Жизнь, продиктованная Говорящей Шляпой (ЛП)

— Ну, ты просишь слишком много. Отстань.
— Нет, через три месяца тебе придётся ехать домой.
— Если я не захочу, мне не придётся возвращаться домой до лета. Даже если бы то, что ты думаешь, было правдой, до тех пор я в полной безопасности.
«Доверяю ли я Снейпу в вопросе защиты Гарри? — Блейз задумался. — Не очень».
— Ладно. Пока забудем об этом. Но тебе следует уехать на лето в какое-нибудь другое место.
«У тебя есть время до мая. Если ты не найдёшь, куда поехать на каникулы, я начну задавать вопросы. В любом случае, туда ты не вернёшься».
— Мне не нужно никакого другого места, — Гарри вздохнул с облегчением. — Со мной и так всё в порядке.
— Хорошо. Что ж… Я сказал, пока забудем — значит, забудем.
— Спасибо.
«Если повезёт, он совсем об этом забудет».
***
— Войдите.
Гарри вошёл и встал перед столом Снейпа.
— Гарри, — вместо приветствия сказал Северус.
— Профессор, — натянуто отозвался Гарри.
— Итак, мадам Помфри сообщила, что ты был в плохом настроении. Четверо профессоров подтверждают это. Что случилось?
— Профессора Синистра, Флитвик, Макгонагалл и…
— Профессор Синистра — дважды, плюс профессора Флитвик, Спраут и Квиррел. Профессор Макгонагалл ничего не говорила. А должна была?
— Я думаю, она решила, что справилась с этим сама.
— Вот как? И что случилось?
— Я не знал, что злить профессоров — это не в моей манере, — саркастически заметил Гарри.
— Возможно, в твоих перепалках с профессором Синистрой или даже Спраут и нет ничего необычного, но вот проблемы с профессором Макгонагалл — это несколько странно. Если только до этого у вас не было стычек, о которых никто не упоминал.
— Нет, не было.
— Ну тогда что произошло?
— А что не так?
Северус приподнял бровь, ожидая продолжения.
Гарри сел. Какого чёрта?
— Мои друзья злятся, профессор Макгонагалл оставила меня после уроков, хотя я не хотел грубить ей. Квирелл буквально вызывает у меня самую сильную головную боль в жизни каждый раз, когда я вижу его. Флитвик нажаловался, а ведь я ничего не сделал. А Синистра срывается на меня, чем бы я ни занимался. Я изо всех сил стараюсь не оскорбить её, а она кричит на меня за то, что я неправильно настроил телескоп, как будто я сделал это нарочно, чёрт возьми.
Он встал и принялся расхаживать по комнате.
— Я пытаюсь делать то, что она говорит, но она же цепляется к каждой мелочи, и я отвечаю, а потом у меня ещё больше неприятностей с вами, а я даже ничего не сделал, кроме как сказал ей, что это не я сломал её драгоценный телескоп — это был чёртов Малфой и его тупые головорезы. Но не-е-е-ет, он ничего не мог сделать, потому что он же такой лапочка, но даже вы знаете, что это неправда. Просто потому, что он чертовски хорош в том, чтобы не попадаться, как последний придурок. Тупая сука думает, что он какой-то ангелочек, а я — исчадие ада.
— Я понимаю твоё настроение, Гарри, но твой тон оставляет желать лучшего. Называть своего профессора «сукой» — это именно та грубость, из-за которой ты попадаешь в неприятности.
— Какая уж есть! Как вы хотите, чтобы я её называл?
— Хм… возможно, «мегера». Это слово означает то же самое, просто оно старомодно и поэтому больше не считается ненормативной лексикой.
— Ни за что. Синистра далеко не такая прикольная, как Катарина*.
На секунду Гарри почувствовал себя глупо, сообразив, что профессор вряд ли узнает эту отсылку, однако Снейп вдруг слабо улыбнулся.
— Эта леди действительно умела обращаться со словами, верно? Ладно, не мегера. Как тебе гарпия? Стерва? Профурсетка?
«Он читал «Укрощение строптивой»? Профурсетка? Конечно же, он ведь не это имел в виду…»
Гарри поднял бровь.
— Вы действительно предлагаете, чтобы я назвал уважаемого профессора шлюхой?
Северус в ответ тоже приподнял бровь.
«Упс…»
— Пожалуй, нет.
Гарри ухмыльнулся. Наверное, Снейпу тоже не нравится эта… путана.
— Тогда гарпия.
— Я так понимаю, тебе нравится Шекспир?
— Я только одну книгу читал. Даже не успел закончить.
— А почему?
— Книга… потерялась.
 
«Почему он вдруг словно запнулся?»
Снейп медленно поднялся и внимательно просмотрел книги на полках позади своего стола, затем выбрал три и вручил их Гарри.
— Вот. Если тебе понравилась та книга, скорее всего, понравятся и эти. Похвально, если сможешь определить зелье, которое по сюжету делают ведьмы.
— Я получу подсказку?
— Нет. Но книга даёт полный список ингредиентов, и зарифмован он идеально*. Что касается другой пьесы — я думаю, тебе понравится трюк, который они сыграли с Мальволио*. Верни книги, когда прочитаешь, но если хочешь, можешь не спешить.
— Э-э-э… Спасибо, — сказал Гарри, аккуратно положив книги во внешний карман рюкзака.
— Не за что. Так почему же ты нагрубил профессорам? Что случилось?
— Ничего.
— Правда ничего?
Ох, нет. Что, если он просто скажет, что не хочет об этом говорить? Раньше это срабатывало. Гарри слегка улыбнулся, чувствуя, что ему хочется немного подколоть этого человека:
— Нет, сэр. Так говорят, когда правда — это что-то личное.
— Понимаю, — Северус поднял бровь. — Я бы даже уважал это личное, если бы не получал жалоб от твоих профессоров и если бы ты не ударил друга. Что происходит?
— Разве мало того, что у меня было плохое настроение?
— У тебя может быть плохое настроение. Но тебе не разрешается из-за этого грубить профессорам.
— Я и не собирался! — Гарри не хотелось врать. — Ну, по крайней мере, почти.
— Я в курсе. Вот почему я хочу знать, что происходит.
— Я плохо спал, — наконец признался Гарри, — просто на меня навалилось слишком много.
— Из-за неприятностей с мистером Забини? — нахмурился Снейп.
— Нет, сэр. Я извинился и… убедил его оставить меня в покое.
— Ты действительно извинился? Хорошо. — В его голосе снова прозвучало одобрение, и Гарри обнаружил, что ему это нравится.
«Прекрати. Ты его ненавидишь. Одобряет он или недоволен — для тебя это ничего не значит!»
— Тогда что же тебя беспокоит? — продолжил Снейп.
Гарри, конечно, не мог рассказать профессору о собаке на третьем этаже, и он уже сообщил, что ситуация с Блейзом улажена. Обо всём этом не стоило и рассуждать. На самом деле его беспокоила другая, более существенная проблема — запутанные чувства Гарри к самому Снейпу.
«Как будто я собираюсь об этом говорить».
— Ничего, сэр.
— Прости, но я в этом сомневаюсь. Если хочешь, чтобы мы перестали говорить на эту тему, то, пожалуйста, так и скажи.
— Я не хочу говорить об этом, — Гарри закатил глаза, помедлил и добавил из вежливости: — Пожалуйста.
— Хорошо, не будем об этом, пока ты не позволяешь этой проблеме управлять своим поведением. Несмотря на все доказательства обратного, ты знаешь, как себя вести.
— Хм-м, — уклончиво ответил Гарри.
Снейпу это, похоже, не понравилось.
— Возможно, это послужит для тебя некоторой мотивацией: я жду, что ты извинишься перед профессорами Квиррелом, Флитвиком и Синистрой за своё поведение.
— Извиниться перед этой су… гарпией? Чёрт возьми, нет!
— Мистер Поттер, у вас только что закончились отработки. Это действительно того стоит?
— Да! Синистра ненавидит меня, что бы я ни делал. Я не стану извиняться перед этой… злобной коровой, профессором астрономии, когда ей всё равно наплевать.
— Станешь, — просто сказал Снейп.
«Звучит плохо».
— Но почему?
— Потому что ты знаешь, что если не извинишься сам, я сейчас же затащу тебя в её кабинет, и ты сделаешь это при мне. Выбор за тобой. Думай об этом как о тренировке, когда тебе придётся иметь дело с начальником, которого ты ненавидишь.
— У меня достаточно таких тренировок с вами, — сердито огрызнулся Гарри, сверкая глазами.
— В таком случае твои результаты отвратительны, — Северус не стал обижаться и лишь слегка насмешливо улыбнулся, — и тебе нужна дополнительная поддержка.