Завет (СИ)
— Что у тебя с лицом?
— Порезалась во время бритья.
— Охотно верю, мой бывший муж тоже так говорил. Как оказалось, он шлялся по кабакам и трахал шлюх.
— Семейная идиллия, — понимающе сказал Виктор. — Надо было с ним спать чаще.
— Он мне разонравился и получил долгую череду лишений. Только и делал, что ходил в тренажёрный зал, на массаж, сидел в баре с друзьями и тратил мои деньги. А когда был дома, то больше интересовался футболом. Если бы я хотела жить с тупым ленивым ублюдком, могла бы и кота завести.
— Я вообще не представляю, как рядом с тобой можно находиться дольше пяти минут.
— Тебя только на пять минут хватает? Я разочарована, Виктор. Ни одна нормальная женщина не сможет кончить при таком раскладе.
— Зря говорят, что бабы после замужества опускаются. В твоём случае это в обратную сторону сработало.
— Это ты ещё мои счета от психотерапевта не видел.
— Представляю… Куда муженёк-то делся в итоге?
Регина пожала плечами.
— Не знаю. Я его вышвырнула и подала на развод. С тех пор больше не виделись.
[1] Ирредентизм (от итал. irredento — «неискуплённый; неосвобождённый») — политика государства, партии или политического движения по объединению народа, нации, этноса в рамках единого государства.
Только верой VI (20)
Когда же увидите Иерусалим, окруженный войсками, тогда знайте, что приблизилось запустение его
Евангелие от Луки, 21:20
Около самолёта их ждал инквизитор Фалуди. В отличие от Регины, он не скрывал свои регалии и щедро обвешал ими мантию.
— Зачем ты притащила сюда Зассыху? — поинтересовался Виктор. — Он же нас до смерти бровями задвигает.
Чрезмерно активная мимика Фалуди бросалась в глаза даже на значительном расстоянии. Казалось, что его брови, лоб и щёки живут отдельной жизнью, двигаясь в постоянных противофазах. По слухам, от продолжительного общения с Фалуди можно было слегка тронуться.
— Если сможешь отшить его — буду благодарна.
— Ты просто мастер сваливать на других свои проблемы. Вся надежда на то, что Бог дарует мне терпение.
— Просто ты удачно под руку подвернулся. Так что страдай и не жалуйся.
Регина вовремя отошла, ловко избежав общения с Фалуди.
— К Рождеству готовишься, Михай? — спросил Виктор. — Если нет, то мишуры многовато.
— А ты всё веселишься, Нокс.
— Конечно, это единственная отдушина для висельника вроде меня. Подумать только — ты решил одолжить нам своих драгоценных нелегалов. Видимо, в аду немного похолодало.
— На что только ни пойдёшь ради общего блага.
— Ты хотел сказать — ради своего блага? — спросила Регина, выглянув из-за фургона.
Фалуди не ответил. Тогда Регина изобразила вселенскую скорбь и развела руками.
— Понимаете, у инквизитора Фалуди проблемы — дела повисли, карьера под угрозой… Не могу же я бросить своего коллегу в беде.
— Зато у тебя всё хорошо, раз решила поделиться.
— Баш на баш, Михай, — напомнила Регина. — Иначе вместо выслуги перед начальством получишь перевод в миграционный офис, где твою карьеру благополучно похоронят. Ты уже всех достал, так что делай выводы.
— Чтоб я ещё раз связался с тобой, Квантрейн… — пробурчал Фалуди.
— Я так понимаю, мы договорились?
— Да. Но если это очередная подстава…
— Всё честно, не переживай.
— Хотелось бы верить.
— Лучше верь, иначе твоими махинациями заинтересуется ОФАК[1]. Правда, в твоём случаем это будет ОллФак. Без предварительных ласк, ибо ты тратил демократические баксы на финансирование мутных схем.
— Ладно, уговорила… А с тем бойцом что случилось? — спросил Фалуди, тыча пальцем в Девятку.
К самолёту его несли Сицеро и Скарт, Каину достался рюкзак орка.
— Утомился, отдохнуть прилёг, — пояснил Виктор.
Бормоча проклятия, Фалуди пошёл к своей машине.
— Бедный Зассыха, ты его совсем загнобила. Теперь спать не сможет.
— Меня его спокойствие не интересует.
— Могла бы продемонстрировать хоть немного сострадания, чёрствая ты женщина. Да, я всё забываю спросить. Это правда, что девичья фамилия Фалуди — Шэггэм[2]?
— Я слышала версию, что Шэггэд[3]. Но проверять не стала.
— Тогда порадуй меня хорошими новостями — ты смогла выяснить, кто отравил того эльфа?
— Он мало что помнит. Говорит, что его имя Давид Вранеш и что он вышел на пробежку, а потом очнулся в комнате для допросов. Пятна крови появились уже после убийства, так что Младшего убрал не он. Ещё одна попытка пустить нас по ложному следу.
— Зацепок всё меньше и меньше…
— Но есть и хорошие новости: Вранеш изъявил желание записаться в ОБСК. Я ему посоветовала одно подразделение…
Виктор навёл на неё палец.
— Только не говори что это «Дельта».
— Угадал! — Регина радостно зааплодировала. — Теперь можешь получить свой приз.
— Нет.
— Да.
— Нет!
— Ты слишком нервный.
— Это всё от общения с тобой, Регина.
— Я так не думаю. Целибат дело хорошее, но не дольше нескольких месяцев. Подумай над этим.
— Звучит как предложение.
— Лёгких путей не будет.
Виктор продолжил недовольно бурчать.
— Давно хотела спросить — чем тебе так не нравится Зассыха? — спросила Регина. — Давние счёты?
— Да если бы. По первости после переезда я снимал в Офене халабуду на семь квадратов, типа камеры-одиночки. Зато компания была что надо — гроздья тараканов и иконы, которые нельзя было трогать, ибо они на тебя смотрят. И самым невыносимым в этой ситуации было отдавать две трети своей выручки за это католико-тараканье великолепие. Благо тогда тараканы ещё не умели разговаривать, иначе было бы совсем грустно. Там разве что обоссаного матраса не было для полного счастья.
— И ты тяготился тем, что был вынужден спать на полу?
— Нет. Вообще матрас там был, но лучше от этого не становилось — его приходилось делить с кокаиновыми клопами.
Регина вскинула бровь.
— С кем?
— С кокаиновыми клопами, — повторил Виктор.
— И как со всем этим связан Фалуди? Он сдавал тебе всю эту срань, что ли? Если так, то моё мнение о нём выросло на пару пунктов.
— Да те пикси, которые сдавали мне этот хлев, были на Зассыху похожи. Тоже рожи корчили постоянно, как отпидорашенные макаки. Хотя после предыдущего города эти условия можно было считать приемлемыми. После некоторого привыкания.
— Теперь меня интересует название этого города. Съезжу туда на экскурсию. Как он называется?
— Снесёттнахуй.
— Впервые о таком слышу.
— Все так говорят. Не забудь посетить стопеньчатую пирамиду. Но тебе её и так покажут, это единственная местная достопримечательность.
— Ты хотел сказать — ступенчатую?
— Нет, она сделана из сотни пней, которые уменьшаются в диаметре. Англофоны его Стамптауном прозвали.
— Городом пеньков?
— Ага.
— Когда ты делишься своими флешбэками, то я начинаю думать, что в тебе умер писатель, — заключила Регина.
— С ручкой я неплох, но в постели куда лучше.
— «Грааль» будет рад это услышать.
— Для них я припас особенную пакость.
* * *
Самолёт начал набирать высоту.
— Внутри есть система, которая распыляет газ через вентиляцию, — провёл инструктаж Виктор, открыв сумку.
— Её же сняли после протечки на приёме цислейтанских дипломатов, — возразил Скарт.
— Это официальная версия, то есть брехня. Она никуда не делась и может быть задействована в любой момент.
— Откуда инфа?
— Агенты Фалуди нашли баллоны в вентиляционных шахтах. Так что хрюкалки не снимать, — Виктор начал раздавать маски. — Но есть и плюс — мы тоже сможем запустить газ, если потребуется. И самое главное — всем закинуться левитационными таблетками.
Затрещали блистеры. Закинув капсулу под язык, Каин надел маску со встроенным ребризером[4], активные наушники и шлем. Автомат закрепил на набедренником щитке. Пока он подтягивал ремешки, рядом шумно завозился Девятка.