Вкус крови (СИ)

Я все еще не могла нанести достойного удара, но попыток сделала множество. Причем, некоторые были удачными — на одежде Тиндара появилась кровь. Я тоже получила несколько царапин, которым пока можно было не придавать значения. Дэр был более опытным в дуэлях, мы ускорились так, что люди вокруг казались замершими.
Я чувствовала, что Тиндар выдыхается, и когда он случайно открылся, после очередного неудачного разворота, я не упустила момент. Подскочила чуть сбоку, выставив вперед стилет и целясь в сердце. Моя рука дрогнула, я на мгновение представила, как стилет входит в сердце и замешкалась.
И тут дэр внезапно для меня повернулся и жестким ударом выбил из рук стилет. Оружие звякнуло о камни, отскочив в толпу вокруг нас. Я услышала дружный вздох людей и поняла, что дэр обманул меня: он подставился специально, разгадав мою тактику поиска незащищенного места. Я осознала это за полсекунды, но мне это уже не помогло: второй рукой Тиндар схватил меня за горло и отбросил на жесткие камни так, что из меня чуть дух не вылетел. Я не могла ни встать, ни пошевелиться, ни даже дышать. Просто смотрела, как Тиндар чуть взлетел и пикирует на меня с победным оскалом, направив клинок прямо мне в сердце. Это выглядело как в замедленной съемке, но я ничего не успела бы сделать.
Я попыталась заслониться от вампира руками, понимая, что это бесполезно, я уже почти чувствовала холод металла в груди. Но вдруг тело Тиндара пронзили штук десять арбалетных болтов, заставляя его тушу немного сменить траекторию полета. Через мгновение хозяин замка рухнул на землю у моих ног, подняв облако пыли.
Он был еще жив, бешено вращал глазами и хрипел. Вампир перевернулся на бок и пополз ко мне, загребая одной рукой пыль, а другой судорожно сжимая блестящий стилет.
Я вскочила, пытаясь определить, нахожусь ли я еще на этом свете, или уже на том, а все происходящее бред. Глубоко вздохнула, пытаясь привести мысли в порядок и тут же поняла, что мой противник и не думает сдаваться, ведь арбалетные стрелы не достали до сердца через толстый слой жира. И он все еще ползет меня убить!
Вспомнились слова Катанои, что бой идет до смерти, и никак по-другому. Я прыгнула к вампиру и выбила стилет из его рук. Схватила и, не задумываясь, пронзила его сердце. Тиндар дернулся и затих. Из открытых злобных глаз ушла жизнь. Я отскочила. Руки и губы тряслись, мозг отказывался принимать реальность. Не знаю, каким чудом меня держали ноги.
Секунду и я, и вся толпа стояли неподвижно. Затем все зашевелились, послышался лязг оружия, кто-то завизжал. Я осмотрелась: люди с арбалетами направляли оружие на слуг-вампиров, те вытащили стилеты и арбалеты, все готовились к бою. Вампиров было мало, но я не сомневалась, что при желании они победят.
— Стойте! — заорала я из всех сил. — Замрите все!
Гробовая тишина накрыла двор, я услышала чириканье птичек на высокой крыше замка. Я с удивлением начала понимать, что дэра убили не мои люди — у них не было столько арбалетов, чтобы выстрелить одновременно. А значит, его убили свои же. Хорошо, что возвращается мое хладнокровие и способность быстро мыслить. Сейчас надо срочно решать проблемы, а не истерить. Иначе все умрем. А поплачу потом, когда можно будет себе это позволить.
— Хозяин замка убит, — как можно спокойнее констатировала я. — И я благодарна за это тем, кто помог мне это сделать. Ни я, ни мои люди не будем наказывать виновных. А так же, полагаю, не сделает этого и новая хозяйка дома, — я кивнула на Катаною, которая, ни жива ни мертва стояла между людьми и вампирами. — Дэрна Катаноя! Прошу вас.
Женщина отмерла и на непослушных ногах двинулась ко мне. По мере того, как она подходила, она держалась все смелее. Ко мне подошла уже совсем уверенная в себе настоящая хозяйка цитадели Дассенди. Она была бледна, но улыбалась мне. Потом развернулась к толпе.
— Жители и гости Дассенди! — произнесла она. Ее голос немного дрожал, но говорила она четко и с воодушевлением. — Мой муж убит. И да простят меня боги, но я об этом не сожалею! — она гордо подняла голову, люди и вампиры потихоньку опускали оружие. — Я обещаю вам, что мое правление в замке не будет жестоким. И я, и мои сыновья будем заботиться о людях, никто больше не будет страдать от притеснений вампиров. Слово дэрны Катанои из рода Дассенди! — ее темные волосы развевались на ветру, падая на изящное серебристое платье, черные крылья развернулись за спиной, блестя на солнце, в глазах горели сила и свобода. Даже я засмотрелась на эту красавицу. А уж люди и подавно. Все население замка, подняв оружие, приветствовало новую госпожу победным криком.
 
Мы с Катаноей поспешно ушли в замок, велев подготовить тело хозяина для погребения.
— Ну, ты даешь, подруга, — ухмыльнулась я, приходя потихоньку в себя, когда мы с ней оказались в закрытой гостиной.
— Что? Нормально прошло? — все еще немного нервно спросила она.
— А то! Классно получилось. Похоже, у тебя теперь полно преданных слуг. Ты ведь кровопролитие предотвратила. Оказывается, ты не такая уж тихая и забитая, как мне показалось сначала.
— Меня просто Тиндар слишком хорошо воспитывал, чтобы я стала покорной и молчаливой, — блеснула глазами женщина, — долго воспитывал, надо сказать, очень долго.
— Ты, главное, теперь будь хорошей хозяйкой, чтобы твои слуги не пожалели о том, что сделали для тебя.
— А вот тут может быть проблема, — посмотрела она на меня.
Оказывается, после смерти любого вампира, особенно высшего, каким являлся дэр Тиндар, неизбежно проходит расследование. Дознаватели должны определить, как именно умер вампир, и нет ли в этом чьего-то злого умысла. При этом нет необходимости даже в присутствии тела или улик: при применении специальной ментальной магии, которой владеют следователи, и люди, и вампиры расскажут правду.
— Ты понимаешь, что убийцы моего мужа не могут находиться тут?
— Значит, им придется уйти, в чем проблема? — пожала я плечами. — А я и так не задержусь.
— Проблема в том, что люди не могут передвигаться по королевству самостоятельно без хозяина или его сопроводительных документов. Я бы с удовольствием сделала им эти документы, но это долго. А следователи прилетят уже через пару недель.
— Я так поняла, ты предлагаешь мне взять убийц твоего мужа в свой караван? — озвучила я очевидное.
— Ты против?
Конечно же, я согласилась. Ведь эти люди, по сути, спасли мне жизнь.
— Тогда я буду отправлять тебе почтовых птичек с сообщениями о том, как идет расследование.
— А покажи птичек! — не выдержала я. Конечно, я уже знала, что сообщения в этом мире передаются с помощью специально выведенных птиц, с магически восприимчивой нервной системой. Но никогда их не видела в реальности. Катаноя отвела меня в специальный птичник, и я вдоволь налюбовалась на эти невероятные создания.
Птицы походили на небольших соколов. Было видно, что раньше, до магического вмешательства, это были хищные и очень быстрые птицы. Теперь же все их предназначение в жизни было передавать сообщения по адресам из соответствующих списков. В списке было около ста адресов, и птички знали их все. Стоило написать сообщение, обернуть его вокруг лапки птицы и назвать адрес, и все, та летит, не останавливаясь, до пункта назначения. Где ее гарантированно вкусно накормят.
— Вы сделаете следующую остановку в замке Бальрау, — сказал Катаноя. — Этот адрес есть в списке, так что ждите вестей там.
Мы всю ночь проговорили с Катаноей, решая, что нам понадобиться в дороге, и какими путями нам лучше ехать. Разговор неизбежно коснулся и новых людей в моем караване.
 
Вечером я навестила старосту, Игнара, и спросила совета, взять ли нам еще людей. Тот согласился сразу же: негоже бросать своих спасителей в беде. Оповестили и жителей цитадели, чтобы к утру каждый, кто желает уехать, смог бы собраться. Медлить было нельзя, выдвигаться решили как можно быстрее.
Рано утром мы с Катаноей вышли во двор. Все люди уже были готовы, повозки уложены. Хозяйка замка выделила нам еще три отличные повозки. Теперь поедем с еще большим удобством. Чуть в отдалении стояли две дюжины человек из замка, которые должны были ехать с нами. Большинство из них — крупные угрюмые мужчины, но были и женщины, их жены, и даже дети. Целые семьи решили покинуть цитадель. Я уже знала, что всем этим людям бывший хозяин причинил немало лютого зла, включая побои и смерти близких. И никто из жителей Дассенди не жалел о его гибели. Большинство из них вообще решили доехать со мной всего лишь до южных провинций и присоединиться к воюющим против вампирам полукровкам. К счастью, к новой хозяйке замка все относились с уважением. Но жить под началом вампира больше никто из них не хотел.