Жизнь, продиктованная Говорящей Шляпой (ЛП)

— Или Дамблдор! — оголтело завопил Рон.
— Или не похожим ни на одного из них, — проворчал Гарри. — Мне всё равно. Беспалочковая магия — это здорово и всё такое, но последнее, чего я хочу, — стать ещё популярнее или проводить больше времени со Снейпом. С таким же успехом я вообще мог бы ничего не делать, раз это привлечёт ненужное внимание.
— Но… — начала Гермиона.
— И я больше не хочу об этом говорить.
— Ладно, Гарри, — вставил Блейз. — А что там с квиддичем? Будут проблемы из-за того, что Флинт ушёл?
— Об этом я как-то не подумал! — воскликнул Рон. — У вас нет капитана!
— Уже есть. Мы проголосовали за Майлза Блетчли, потому что именно ему пришла в голову мысль запустить Флинта в Гремучую иву. Потом мы просто вытащили одного из запасных на позицию охотника вместо Флинта, и вуаля, проблема решена.
— Вы выбрали капитана, основываясь на том, кто придумал розыгрыш? — недоверчиво спросила Гермиона.
— Конечно, — сказал Блейз, — почему бы и нет? Сама подумай, Гермиона. Капитан команды должен быть креативным и харизматичным. Майлз смог придумать эту идею и организовать её исполнение, и поэтому он взял на себя капитанство.
— Это больше похоже на переворот, чем на выборы, — возразила Гермиона.
— И что в этом плохого? — спросил Гарри. — У Майлза был драйв, необходимый для того, чтобы занять эту позицию, а у Флинта не хватило сил удержать её. Победил сильнейший!
— Но это же просто варварство!
— В этой шутке участвовала вся команда, Гермиона, — заметил Рон.
— О, здорово! Так это не переворот, а мятеж?
— Он это заслужил, — заявил Блейз, холодно глядя ей в глаза. — Он не был капитаном. Или ты забыла, что он избил твоего друга?
— Две ошибки — ещё не правило!
— Но два «правила» — только начало… — пробормотал Тео.
— Из-за двух ошибок Гарри едва остался в живых, Гермиона!
— …а потом как снежный ком…
— А если это не то, чего хочет Гарри?
— …всё нарастает и нарастает…
— Гарри вообще-то здесь, Гермиона. Что ж ты его не спросишь?
— …и так до бесконечности!
— Ладно, хорошо. Правда, Гарри? Ты хочешь, чтобы кто-то… избивал других ради тебя?
— Нет.
— Видишь?! — сказала Гермиона Блейзу.
— Вижу, — Блейз встретился взглядом с Гарри. — А теперь спроси его, не сделал бы он так сам.
У Гермионы отвисла челюсть, и она снова повернулась к Гарри.
— Ну? Сделал бы?
— Зависит от того, кто бы это был.
— А ты, Блейз? — Голос Гермионы прозвучал тонко, пронзительно.
«Почему она так нервничает?»
Гарри задумался и едва услышал, что сказал Блейз.
— Избить того, кто бьёт меня или моих друзей? Конечно. Я не хочу, но если нужно, сделаю. Как ты думаешь, что мы имеем в виду, когда говорим, что Слизерин стоит за своих? Ты сделал больно одному из нас, а значит, всем нам, и мы причиним боль тебе в ответ. Ты думаешь, почему с нами никто не связывается?
— Значит, Флинт?..
— Заслужил то, что получил. Абсолютно.
— Но он же один из ваших!
— Он перестал быть нашим, когда напал на Гарри. Старшекурсники нас защищают.
— И нападают на учеников других факультетов.
— Вообще-то только на Гриффиндор. Вороны и Барсуки не связываются с нами, как и мы с ними. Мы боремся со Львами только потому, что вы боретесь с нами. Вам просто не нравится, что мы практикуемся и совершенствуемся быстрее, чем вы, и побеждаем.
— Хочешь сказать, ты жесток?
Блейз пожал плечами, не потрудившись это отрицать.
— Только в случае нападения.
— Это месть, а не защита.
— Может, это и не ответ на предыдущее нападение, но чертовски хорошо уменьшает риск, что на нас нападут ещё раз, верно?
— Кто-то собирается на вас нападать? — недоверчиво спросила Гермиона.
Гарри переглянулся с Блейзом.
«Она никогда не поймёт».
— Так… — Рон наконец неловко пожал плечами. — Может, вернёмся к квиддичу?
***
Северус, думая максимально чётко о том, что ему нужно, трижды прошёлся взад-вперёд перед стеной, пустой, в отличие от противоположной стены коридора, на которой висел уродливый гобелен. Северус даже не мог выразить словами то, о чём думал. Конечно, он мог бы сказать «комната-для-общения-с-Гарри», но очень плохо представлял, что может повлечь за собой «общение». В прошлом он обнаружил, что, если искомый предмет не был очень конкретным (например, туалет), лучше всего представить просто комнату и позволить ей самой решить, как она должна выглядеть. Обычно это приводило к вещам, о которых никто сам бы никогда не догадался.
 
На этот раз, открыв дверь, Северус не слишком удивился результату: небольшая комната с высоким потолком, двумя диванами и письменным столом. Высота потолка была немного необычной — ближе к тридцати футам, чем к десяти, в дальней от диванов стене виднелась странная небольшая дверь, но в остальном комната выглядела просто как уменьшенная гостиная факультета. У неё даже были правильные оттенки зелёного и серебристого.
«Значит, именно здесь мальчишке удобнее всего? — безучастно подумал Северус. — Или это всё ради меня?»
Вот что было замечательно в Выручай-комнате: она знала, что нужно человеку, ещё до того, как он сам это осознал и озвучил. Северус слышал рассказы об ученике, который скрылся в комнате после того, как получил травму, только чтобы оказаться в лазарете, не зная, как туда попасть. Это выглядело так, словно комната обладала разумом.
Северус самодовольно улыбнулся Гарри, который оглядывал комнату широко раскрытыми глазами.
«Сюрприз для него», — подумал Северус. Гарри откровенно скептически отнёсся к идее подняться по лестнице на седьмой этаж («чувак, у тебя достаточно магии, чтобы создать фальшивый потолок в Большом зале и окна в подземелье, и ты не можешь сделать это место более доступным?») и к странной ходьбе туда-сюда, необходимой для того, чтобы комната появилась, и поэтому Северус сейчас был несколько удовлетворён его реакцией.
— Но там не было никакой двери.
— Нет, ничего такого не было, — согласился Северус.
— Тогда что же вы сделали?
— Это магия.
— Да, я так и думал, — Гарри закатил глаза. — Что вы сделали? В конце концов, вы же не наколдовали всю комнату без палочки. — Его голос звучал далеко не так уверенно, как можно было бы предположить, исходя из слов.
— Нет, не наколдовал, — подтвердил Северус. — Я просто попросил её появиться. Это Выручай-комната, она появляется, когда тебе нужна, и исчезает, когда ты в ней не нуждаешься.
— Зачем вам понадобилась исчезающая гостиная?
— Кто сказал, что это гостиная?
— Никто. Она просто так выглядит.
— Тогда выходи.
— Что?
— Выходи. Я тебе покажу.
Гарри вышел из комнаты, бросив на Северуса странный взгляд. Затем профессор снова трижды прошёлся перед дверью и жестом подозвал Гарри.
— Открой.
Гарри бросил на Снейпа ещё один странный взгляд и открыл дверь. На этот раз у него отвисла челюсть, когда он уставился на красивую рощу, по всей видимости, залитую лунным светом. В три часа дня.
— Что за…?
— Комната может стать почти всем, что ты попросишь. Просто подумай об этом и трижды пройди мимо входа, и когда ты откроешь дверь, всё будет там.
— Всё что угодно? — недоверчиво спросил Гарри.
— Почему бы тебе не попробовать? — предложил Северус.
И они оба вышли, а Гарри трижды прошёлся перед дверью. Сдерживая любопытство, Северус вошёл следом за мальчиком и в замешательстве остановился на краю огромной ямы. Посмотрев вниз, потом вокруг, он широко раскрыл глаза. Комната заполнила гигантскую ёмкость глубиной в шесть футов разноцветными, размером с кулак, полыми пластиковыми шариками. Северус, недоумевая, смотрел, как Гарри поднялся по короткой лесенке к небольшому трамплину для прыжков в воду и спрыгнул, словно в бассейн. Шарики из манежа разлетелись повсюду, и Северус наконец понял.
«Он играет. Я даже не знал, что он это умеет».
Внезапно ему в голову пришла странная идея, и Северус ускользнул из Выручай-комнаты.