Наследие Чернотопья (СИ)

— Скажем так, у меня есть цели, и я намерен их добиться.
— И это еще один плюс вам как потенциальному жениху моей Августы, — хмыкнул тот. — Так, когда вы готовы будете ее принять?
Я прикинул в уме имеющиеся планы. Конечно, возможность внезапного появления двойника никуда не делась, но и сидеть на осадном положении я не намерен. Иначе время пройдет, а я ничего так и не добьюсь.
— После приема мне потребуется около недели на подготовку территории для работы вашего специалиста. И, полагаю, до начала сезона дождей. Я ведь верно понимаю, что чем суше почва, тем вашим магам проще работать?
— Все верно, — кивнул Гольц. — Что ж, мне понадобится как минимум две недели, чтобы вызвать Августу и дать ей поручение. Дорога до вашего имения от нас — еще две недели. Так что примерно через месяц мы сможем приступить. Обеспечение всем необходимым вы возьмете на себя? Я вижу у вас в договоре прописан этот пункт, но я бы хотел уточнить. Девушке требуется несколько иной уход, чем мужчинам.
— Любые пожелания в разумных пределах, — заверил я.
— Тогда так и запишем, — хмыкнул Салаз. — Вы же не против, что Алан Блэкланд выступит в качестве свидетеля заключения сделки и гарантом его исполнения?
— Разумеется, — кивнул я.
И, не откладывая в долгий ящик, мы приступили к заполнению бумаг. Документ был типовым, так что справились мы быстро. Условившись, что с Блэкландом договорюсь о времени сам, я отправился дальше.
Итак, помещения у меня будут. Следующий шаг — производство бумаги. А для этого мне нужен будет сын Огонвежа — у них ближайшие крупные деревоперерабатывающие предприятия. Портить собственную экологию, изводя природные ресурсы вокруг Лесной, я не собирался.
* * *
Вопреки ожиданиям, никто из аристократов не стал бежать из поместья Блэкландов в панике после оглашения случившегося. Наоборот, мужчины распушили хвосты перед дамами, похваляясь своими возможностями.
К счастью, Алану хватило ума не давать никому больше задирать меня, иначе трупов бы прибавилось. Зато я неожиданно обрел сторонников среди света.
Куда бы я ни пошел, рядом оказывалась группа аристократов, готовая подсказать, направить или пошутить.
Общество пыталось меня прощупать, и я не стеснялся высказывать свои мысли по тому или иному поводу. Конечно, при этом я старательно держал себя в руках, не желая отпугнуть возможных союзников.
— Барон, что скажете о будущем Аронии? — спросил меня один из благородных сыновей.
— Если они не прекратят экспансию своего религиозного рвения, то вынудят север воевать, — говорил я, равнодушно пожимая плечами.
— Я слышала, вы уже успели повоевать в Меридии против армии Риксланда, барон, — вставила уже не молодая супруга одного из баронов. — Байрон Мизинг — двоюродный дед моего мужа, и мы ведем активную переписку.
А еще его сиятельство трепло, как оказалось. Но это мне ничуть не вредит и клятвы не нарушает. Наоборот, после сказанного компания аристократов, сопровождающих меня, явно оживилась.
— Вам удалось победить их хваленые кентурии? — спросил другой.
— Это было не так уж и сложно, — кивнул я. — Как вы знаете, моя магия — медленная. Однако у меня было время на подготовку и тщательное планирование.
Да, а еще куча невольников для проведения кровавых ритуалов, но зачем шокировать людей?
— Байрон очень тепло о вас отозвался, — сообщила родственница меридийского графа, — и я полагаю, что одно только это позволяет вам считать нашу семью настроенной благожелательно к вашему Чернотопью.
Ее супруг, вернувшийся от бродящих по залу слуг с бокалом в руке, уловил суть разговора.
— Дорогая, твое любимое, — он вручил бокал жене и тут же повернулся ко мне. — Барон, если у вас есть излишки торфа, я бы хотел обсудить покупку. У нас в этом году стало сложно с удобрениями, как сами знаете.
Я вежливо кивнул.
Миззены занимались разведением крупнорогатого скота. Сам по себе это очень выгодный бизнес. Однако мятеж оголил существенные недостатки текущей рыночной системы. Многие аристократы, державшие на руках долговые расписки вместо живых денег, теперь могли ими разве что подтереться — должники скончались.
 
Несложно догадаться, что платить друг другу недействительными бумагами стало невозможно. Поэтому некоторые благородные семьи, делающие упор именно на них, а не на твердую монету, теперь находились едва ли не у черты бедности.
Миззены удержались на плаву за счет накопленной жировой прослойки — скот всегда шел по хорошей цене и платили за него деньгами, а не обещаниями. Но спрос, резко возросший ввиду серьезной просадки предложения, превышал возможности родственников Мизинга.
При этом маги могли подпитать почву, чтобы пастбища прорастали активнее. Однако без правильной естественной подкормки удобрениями это приводит к очень быстрому оскудению почвы. И приходится выбирать — либо уменьшать поголовье, чтобы хватило земли на его прокорм, либо вкладываться в закупку удобрений. Очень крупную закупку.
— Я готов рассмотреть ваше предложение, — кивнул я. — Но, боюсь, часть торфа уже забронирована бароном Блэкландом. Он тоже оказался в схожей ситуации.
Миззен улыбнулся.
— Барон, я думаю, вы не до конца понимаете, о какой цене мы говорим. Давайте отойдем в сторонку, чтобы не мешать почтенной публике развлекаться…
К концу вечера у меня на руках было четырнадцать договоров. И лишь малая часть из них — мои услуги и товары. Я фактически распродал весь торф, который мы добудем до конца следующего года. Но это как раз не было проблемой — любой чародей Земли способен поднять часть затопленного перегноя на поверхность. И Августа легко согласится выполнить и эту работу — ведь я плачу монетой, а от места основного заказа ехать в Черную не так уж и далеко.
Прием будет длиться еще и завтра, а я уже договорился о помещениях, бумажных станках, поставке материалов для них, печатных станках и прилагающихся к ним мастерах, готовых обучить себе замену из моих подданных. Так что, можно сказать, был предварительно готов план по созданию собственной типографии. Осталось это все реализовать.
Наконец, день подошел к концу, и я оказался в выделенных мне покоях. Сложив документы на столе, я уселся в кресло и, облокотившись на столешницу, положил голову на кулаки. Общение с высшим обществом крайне изматывало, несмотря на то, что, строго говоря, серьезного ничего не обсуждалось, но пустая болтовня обходилась моим моральным силам куда дороже, чем любые деловые переговоры.
Но зато, как мне кажется, удалось сместить градус своей репутации с «отморозок конченный» на «отморозок договороспособный». А в моей ситуации это практически полная победа. Правда, в комплекте, как оказалось, шли завуалированные предложения брака, но от них мне все же пока что удавалось вежливо отказываться.
Позволив себе расслабиться, я посидел так несколько минут, а затем вооружился ручкой и списком запланированных мероприятий. Помечая галочками заключенные договоренности, оценил фронт будущих работ и хмыкнул. С такими планами мне явно придется к месту долгая жизнь чародея, иначе и не успеешь закончить даже половины.
Убрав записи, я откинулся на спинку кресла, и в дверь постучали.
— Войдите, — разрешил я, быстро потирая лицо руками.
Слуга Блэкландов вошел первым и, убедившись, что я один, объявил:
— Ее милость баронесса Гриммен.
Договорив, он тут же выскользнул из гостиной, будто просочился сквозь стену. А Дия вошла ко мне с улыбкой на лице.
— Думала, уже не застану тебя в поместье, — сказала она, как только дверь за ее спиной закрылась. — Если бы Саломея не предупредила, что ты ушел, даже не узнала бы об этом.
За весь день нам действительно не удалось пересечься. Дию уволокли к себе в компанию девушки, а Марк занимался какими-то своими делами. Впрочем, его я как раз видел, но барон Белолесья крутился в своей компании, и кроме кивков мы так и не пообщались.
— Решал проблемы Чернотопья, — пояснил я, указывая на кипу документов, подписанных гостившими на приеме аристократами. — Как твой день?