Охотник на демонов. Канзас (СИ)
— Надеюсь, у этого человека есть веская причина опаздывать, больше всего на свете я не люблю ждать, — проворчал я себе под нос.
Голод с каждой минутой усиливался. Я понял, что больше не хочу ждать. Я направился в парк, находившийся неподалеку. Уселся на лавочку, снял шляпу, положил её рядом, затем достал гитару, настроил и заиграл. Мелодия, лившаяся из моего инструмента, задевала чувства каждого прохожего и покрывала мурашками. По началу люди просто оглядывались, некоторые пялились на меня. Минут через десять вокруг собралась целая толпа народу. Тут были взрослые, дети и старики, моя музыка не знала возрастов, она завораживала всех. Я не останавливался, мне не приходилось смотреть, как я зажимаю аккорды, как я перебираю струны, музыка исходила из самого сердца. Я дарил наслаждение и наслаждался сам, на меня нахлынула эйфория, так происходит всегда, когда я начинаю играть. Именно игра на гитаре передает мне знания, необходимые для моей профессии. Я не в состоянии это объяснить. Я точно знаю, что только через наслаждение возможно получить знания, которые раскроют сверхспособности человека, а они есть у каждого, уж поверьте человеку, познавшему их.
Пальцы рук усиливали темп, музыка стала грубее, но не менее прекрасней. У людей захватывало дух, они не понимали, что с ними происходит. Некоторые из них пускали слезу. Моя музыка излечивала их душевные раны.
Собравшейся толпе вокруг меня было без разницы как я выглядел, они благодарили меня за то, что я подарил им наслаждение, а я был безумно счастлив и благодарен им за признание. Когда я закончил игру они одарили меня овациями. Я улыбнулся им, отдал поклон, затем начал складывать инструмент в чехол.
Моя шляпа была заполнена деньгами. Зарабатывал я таким способом не часто, только когда была жизненная необходимость.
IVВ кафе я заказал два хот — дога и колу. Картошку фри принесли в подарок. Скажу честно, после такого царского завтрака я подобрел, на мистера Хагенса я совершенно перестал злиться, наоборот, появились переживания. К сожалению, я не мог с ним связаться ранее. Но теперь, пересчитав деньги из шляпы, я понял, что у меня хватает на хорошую модель сотового телефона. К счастью, у меня удивительная память на номера, я помню их все наизусть, я помню номер каждого нанимателя. И прямо сейчас я найду ближайший магазин сотовых телефонов и немедля позвоню мистеру Хагенсу.
На улице меня поджидал скользкий мужчина, таких я чувствую за версту. Лоснившаяся морда подошла ко мне не просто так.
— Здравствуйте, мистер! — начал он.
— Чем могу быть полезен? — немного грубовато ответил я.
Незнакомец улыбнулся, он пытался расположить меня к себе. Но приемом «вежливостью на грубость» меня не удивишь.
— Я слышал, как вы божественно играли на гитаре, это было потрясающе! Смотрите на мою руку, — он оголил левую руку по локоть, — видите мурашки! До сих пор не прошли!
— Мне очень приятно, — попытавшись откланяться, произнес я, — но позвольте, я спешу.
— Прошу вас, уделите мне несколько минут вашего драгоценного времени.
— Хорошо, — вновь грубовато ответил я, — у вас есть пять минут.
Признаться честно, его назойливость начала меня бесить по-настоящему, как бы ему не пришлось поплатиться.
— Отлично, постараюсь уложиться в данный регламент, — пытаясь показаться деловым человеком, ответил он, — Зовут меня Эстэр Багелоу, я являюсь одним из самых влиятельных продюсеров в Америке.
Я сделал вид, что мне интересно. Он заметил это и пошел в атаку.
— Дело в том, что я хотел предложить вам контракт. Вы с помощью своего таланта и навыка играть на гитаре могли бы заработать кучу денег. Что скажете? Вам это интересно?
— Мистер Эстер, — ответил я, сделав небольшую паузу.
— Да, да, я внимательно вас слушаю, — не выдержав, перебил он.
— К сожалению, я не играю за деньги.
— Но, как же! — рассмеялся он, — вам только что подали милостыню за вашу игру.
— Совершенно верно, признаюсь честно, я нуждался в ней.
— Я сделаю так, что вы никогда не будете нуждаться в деньгах, — поменяв фейс на серьезный, четко произнес он. Эта фраза звучала из его уст словно заученная, видимо я не первый, кто слышал её.
— Я польщен, но, пожалуй, я повторюсь, я не играю за деньги.
Эстер Багелоу покраснел, злость переполняла его, он терпеть не мог отказов.
— На всякий случай я дам вам визитку, если надумаете, позвоните мне, — сдерживая злобу, стараясь быть все таким же вежливым, ответил Эстер и передал мне свою визитку.
Я принял её, после чего он ядовито добавил:
— От таких денег, которые я хочу предложить вам, отказываются только идиоты.
— Все доброго, мистер Эстер, — ответил я сухо и бросил демонстративно его визитку в мусорку, стоявшую рядом с дверьми кафе.
Мой поступок взбесил Багелоу. Еще никто не поступал с ним так.
— Да как ты смеешь? — заорал он, — я обещаю тебе, бродяга, что ты будешь до конца своих дней играть только на улице!
Я молча отвернулся и пошел.
Эстер Багелоу долго еще брызжал слюной, но я его не слышал. Я задел его чувства, признаюсь, я сделал это с большим удовольствием!
V— Мистер Хагенс! Рад слышать вас! Все ли у вас в порядке? — радостно произнес я, дозвонившись с первого раза.
В трубке послышался горький вздох.
— С кем имею честь? — безразлично ответил мужчина. Казалось, что он потерял веру во все человечество.
— Это Карл.
— Карл! — воскликнул мужчина, как будто его пробило током, — вы в Топике?
— Да, я прибыл на место в назначенное время, ждал вас, но вы так и не появились.
— Где вы сейчас?
— Около городской библиотеки.
— В течение десяти минут за вами приедут, — сказал он, параллельно давая кому — то приказ, чтобы немедленно выезжал за мной, — простите мою оплошность, господин Карл, я пытался вам дозвониться, но все мои попытки были тщетны, я подумал, вы опрокинули меня. Вы не представляете, как мне стыдно за мои подозрения.
— В дороге у меня украли телефон и деньги, у меня не было возможности связаться с вами, как только она появилась, я сразу же позвонил вам.
— Спасибо вам огромное, Карл, вы не представляете, как это много для меня значит, — ответил Хагенс, проронив слезу, — вы моя последняя надежда, врачи сказали, что нужно ампутировать руку, приезжайте, приезжайте скорее…
Я хотел было сказать ему, что это зависит не от меня, но он бросил трубку.
Мистер Хагенс не мог говорить, собравшийся комок в горле не дал ему не только выдать хоть какой-нибудь звук, он затруднял дыхание.
Следующие восемь минут мне не давали покоя мысли о руке, я ломал голову, как это может быть связано с моей профессией, я же не врач и не народный целитель, может он неправильно понял трактовку моих услуг. Я специалист в борьбе с нечистью. Ладно, хватит ломать голову, при встрече я все узнаю.
К библиотеке подъехал черный лимузин, я сразу понял, что это за мной.
Водитель был не особо болтлив, поэтому мне не удалось выяснить кто такой господин Хагенс, он оставался для меня все такой же черной лошадкой, как и прежде. Единственное, что я понимал, он был очень богатый, ни у каждого есть водитель и тем более черный блестящий с кожаным салоном лимузин.
Мы приехали на ранчо. Подъехали к дому, он был очень большим, богатым и красивым, тут было все: сад, беседка, место для готовки барбекю и других вкусностей, в общем, полный комплект. Даже спортивная площадка имелась, на которой был теннисный корт. Водитель попросил меня не выходить из машины. Я послушался его. У меня не было привычки нарушать правила чужого дома. Раз так положено, это для чего — то нужно. Да и ждать пришлось недолго, в окно постучал шериф и указал жестом, чтобы я выходил. Я не спеша открыл дверь и вышел из машины.
— Здравствуйте, — сухо сказал он, — я Малдаун, шериф округа.
— Очень приятно, шериф Малдаун, меня зовут Карл, — ответил я дружелюбно, я всегда старался разговаривать так с представителями власти, так как был законопослушным гражданином, — случилось какое — то происшествие?