Охотник на демонов. Канзас (СИ)

— Дай подержать! — выхватила у меня из рук оружие Эсмеральда. Она радовалась, как ребёнок. Видимо металл был и вправду ценный.
— Отдай, — приказал Элимдур.
— Но пап, можно я его опробую? Пожалуйста!
— Нечего трогать чужое! — прикрикнул маг.
— Да ладно вам! — заступился я, — пусть покажет мне его в деле.
Элимдур хлопнул в ладоши, мы оказались в другом помещении, гостиная сменилась комнатой для тренировок, я понял это по большому количеству манекенов.
— Ну, давай, показывай, раз твой возлюбленный просит, — съязвил волшебник.
У Эсмеральды загорелись глаза, она сделала выпад к манекену и молниеносно ударила. Тренировочный снаряд был разрублен пополам. Довольная Вельданша рассматривала клинок и восхищалась им.
— Вещь!
— Да, а теперь отдай её хозяину. Хочу посмотреть, как он справится.
Эсмеральда передала мне шашку. Я не стал выпендриваться, подошёл ленивой походкой к манекену, вызвал силу шонлах и ударил. Клинок намертво воткнулся в шею, я не смог отрубить голову!
На моём лице читалось разочарование, меня уделала девчонка!
Эсмеральда подошла ко мне и поцеловала в щеку.
— Не переживай, манекены необычные, они из специального материала, который пробить простому смертному нереально.
Я попытался вытащить саблю, но она не поддалась, Эсмеральда обхватила мою руку и помогла.
Я покраснел, мне было стыдно перед Элимдуром.
— Не забывай, что я сорок седьмого уровня, — шепнула мне на ушко Вельданша.
— Неплохо для Вельдана седьмого уровня, — сделал заключение Элимдур.
Я хотел его поправить, но вспомнил слова Селерона и прикусил язык.
— Как ты уже заметил этот клинок значительно меньше стандарта, таким его сделали специально, так как даудар металл тяжёлый, из него обычно штампуют кинжалы, но видимо кому-то пришло в голову сделать тонкое оружие. Эльф, у которого я купил его, сказал мне, что его изготовили по спецзаказу, но пока мастер трудился над своим произведением искусства, заказчик неожиданно скончался при туманных обстоятельствах, но нам это на руку, так сказать, повезло! Урвать уникальное оружие это дорогого стоит!
— А чем мой призмариновый хуже?
— Всем! — заглушила мой вопрос Эсмеральда, — даудар является эпическим металлом, изделия из него обладают скрытой силой, которую ты обязательно почувствуешь.
— Да и только эльфам удалось изучить его, — добавил Элимдур, — только их мастера способны из даудара сделать шедевр!
— Но у него маленькая рукоять! Куда я вставлю свои профиксы?
— Да, это верно, — подтвердил Элимдур, — придётся прибегнуть к катализаторам.
На моём лице читался вопрос.
— Так, — хлопнул в ладоши Элимдур, мы снова оказались в гостиной, — тащи свои камни в лабораторию! Заодно сделаем из них профикс седьмого уровня!
— А четыре камня четвёртого уровня хуже одного камня седьмого? — забеспокоился я.
— Даже профикс пятого уровня лучше четырёх камней четвёртого, — успокоила меня Эсмеральда.
VIII
В лаборатории стоял жуткий запах, я чуть не блеванул, когда почувствовал его.
— Чем это так жутко воняет? — спросил я.
— Катализатором. Видишь, бурлит кислота? — указал на кипящую в котле ядовито-зеленого цвета субстанцию Элимдур.
Я кивнул.
— Так вот это и есть катализатор, химическое вещество, способное менять свойство камней.
Я хотел было рассказать своему ментору о другом способе повышения уровня профиксов, который мне показала Эсмеральда на практике, но не успел, старик бросил мои камушки в чан с бушующей жижей.
Котел затрещал.
— Это нормально, — успокоил меня Элимдур, увидев мои расширенные глаза.
Буквально через несколько минут вся жидкость испарилась, на донышке котла остался только безобразный камень.
— Что это? — вылетело у меня от возмущения.
— Не переживай, в такие моменты вспоминаю поговорку.
— Какую?
— Дураку пол работы не показывай! — завелся хохотом волшебник, но совсем скоро притих, так как по мне было видно, что я скоро обижусь, — не обижайся! Прости старого дурака! У меня сегодня очень хорошее настроение, покупка меча из даудара сделала мой день. А я всегда такой, когда счастлив, ненароком могу и переборщить с шутками, и обидеть.
 
Я больше не стал ничего спрашивать у своего ментора, решил досмотреть до конца, что он будет делать с моим безобразным камнем.
Элимдур вытащил щипцами профикс и перенёс его в какой — то очень странный прибор.
— Вот теперь смотри, Карл! — с этими словами волшебник включил машину. От неё стало исходить лёгкое жужжание, видимо от вибрации.
После того как прибор щелкнул, Элимдур достал из него ровный, аккуратный, отграненный камень. По размеру он был меньше моих старых четвёртого уровня, как объяснил мне позже ментор, прибор повысил его плотность, тем самым уменьшил в размере.
Камешек идеально встал в отверстие на рукоятке клинка, как — будто тут всегда было его место.
Элимдур вновь перенёс нас в тренировочный зал.
— Попробуй теперь разобраться с манекеном, — предложил волшебник.
Мои глаза загорелись, клинок в моей руке засиял, я почувствовал его силу.
Ширк… ширк… ширк… — просвистело в воздухе.
Разрубленный на три части манекен разлетелся по полу.
«Жаль Эсмеральда в этот раз не пошла с нами».
  
Глава 22
 
I
Только сейчас я осознал, как трудно быть Вельданом. Завтра мне предстояло сражаться на запрещенном турнире имени Люцифера, моего отца — падшего ангела, который первым перешёл на сторону тьмы, я уверен, что отец далеко не единственный из ангелов, кто поддался искушению.
За эти несколько дней я примерно понял, что представляет собой черная магия. Она определенно сильнее любой разновидности магии, она по априори не может быть слабее, потому что за неё рано или поздно придётся заплатить, причём цена будет очень высока. Тот, кто переходит на темную сторону, отдает не только разум, но и душу.
Не знаю почему, но я всё свободное время думал о Седрике. Почему такой хороший парень перешёл на сторону зла? Что им двигало? Ведь за ним бегала самая крутая девчонка, я уверен, что Эсмеральда в молодости была самой красивой девочкой из всех. Какая разница, кто что говорил? Это абсолютно не имеет никакого значения. Я думаю, они все ему просто-напросто завидовали, а он, дурень, не понимал этого.
— Седрик, Седрик, Седрик, — произнёс я вслух, — почему ты не даешь мене покоя?
Я чувствую здесь какой — то подвох, только вот где? Элимдур, несмотря на то, сколько зла ему сделал черный маг, отзывается о нём с сожалением. Во время нашего разговора волшебник сокрушался о том, что его ученик оказался предателем, хотя должен был ненавидеть за это, тем более было за что! Седрик хотел убить его, я уже не говорю о том, что он убил своих друзей — учеников Элимдура! А Эсми? Она говорила о нём с грустью, как будто до сих пор его любит. Да! Тут определенно есть какая — то тайна и мне предстоит разгадать её.
И опять же, чернокнижник, который принес злополучную книгу для Седрика… Почему его пустили в город? Почему его не прогнали изначально? Почему Элимдур допустил данный сценарий, опытный маг не мог не предвидеть этого?
Нет! Тут точно крутится какая — то тайна. Думаю, Эсмеральда не знает правды, а Элимдуру выгодно, чтобы все вокруг считали, что он тут не причём. Да, вы не ослышались, я подозреваю своего ментора в причастности к переходу Седрика на тёмную сторону! Возможно, они хотели переиграть демона, но по факту он переиграл их. Нечистый забрал у моего учителя лучшего ученика и наглядно продемонстрировал свою силу, показал, что не стоит недооценивать силу тьмы…
 
II
Этой ночью Эсмеральда была со мной. Она переживала за меня не меньше, чем я сам. Первое участие в турнире, в котором чемпионом становится единственный выживший из четырёх претендентов, будоражило, я вам скажу, основательно.