Наследие Чернотопья (СИ)

Стоило прадеду закрыть дверь, я прошел к излюбленному креслу и просто рухнул в него, чувствуя себя выжатым досуха. Начинать разговор я не спешил, так что сложил руки на столике и, передвинув лежащие на столешнице листы, поднял взгляд на родственника.
— Раз уж нас здесь никто не подслушает, поговорим начистоту, дорогой правнук, — оскалился Юрген, усевшись в центре дивана и раскинув руки по его спинке. — Как думаешь, с чего вдруг Мархана выбрала тебе именно это вместилище?
Я пожал плечами.
— Раз ты в курсе, что я здесь благодаря ее участию…
— Моему участию, чужак, — утратив последние намеки на доброжелательность, перебил меня маг. — Это я пожертвовал сыном, чтобы договориться с богиней. И именно поэтому ты вообще оказался здесь — твой дед отдал свою жизнь в обмен на спасение Киррэла Шварцмаркта.
— Хорошая сказка, — кивнул я. — Я на секунду даже почти поверил. Доказательств у тебя, само собой, нет?
Прадед хмыкнул.
— Как и у тебя, что ты — на самом деле настоящий Киррэл, а не двойник, созданный очередным умником из культа Хибы. Но я же не требую провести тебе вскрытие, чтобы убедиться?
Я пожал плечами.
— Это бесполезный спор. Итак, ты здесь, так, может быть, уже отбросишь загадки и скажешь прямо, какого хрена тебе от меня нужно?
Юрген поднялся на ноги и прошелся по кабинету. Держал он при этом руки за спиной, ничего не трогал, но мне показалось, он не столько ищет какие-то архивные записи, сколько высматривает произведенные мной изменения.
— Наша семья уходит своими корнями во времена Империи, — произнес он, останавливаясь в нескольких метрах от меня. — Но это не значит, что мы входили в императорскую семью, можешь на подобную честь не рассчитывать.
Я промолчал, не говоря, что чем дальше я от таких родственников, тем лучше.
— Основатель нашего рода был рабом, Киррэл, — продолжил Юрген. — Если быть точнее, архивариусом императорской семьи. Поэтому, когда Эделлон загорелся, разваливаясь на части и мелкие страны, наш предок исполнил свой долг до конца, сохранив все, что ему поручили сохранить. И теперь это знание — и есть наследие Чернотопья. Мы укрылись на этих болотах, ожидая, когда за ними вернется истинный наследник. Наш будущий император.
— Я читал о тех временах в семейном архиве, — пожал я плечами. — Ни одного, в ком сохранялась капля императорской крови, не осталось в живых.
— И ты использовал эти знания, чтобы уничтожить короля Меридии, — кивнул Юрген, обернувшись ко мне через плечо. — И тем самым сказал всем, кто знает настоящую историю, что истинный наследник вернулся.
Я промолчал, вновь не торопясь высказывать мнение о подобных бредовых идеях. Да, маги могут жить очень долго, однако я очень сомневаюсь, что есть хоть кто-то, кому не плевать на империю. После ее падения прошло слишком много времени, чтобы всерьез рассматривать возможность возвращения былой славы.
С другой стороны, если Шварцмаркты до сих пор в это верят, могут найтись и другие идиоты. Никогда нельзя недооценивать непредсказуемость тупизны.
— Ну, допустим, и что дальше? — спросил я, расслабленно развалившись в кресле.
— А то, что именно восстание темных магов положило конец Империи. Позже один из них основал Катценауге. Сын богини — хороший шанс не только выжить, но и подмять под себя весь мир, — хмыкнул прадед. — Не согласен?
— Мне плевать, — не слишком вежливо, но зато предельно честно ответил я.
Юрген кивнул и прошелся вдоль полок.
— Я его нашел, Киррэл, — сказал он негромко, касаясь содержимого шкафа кончиками пальцев. — И сразу же последовал за ним, чтобы спасти и сберечь. Оставил твоему деду исчерпывающие инструкции, и он тоже ушел, когда пришло время. Но кто-то из нас допустил ошибку…
Я терпеливо ожидал продолжения. Хотя в целом мне понятно, что старик собирается сказать, однако не выслушать его было бы и вовсе глупо.
— Кристоф совершил ошибку. И в итоге моему сыну пришлось заплатить жизнью за ее исправление. Ты никогда не задумывался, почему Мархане было так долго плевать, что о ней думают в Эделлоне?
 
— Если учесть, что она — суть сама магия, то ничего удивительного в этом нет. Пока существуют маги и пока они пользуются своей силой, своим даром, Мархане ничего не угрожает. Даже наличие культа Хибы ей не угрожает.
— Именно, — кивнул тот. — Мы защитили кровь истинного наследника, однако сами оказались на грани вымирания. И ты — наш шанс спасти собственный род. Одна из шести семей, где еще остались носители древней крови, это была бы слишком серьезная потеря для мира, если бы наш род прервался.
— Судя по твоему виду, ты и сам можешь продолжить род Шварцмарктов, — отмахнулся я.
— Не могу, Киррэл, — покачал тот головой с явным сожалением. — Мой вид не имеет ничего общего с тем, как работает мое тело. Я больше не способен произвести потомство, будь это не так, ни один род бы не угас, чародеев стало бы так много, что простых людей не осталось бы. Так что ты — последний носитель древней крови, способный заронить семя нового поколения.
Все это уже становилось слишком. Чувствуя, как вскипает в венах кровь демона Злобы, я сжал челюсти, стараясь угомонить рвущуюся наружу сущность.
— Понятно, — кивнул я, — ты веришь в сказки о возвращении империи. Я не буду тебя осуждать за это, но и вмешиваться в свою жизнь не позволю. Так что у тебя только один выход — просить меня о помощи. Верно?
— Верно, правнук, — с явным сожалением ответил Юрген. — Темный маг уничтожил того, кому мы служили, и теперь именно от темного мага зависит, устоит ли мой род в грядущей войне. Вечно смеется судьба… Или это ирония?
— Это всего лишь означает, что темные маги вершат историю, пока остальные собирают крошки с их стола. Ползают на коленях и вымаливают добавки, как псы в трактире, которым кидают кости посетители.
Он вскинул бровь, глядя на меня с неодобрением.
— Вот как ты считаешь?
— Я считаю, что раз можешь что-то сделать, то не нужно делать этого бесплатно. Итак, Юрген Шварцмаркт, чем ты готов расплатиться со мной за помощь?
— Нам нужен ребенок, который не станет темным, — внимательно следя за моим лицом, ответил прадед. — Чтобы я мог передать ему свои знания и…
— Тогда ты пришел не по адресу, — покачал головой я. — Я не торгую своими детьми. А если ты думаешь, что у тебя появится шанс это изменить, мне следует убить тебя прямо сейчас, пока ты не решился похитить моего ребенка чуть позже.
Тьма в кабинете резко сгустилась, не формируясь в демона. Однако Индарг явился на мой зов, хотя и знал, что Юрген обладает крайне опасным артефактом. Впрочем, сейчас «Ловца Душ» при нем было не видно.
— Вот как ты заговорил? — усмехнулся прадед. — Что ж, тогда у меня тоже есть причина заставить тебя отпустить меня. Саломея фон Ней ведь тебе знакома?
— И?
— Она сейчас в моих руках, и если ты убьешь меня, то больше никогда ее не увидишь. Поверь, Киррэл, если я не вернусь в ближайшие дни, она просто умрет от голода. Или от монстров, населяющих Катценауге.
Я откинул голову и засмеялся.
— Старый дурак, ты, похоже, совсем с ума сошел, если решил, что можешь меня шантажировать в моем собственном доме! Да плевать мне, что с ней станет, она все равно никогда не была бы мне верна! Ты просто убил человека, а теперь решил сделать меня виноватым?! Да, я — чужак, я пришел из другого мира. Но с такой мразью, как ты, даже там не ведут переговоров.
Поднявшись на ноги, я позволил своим глазам вновь загореться демоническим огнем.
— Ты блефуешь, — оскалился Юрген и потянулся к внутреннему карману плаща.
Индарг схватил его за руку, ткань затрещала вместе с плотью, но чародей был не так прост. Вспыхнула волна магии, отталкивая демона прочь, и Юрген вытащил рукоять меча из-под полы.
Клинок вспыхнул, удлиняясь, пока не достиг той же длины, что была у него в прошлый раз. Индарг зашипел, но тут же распался обычными тенями, уйдя от опасного противника.
— Это и мой дом! — выставив клинок мне навстречу, выкрикнул Юрген.