Новые крестоносцы. Дилогия (СИ)
И они успели. Прорвались через груду еще дымящихся развалин. Походя, не задерживаясь, смели немногих уцелевших защитников. И уже на территории Казанского кремля, на узкой, образованной стенами и высокими заборами богатых поместий, лицом к лицу столкнулись с брошенными к месту прорыва ханскими нукерами.
Дружный залп полутора сотен пищалей сделанный практически в упор, словно косой прошел по первым рядам набегающих казанцев, слегка притормозил их натиск. А потом началась рукопашная, страшная в своем ожесточении, в той ненависти, которую противники спешили выплеснуть друг на друга.
Трем сотням ворвавшихся в крепость наглецов, половина из которых была плохо вооруженными и еще хуже обученными военному делу селянами, а другая, хоть и имеющими некоторый боевой опыт и неплохо оснащенными, но по большому счету все же ополченцами, противостояла почти тысяча отборных, профессиональных бойцов. Но и у русских тоже не было другого выхода, как встать насмерть на уже захваченном рубеже и постараться продержаться до подхода уже спешивших к ним на помощь ратников воеводы Киселева. Любая попытка спастись бегством была для них равносильна немедленной и бесславной смерти, хотя не будем скрывать, были и такие, кто все-таки предпочел бы попытаться бежать, но вид стоящих рядом, решительно настроенных товарищей удерживал их от подобного опрометчивого поступка. О сдаче в плен, по вполне понятным причинам и вовсе никто не помышлял, пленных в этой схватке не брали.
Личные телохранители Мухамед Амина были слишком хорошими воинами, за их спиной был родной город, им было, что терять, да и численное превосходство было на их стороне, а потому участь Костиного диверсионного отряда была решена. Почти все ратники - посошные полегли почти сразу, шансов против закованных в броню латников у них не было никаких. Пищальники, продержались дольше, но с каждой минутой, силы их таяли, словно льдинка под горячими солнечными лучами. Вскоре лишь горстка новгородцев, сплотившись вокруг своих командиров, еще продолжала драться, заваливая пространство вокруг себя телами не только павших товарищей, но и сраженных врагов.
Щебенкин уже давно отбросил в сторону бесполезный мушкет, разрядил в упор по атакующим противникам оба пистолета, и теперь орудовал саблей. Тут уже было не до фехтовальных ухищрений. Бил куда придется и как придется, и сам получал удары, от которых трещала, но чудом держалась броня, а от ударов по шлему в голове стоял сплошной гул. Он не видел, как подняли на копья одного из его новоросских телохранителей, и упал с раздробленным черепом второй, как истекая кровью от нескольких ран, мягко осел к его ногам Николай. Пот и кровь заливали Косте глаза. Последнее, что он уловил уголком угасающего сознания, это был приближающийся и нарастающий, заглушающий лязг оружия, стоны раненых и хриплые крики дерущихся, рев "Москва-а-а" издаваемый сотнями глоток. Он так и не понял, кто нанес ему этот последний удар, после которого вдруг наступила темнота.
ГЛАВА 16. В которой читатель знакомится с новыми персонажами.
Алое зарево заката растеклось по чуть волнующейся океанской глади и окрашивало причудливыми красками пышную ярко-изумрудную зелень джунглей. На террасе сложенного из белого камня дворца губернатора Эспаньолы, в резных креслах сидели трое.
- Святой отец, вы твердо уверены в успехе вашей миссии? - отхлебнув хороший глоток прохладного вина и полюбовавшись игрой, рубинового напитка в стеклянных гранях кубка, поинтересовался высокий, чуть сутуловатый мужчина лет сорока в сером джуббоне - все-таки для ее осуществления были выделены немалые средства. Не хотелось бы, чтобы они пропали впустую.
- Что значит презренный металл, когда речь идет о делах угодных Всевышнему? Господь свидетель, я сделаю все, что будет в моих силах - покачал головой невысокий, тщедушный человечек. Его черная потертая ряса была повязана куском бечевки, на ногах красовались грубые деревянные сандалии. Черные пронзительные глаза на худощавом, аскетически бледном лице смотрели холодно - сначала я должен воочию увидеть все, что там происходит. В том случае если обитатели тамошних краев действительно являются верными рабами господа нашего, сделать так, чтобы власть святой церкви распростерла им свои благословенные объятия. Если же все действительно, так печально как говорит наш уважаемый гость, и проклятые схизматики гнетут и утесняют истинно верующих агнцев господних, их належит утешить, обнадежить и наконец, поддержать в стремлении скинуть власть безбожников и вернуться в лоно матери нашей католической церкви. Хватит и того, что Папа в великодушии и кротости своей, терпит этих еретиков в Старом Свете. Пусть они и дальше живут в своих варварских, северных лесах. Здесь, на этой благословенной, дарованной Всевышним истинным католикам земле, всей этой еретической мерзости не место.
- Надо было выжигать скверну каленым железом в тот момент, когда она только появилась. А сейчас святой отец, боюсь, сделать это будет не так-то просто. Схизматики слишком прочно осели в здешних краях, и изгнать их одному священнослужителю, даже столь благочестивому будет не под силу. Боюсь, здесь понадобятся услуги воинов. Хороших воинов - сутулый господин усмехнулся, продолжая любоваться тонкими гранями стекла - позвольте вас поздравить с удачным приобретением, ваше превосходительство. Какая дивная вещь, очень изящная работа. Все-таки мастерство венецианских стеклодувов непревзойденно. Наверное, эти кубки обошлись вам в кругленькую сумму?
- Ошибаетесь, мэтр Гольдберг - тонко улыбнулся третий собеседник плотный, среднего роста смуглый господин с внешностью истинного уроженца Кастилии и повадками настоящего идальго - купец преподнесший мне столь ценный подарок, в свою очередь приобрел кубки отнюдь не в Европе, а на севере по эту сторону океана, и насколько мне известно по довольно сносной цене.
- Не могу поверить - брови долговязого удивленно приподнялись - неужели ...?
- Да, да мэтр - рассмеялся губернатор - вы меня правильно поняли. Кроме того, он поведал мне массу интересных вещей, виденных им в городе, именуемом схизматиками Фортом Росс.
- Вот как? Ну, что же, значит, есть еще одна причина обратить наши взоры на угнетаемых еретиками, истинно верующих - задумчиво протянул Гольдберг - и позвольте полюбопытствовать, о чем же поведал вам, сей почтенный негоциант?
- Ну, к примеру, о мощных, укрепленных камнем бастионах с многочисленной артиллерией прикрывающей вход в бухту. О сильном гарнизоне. О быстроходных и хорошо вооруженных кораблях патрулирующих подступы к побережью. Я полностью разделяю ваше мнение. Нужны корабли, бомбарды и солдаты, много солдат. Хотя и в словах святого отца тоже есть доля истины, неплохо будет, если в уничтожении этого еретического гнезда нам помогут и тамошние язычники, обретшие свет истинной веры под сенью матери нашей католической церкви и папского престола.
- Наш долг, как истинных христиан, зажечь огонь веры в сердцах несчастных язычников, и покарать еретиков и схизматиков осмелившихся отринуть простертую к ним длань матери нашей - святой католической церкви - поднял на собеседников горящий фанатичным огнем взгляд священник - что же до туземцев, с их помощью, или без нее мы огнем и мечом выжжем это осиное гнездо.
- Если такова будет воля господа и нашего наихристианнейшего монарха и огонь и меч, непременно будут в вашем распоряжении - воздел очи к небу губернатор - не мне грешному принимать такие решения.
- Как вы полагаете, его величество наихристианнейший король Кастилии Фердинанд, нуждается в новых землях и новых подданных?
- Непременно нуждается - согласился ...- но еще больше он нуждается в золоте, которое, без всякого сомнения, должен дать Новый свет. А в тех северных землях, насколько мне известно, никакого золота нет. Приобщение диких язычников к истинной вере, цель несомненно благая, но стоит ли эта цель потраченных на нее средств? Да и где взять эти средства? Война с Людовиком Валуа отнимает много крови и денег. Многие храбрые идальго заняты сейчас тем, что сражаются во славу своего короля в Италии и Наварре, а уж о количестве золотых дублонов, расходуемых на эту кампанию, я вообще молчу.