парой хорошо разваренных ньокки, он тяжело опустился на подушку. - Тогда я решил закончить дело, начатое матерью. Это она писала книги, а я был обычным слесарем. Получать за книги деньги она начала только в последний год жизни, когда ее нашло издательство.
— И… и как вы смогли писать так же? Как справились со стилем? У Ани одно из образований филологическое, и она даже по моим сообщениям может определить мое настроение, а уж если это напишу не я, тем более. Но она как читала книги этой… «Магнолии», так и продолжила читать по последние дни, - Лена была настолько удивлена, что сидела сейчас и хлопала глазами.
— Мама растила меня одна. Учитель литературы и русского языка, - он тепло улыбнулся и даже засмеялся. - Я читал те же книги, что она, и даже больше, поскольку в детстве часто болел. А потом понял, что мне достаточно хорошо одному или с мамой, которая если не писала, то что-то постоянно читала. Мы обсуждали с ней книги, фильмы, героев. Она иногда рассказывала о сюжетных линиях из своих книг, и мы обсуждали их вечерами.
— Так вот как рождаются мужчины–писатели, пишущие под женщину, - Лена еле сдержалась, чтобы не хохотнуть, но потом вспомнила, что от этого человека, возможно, зависит их с Аней жизнь.
— Не переживай, в отличие от твоей подруги, я не обижаюсь на циничные оценки, - Лев закрыл глаза. Они слезились, и он постоянно чихал.
— Она не обижается, - быстро отреагировала Лена.
— Она просто не хочет с тобой ссориться. Видимо, у девушки нет больше никого: только ты. И она боится потерять единственного близкого человека, но тебе же не важно, - уверенно продолжил он.
— Да что ты понимаешь? Мы столько лет вместе! – Лена с трудом сдержалась, чтобы не встать и не уйти.
— Уйти отсюда так же просто, как и прийти сюда. У вас и у меня последние книги. Прийти в это время можно только читая страницу, а вернуться, если ложишься спать с мыслью о том, что та твоя жизнь тебе нравится больше. Я пробовал наизусть произносить строчку, но так не получалось. А вот если читал ее, переносил на себя, все получалось обязательно.
— В первый раз я проснулась тут, не читая книгу, но читала Аня! Как такое возможно? – Лена кусала губу, стараясь так явно не выказывать своей радости. Ведь все так просто, и прямо завтра утром они могут проснуться дома, в теплой постели, с шумом трамваев за окном, с запахом кофе из кофемашины.