Непослушная пленница (СИ)

Сейчас отчетливо понимаю, что тот ужас, который я испытывала, живя в родительском доме, не идет ни в какое сравнение с моей реальностью..
Вчерашний вечер окончательно разделил мою жизнь на до и после..
Меня буквально передергивает от тяжелых воспоминаний.
Не хочу смотреть на себя. В груди стоит нестерпимый стыд. К горлу подкатывает тошнота от одной мысли, что вчерашний вечер может повториться.
Полночи я провела в ванной, в попытке смыть с себя всю эту порочную грязь, что невидимым шлейфом въелась в мою кожу. Не помогло.
Невыносимо унизительный акт использования, как резиновую куклу. Сделал свое дело, получил удовольствие и погладив по щеке, как преданную зверюшку, молча вышел из комнаты.
Я даже не помню, как оказалась в своей комнате.
Вся одежда, которая была вчера на мне, валялась в углу.
На столике, возле кровати, стоял поднос с завтраком. Утопая в своих ночных кошмарах, не слышала, когда его принесли..
Меня тошнит, вряд ли смогу хоть что-то съесть. Нет сил, даже подняться с постели.
Смотрю на поднос со свежей выпечкой и понимаю, что уже третий день ничего не ела.
Это идея, как вариант — заморить себя до смерти голодом.
Уж лучше смерть, чем еще раз испытать унижения прошлого вечера.
Додумать мысль я не успела.
В комнате появилась Мария. Я почему-то была рада ей как никогда. Это единственный человек в этом доме, кто был относительно добр ко мне.
— Доброе утро Валерия, — с сочувствием в голосе произносит. — Как вы себя чувствуете?
Интересно, в курсе ли девушка, моих вчерашних унижений…
— Спасибо, могло быть и лучше..
— Меня прислал к вам Амир Муратович. Попросил лично проследить, что бы вы позавтракали. Пожалуйста, я не хочу неприятностей.
Первое, что хотелось сделать — это послать к чертям Амира Муратовича. Но уже через секунду поняла, что этим только разозлю его еще сильнее. Да и девушку жалко. Она ни в чем не виновата.
— Да, спасибо. Я поем.
Несмотря на отсутствие аппетита, постаралась съесть почти все, что было на подносе.
Пока я завтракала, девушка сменила постельное белье. Убедившись, что вся еда ушла по назначению, Мария ушла, пообещав зайти ближе к обеду.
  
Глава 10
 
Амир
— Тебя подождать?
— Нет, Назар, разговор с отцом коротким не бывает, — задумчиво смотрю на внушительных размеров особняк, — да и к Самире надо заглянуть, давно не навещал.
— Могу тогда через пару часов заехать. Ты же совсем без охраны сегодня.
Назар как всегда перестраховывает. За двенадцать лет службы, он стал мне не только главной охраной и правой рукой, но и единственным человеком, которому могу доверить самое ценное.
— За меня не переживай, я доберусь. Ты лучше домой поезжай и за девчонкой присмотри. От этой милой девочки можно ожидать чего угодно.
Что то мне подсказывает, что не так проста она как кажется..
— Что, понравилась девка? — с обыденным любопытством спрашивает друг.
У меня никогда не было секретов от него, но почему то сейчас не хотелось делиться подробностями, касающихся наших непростых взаимоотношений.
— Признайся, успел уже оприходовать? — уже более серьезно спрашивает.
— Не в том плане, в каком хотелось бы, — нехотя признаюсь другу.
Спешу закончить нашу беседу и выхожу из автомобиля.
Едва переступаю порог родового гнезда, как на пороге появляется мама с поблескивающими от слез глазами.
Несмотря на свой возраст, мама всегда выглядела моложе своих лет. Ее красота и умение держать себя в обществе всегда меня восхищали.
Отцу, с его непростым характером, очень повезло заполучить в жены такую женщину.
— Амир, сынок, как же я рада тебя видеть. Ты все реже стал к нам приезжать. Все дела с отцом решаешь по телефону, а мне хотелось бы, что бы как раньше..
— Как раньше, мама, уже не будет… Ты же знаешь.
Раскрываю руки, что бы обнять самую дорогую для меня женщину.
— Ну что же мы стоим на пороге, пойдем, отец нас уже заждался в гостиной.
Проходя по длинному коридору, пытаюсь вспомнить, когда в последний раз тут бывал.
 
— Как Самира? — спрашиваю между делом. — Я разговаривал с ее врачом, он сказал, что состояние по-прежнему нестабильное. Может вам сменить обстановку и уехать куда-нибудь на пару недель?
На мои слова мама лишь обреченно вздыхает.
— Она не желает покидать пределы своей комнаты. Даже в сад не выходит. Психолога, и того принимает только у себя.
Вижу, как маме нелегко говорить на эту тему.
— Ладно, пойдем, — перевожу разговор, — ты же знаешь, отец не любит когда опаздывают. И так сегодня не в самом лучшем расположении духа.
В гостиной уже накрыли стол, во главе которого сидит Ахметов старший.
— Добро пожаловать в родительский дом Амир.
За последние полгода отец заметно постарел и уже не кажется таким могучим и грозным. Недавняя глава огромного холдинга, сейчас напоминает обычного пенсионера.
Но мне, как никому известно, что это лишь внешняя оболочка. Внутри же Ахметов старший по-прежнему человек с холодным сердцем и стальными нервами.
Обнимаемся с отцом более сдержано, чем обычно.
— Ты хотел со мной поговорить, я пришел.
Может слишком резко начал разговор, но почему то не хотел его затягивать. Я уже знал, что то, что скажет отец, мне не понравится.
— Сынок, давай сначала поужинаем, а потом будете общаться с отцом, — мама как обычно сглаживает углы.
— Как скажешь мам.
После недолгого ужина отец первый поднялся, давая понять, что светская часть мероприятия подошла к концу.
Поблагодарив маму за ужин и пообещав почаще баловать ее своим присутствием вышел из гостиной.
Его просторный кабинет больше напоминал библиотеку. Стеллажи с книгами были повсюду. В углу располагался большой письменный стол, а на нем компьютер.
С годами ничего не менялось: терпкий запах дорогих сигар и виски ощущался особо остро.
Ахметов старший здесь сутками мог пропадать, решая дела компании.
Здесь же и проходили самые важные переговоры.
— Как дела в компании Амир, — наливая в стаканы виски, протягивает мне. — Тебе удалось устранить конкурентов?
— Я как раз работаю над этим. — Коротко отрезал, предпочитая не развивать тему.
Передав мне дела компании, отец все равно пытался контролировать каждый мой шаг. Зачастую, это приводило к разногласиям и спорам.
А когда Валиеву удалось обманным путем завладеть частью наших активов, он и вовсе стал проверять каждую подписанную мной бумагу.
— Я обещаю, что в ближайшее время верну все, что так или иначе перешло в руки нашему врагу, — делаю акцент на каждом слове.
— Я знаю сын, однако, дело не только в этом. — Делает небольшую паузу, словно пытается подобрать правильные слова.
— Я поставил тебя во главе нашей компании, которую создавал не один. Мое доверие ты давно заслужил, но наши компаньоны сомневаются, в том, что в свои двадцать девять лет ты способен управлять бизнесом такого масштаба..
— И на чем основаны их сомнения, — уже не сдерживая злости, спрашиваю, — я кажется, не раз уже доказывал всем, что успешно справляюсь со своими обязанностями.
— Тебя часто видят в ночных клубах с недостойными нашей семьи женщинами..
— Шлюхи, отец. Давай называть вещи своими именами, — с каждой минутой держать себя в руках становится все сложнее, — не понимаю, причем тут это?
— А притом, Амир, — обходя стол, наливает еще виски, — что у человека, занимающего такой пост, должна быть жена и дети, а ни девки полуголые, крутящиеся на твоем члене!
— Мы с тобой обсуждали эту тему, — делаю большой глоток виски, — я пока не вижу себя примерным семьянином и уж тем более отцом!
Так и знал, что снова поднимет эту тему…
Когда то, слова врача о моем бесплодии прозвучали для меня как приговор. Единственный сын столь влиятельного человека никогда не сможет продолжить его род.