Новые крестоносцы. Дилогия (СИ)
— Понятно, чего дальше то делать будем?
— Надо найти купчину, адрес которого нам дал Кугель, переговорить с ним, а там видно будет.
Определившись, таким образом, проголодавшиеся путешественники налегли на принесенную еду, тем более, что корчмарева стряпня того стоила, она была простой, не притязательной, но разнообразной и потрясающе вкусной, чего только не было на столе: пряженцы с рыбой и грибами, расстегаи с мясом, щи с убоиной и гречневая каша со свининой, запивать все это великолепие предлагалось свежим шипучим квасом и приятным на вкус хмельным медом.
Пока друзья обедали, подозрительные типы, куда то ушли, и Ляшков расслабился и облегченно вздохнул, вступать в какие либо конфликты здесь в чужом городе совершенно не входило в их планы.
Но как оказалось, радость его была преждевременной, когда ребята вышли из корчмы, и пошли по улице искать дом купца Важенина, дорогу к которому им любезно разъяснил корчмарь, путь им преградила уже знакомая компания, четверо парней хмуро поглядывая на «немцев» двинулись им навстречу. Противники были не вооружены, поэтому и Егор с Костей хвататься за оружие не стали.
— Вы почто, кавалеры Яшу нашего изобидели — грозно поинтересовался самый старший из нападавших, крепыш примерно лет 25 отроду, черноволосый, с черной курчавой бородкой — за то и спрос с вас будет.
— Шли бы вы ребята, пока сами ходить можете — посоветовал в ответ Костя.
— Ах ты змей, еще и грозиться будешь — завопил самый молодой, плечистый, невысокого роста парень и широко размахнувшись, попытался ударить Щебенкина в грудь. Поймав руку на замахе, Костя, недолго думая, обрушил сверху ему на голову свой огромный кулак. Глаза паренька «сбежались в кучу» и он мягко осел на землю.
Егор тем временем, чуть сместившись в сторону, ушел от мощного прямого удара Яши, пнул его хорошенько в голень, а когда тот, зашипев от боли — нагнулся, добавил ему ладонями по ушам.
С вожаком, пришлось немного повозится, поняв, что недооценил соперников он не стал торопиться нападать, сделав обманное движение, неожиданно ударил слева, Егор успел сделать разножку и удар кулака только вскользь зацепил скулу. Круговым движением, зацепив руку противника «на возврате» и взяв ее на залом, локтем левой руки Ляшков врезал противнику в челюсть, клацнув зубами, чернобородый полетел в пыль. Мимоходом пробив ударом ноги в солнечное сплетение поднявшемуся было Яше, Егор повернулся к четвертому противнику, который все таки смог достать Костю и разбить ему губу, однако сбить с ног огромного Щебенкина он не смог и ответная плюха отправила его в нокаут.
— Ну, что еще будем биться, или хватит с вас? — поинтересовался Ляшков, у ошарашено сидящего и ощупывающего челюсть «чернявого».
— Ну и здоровы вы немцы, драться — неожиданно улыбнулся тот — называется, пошли по шерсть, а вернулись стриженные.
— Мы такие же немцы, как и вы — ответил Егор, протягивая парню руку и помогая ему встать — а Яшу вашего мы ненароком обидели, если виноваты, прощенья просим.
— Чудно, одежа вроде на вас бусурманская, а по нашему, чисто говорите, да и драться немцы так не умеют, кто же вы такие будете?
— Рабы божии, шиты кожею — вместо ответа ввернул прибаутку Ляшков — меня Егор зовут, а вот его Константин.
— Не хочешь, не говори — согласился новгородец — я Савва, Черным меня еще кличут, это Ерема, вон тот мелкий Охрим, а Яшу вы и так знаете.
— Савва Игнатич — улыбнулся Егор.
— Ну да, отца Игнатом звали, а ты откуда знаешь? — удивился Черный.
— Да так, к слову пришлось — пожал плечами Ляшков, досадуя за свою несдержанность.
— Ну — ну, а пойдем к нам мировую пить — весело предложил Савва.
— Да у нас дела… — начал, было, Костя, но осекся, когда товарищ ткнул его в бок локтем.
— Успеют дела — безапелляционно заявил Егор — пошли.
Новые знакомые пришли на пристань, где на самом дальнем причале плавно раскачиваясь на речной волне, поскрипывал бортами двадцати метровый ушкуй, подойдя к нему, Савва негромко свистнул, с палубы судна раздался ответный тихий свист.
Всего в команде Саввы Черного оказалось двадцать восемь бойцов, из них десятка полтора находились в городе, остальные коротали время на ладье, когда друзья поднялись на борт, на палубе накрыли импровизированный стол и по кругу пустили братину, завязалась непринужденная беседа «за жизнь».
— Совсем в Новгороде тяжело стало Егорша — жаловался подвыпивший атаман — московские воеводы житья не дают, на Волгу не ходи, купцов бусурманских не трогай, татар не тревожь, негде молодцам и разгуляться.
— Да, накинула Москва ярмо на вольный город — грустно заметил кто то из сидящих рядом ватажников.
Отхлебнув из большой круглой чаши, Савва продолжил:
— намедни пошалили слегка на низовьях, так насилу ушли, сколько ребят хороших потеряли, сперва татары поганые гоняли, а потом ратники нижегородского воеводы, того и гляди сюда грамотку отпишут, чтобы нас вязали, да в поруб сажали.
— А я и говорю — вмешался невысокий худощавый мужичонка с жиденькой бородкой — на север надо подаваться к студеному морю.
— Прав ты Афоня, надо уходить подальше — вздохнул Савва — Афанасий у нас голова, не гляди, что хлипкий, такого кормщика еще поискать надо.
— Может он и прав — согласился Егор — да только и там вас достанут, у московского князя руки длинные и с каждым годом длиннее будут становиться, ты уж мне поверь.
— Ну, покуда не достали, поживем еще, а дальше видно будет — упрямо мотнул головой Черный — а ты почем знаешь?
— Это брат централизация — многозначительно пояснил Егор — против нее не попрешь.
— Вот ты Егор Михалыч по всему видать, ученый человек, слова какие знаешь — лизацыя, тьфу прости господи срамота то какая — перекрестился Афанасий — вот и подскажи нам то чего делать.
— А с нами пойдете? — предложил Егор.
— Куда? В Ливонию что ли?
— Ну, сперва в Ливонию, а потом в дальние земли, там уж вас точно воеводы не достанут, а то глядишь, и сами воеводами станете.
— Это что же за земля такая, расскажи.
На засыпающий город тихо опускался теплый июльский вечер, лучи закатного солнца золотили плавно плывущие воды древнего Волхова. Костя в обнимку с Яшей и Охримом, затянули какую то песню, которую подхватили еще несколько голосов, и под ее аккомпанемент Егор долго рассказывал ушкуйникам все, что знал про далекую Америку.
Утром, приведя себя в порядок, и оговорив с Саввой место и время встречи, друзья в сопровождении Еремы, выделенного атаманом в качестве провожатого, направились искать двор Важенина. На этот раз, достаточно быстро нашли нужный купеческий дом, огороженный высоченным забором. Подойдя к створке добротных дубовых ворот, Костя, что есть силы, загрохотал в них кулаком. Во дворе дружно залаяли псы, через некоторое время, чей то голос недружелюбно поинтересовался:
— Чего надо?
— Тимофея Ивановича надо, Важенина, поговорить хотели — ответил Егор.
— А сколько вас?
— Трое.
— Ну вот, промеж собой и поговорите — съехидничал голос за воротами.
— Слышишь ты — вскипел Костя — Петросян недоделанный, открывай, говорят, дело у нас.
— А ты чего лаешься, сказано тебе занят Тимофей Иванович, не велел никого пускать.
— Мы вот сейчас ворота тебе порубим — пообещал Ляхов.
— Не, мы лучше их навозом перемажем, пусть потом хозяин с него спрашивает, а он отмывает — весело предложил Ерема.
— Хорошее предложение — поддержал Щебенкин.
— Эй, вы чего удумали, охальники — забеспокоились внутри — а ну идите себе, я кому говорю.
— Ага, счас, пойдем как же, жди.
— Вот я вам ужо задам, нехристи окаянные — раздался стук снимаемых засовов ворота приоткрылись наружу выглянул пузатый мужик, ростом чуть ниже Кости, что называется косая сажень в плечах и окладистой рыжей бородой. Лопатообразной пятерней он вмиг сграбастал за грудки, стоящего ближе всех Ляшкова.
— Здравствуй дядя, как звать то тебя? — Егор спокойно двумя пальцами взял за державшую его кисть и слегка надавил в нужном месте.