Охотник на демонов. Канзас (СИ)

Сегодня в этом доме царила радость! Горе, которое обрушилась на эту семью развеялось, пройдет неделя и они забудут этот кошмар! Я выполнил свою работу и был безумно счастлив. Мне всегда приятно осознавать, что дар, который пришел ко мне, несет пользу.
IV
Утром у меня было очень важное дело, мне необходимо отыскать профикс для того, чтобы больше на этом ранчо не завелась подобная тварь и конечно, для того, чтобы пополнить свой запас талисманов, дающих силу.
Славу богу отходники от эликсиров начинаются ровно через двадцать пять часов, у меня было время заняться поисками. Я закрыл глаза, важно было сфокусироваться на определенную волну, которая исходит из профикса. Определить местонахождение этого камешка мне не составило труда.
Камешек находился неподалеку от дома, в норе, видимо эта тварь тут родилась или образовалась, я точно не знаю, как они появляются на свет.
Профикс оказался очень слабым, не смотря на четкие волны исходящие от него.
— Много силы он мне не даст, — пробубнил я себе под нос и положил камешек в коробочку, которая лежала в сумке.
После моей поисковой операции меня встретил у порога мистер Хагенс, он держал в руках конверт.
Я подошел к нему, он вручил его мне.
— Это маленькая благодарность, — улыбнулся Хагенс.
— Спасибо, — поблагодарил я, невольно ощупав конверт, там было намного больше того, что обещал мне выплатить мистер Хагенс, — тут много.
— Тут очень мало. Карл, то, что вы сделали, стоит намного дороже денег, в добавок к этому конверту я хочу предложить вам свою дружбу, если вы не против.
Хагенс протянул мне руку. Я пожал её, это означало, что мы друзья. Я нисколечко не сожалел об этом, мистер Хагенс был очень хорошим человеком. Я наблюдал за его эмоциями все это время, а они соврать не смогут. У этого человека было доброе сердце.
Совсем неожиданно к нам со спины подошел Малдаун, он тоже протянул мне руку!
Я немедля её пожал. Мы с шерифом за эти два дня достаточно узнали друг друга. Каждый из нас знал, кто, что из себя представляет! В нашей дружбе не могло быть никаких сомнений.
Я был счастлив, что у меня в этот день появилось сразу два друга, в которых я мог не сомневаться, а они могли смело положиться на меня.
  
Глава 3
 
I
Опять всего ломает и корчит. Каждый раз невыносимые боли, мои коленки сейчас вывернутся наизнанку. За что мне все это? Иногда я не понимаю радоваться тому, что у меня проявились сверхспособности или горевать. Дар это или наказание? Если наказание, тогда за что? Вырос я в детском доме, мои родители отказались от меня, когда я еще не умел говорить, об этом мне рассказывала воспитательница. Я их совсем не помню. Никого никогда не обидел зря. Старался быть примерным. Когда вырос, конечно, были грешки, но безобидные. За что, за что я спрашиваю? Почему так больно? Хватит, хватит… Хочу потерять сознание, хочу чтобы все закончилось…
В запертые двери моей комнаты постучал мистер Хагенс, он слышал, как я кричал от боли, хоть и сдержанно.
— Карл, с вами все в порядке? — спросил обеспокоенно он.
— Уходите отсюда! Оставьте меня в покое! У меня все плохо, я ненавижу этот мир! И вас всех ненавижу! Пошли к чёрту! — закричал я во всю глотку.
Пожилой мужчина отпрянул от двери прыжком, он не ожидал, что моя реакция окажется настолько бурной. Но он не обиделся на меня, я заранее всех предупредил, что будет происходить со мной на протяжении коварных шести часов.
В день отходника от зелья каждый раз я переосмысливаю свою жизнь, понимаю, что нужно ценить время, когда ничего не болит, ничего не беспокоит. Это немыслимое счастье, когда ты здоров и твои близкие люди.
В такие моменты понимаешь, что многое упустил в своей жизни. Понимаешь, что зря беспокоился и расстраивался из — за проблем, придуманных самим собой.
Вот настоящие проблемы! Вот! Когда корчишься от невыносимой боли и тебе никто не может помочь, даже ты сам. Единственное средство избежать их — это не принимать эту гадость! Но по-другому, к сожалению, я не смогу противостоять демонам, которые вторгаются постепенно в наш мир. А вторгаются они из-за нашей же людской слабости. Дело в том, что человек самое сильное энергетическое животное, простите за такое сравнение, нет, человек не животное, но у него полно животных инстинктов, которые подавляют наш уровень интеллекта — разум. К сожалению, большинство из нас не хотят пользоваться разумом и поддаются воле инстинктов, тем самым совершают нечеловеческие поступки. Вот как раз такими поступками мы и впускаем в наш мир нечисть. А бороться с ней приходится мне!
 
— Черт! — выругался я вслух.
Очередной приступ судорог начался, а это значит три минуты, как минимум будет выкручивать кости.
— Ненавижу! Ненавижу этот проклятый мир! Чтобы вы все подохли со своими проблемами!
II
— Пять часов сорок шесть минут, сегодня быстрее, чем обычно! — с энтузиазмом произнес я, почувствовав облегчение.
Открыв дверь, я обнаружил за ней мистера Хагенса, его дочь и шерифа. Мне было очень стыдно.
— Простите за мой французский, — искренне извинился я.
Никто из них даже не собирался обижаться на меня, совсем наоборот, они очень сильно беспокоились и страдали вместе со мной. Я был очень благодарен им за это.
— Мне нужно принять душ, — произнес я, нарушив молчание. Они боялись даже заговорить со мной, вот такой у меня был видок, весь потный, волосы слиплись, глаза красные, под ними синяки. В общем, тот еще пациент! Сам как зомби стал!
— Простите нас, — извинился за всех мистер Хагенс, — мы ошеломлены вашим внешним видом, вы предупреждали нас, что вам будет очень плохо, но мы не думали, что настолько. Такое чувство, что вы постарели на несколько лет.
— Да, действительно, я выгляжу не лучшим образом, — согласился я. В этот момент я пожалел, что поддался уговорам и остался в этом доме, обычно никто не видит меня в таком состоянии, — простите, что стали свидетелями всего этого. Я должен был уехать, чтобы восстановиться, а после мы бы спокойно встретились и поговорили обо всем.
— Перестань, Карл, — перебил меня Малдаун, — после всего, что ты сделал для нас, мы примем тебя любого.
— Да ничего особенного я не сделал, просто выполнил свою работу.
— Неправда, — заявил вдруг неожиданно мистер Хагенс, — вы спасли мою дочь от гибели, я это ценю. Вы всегда будете желанным гостем в этом доме.
— Спасибо, мистер Хагенс, но мне все равно неловко, правда, я не должен был допустить подобного.
В душе мне хотелось сказать им совершенно другое: «я не думал, что вы будете всей семьей караулить меня под дверью, а после этого подлавливать не в должном виде». На такое я точно не рассчитывал, когда повелся на уговоры погостить. Мистер Хагенс попросил меня остаться ради Софии, его дочери, на всякий случай, вдруг зараза вернется, я уверял его, что такого не может произойти, но он настоял. После многочисленных убеждений я все — таки согласился.
— Спасибо вам, — произнесла София тихим голосом, неожиданно для всех, до сих пор она молчала, не смела влезть в разговор взрослых.
Не за что, — ответил я, — как ты себя чувствуешь? Пораженное место не болит?
— Нет, оно затянулось очень быстро, правда у меня поднялась температура.
— Это нормально, организм боролся с воспалением.
— Вы расскажете как вам удалось одолеть чудовище?
— Как-нибудь в другой раз, — пообещал я юной девушке.
— Хорошо, я буду ждать, только не обманите меня, пожалуйста.
 
Я не стал отвечать, лишь улыбнулся ей.
— Спасибо, господа, за гостеприимство, я, пожалуй, все-таки поеду в гостиницу. Не гоже вам видеть меня в таком виде, мне, правда, неловко.
— Хорошо, — согласился мистер Хагенс, — но позвольте хотя бы пригласить вас в мой загородный дом, он находится в двухстах километрах от Топики, в одном прекрасном ущелье.