Игра на двоих (СИ)

- Это будет интересно, – он бросил на стойку пару двадцаток и отправился, было, следом за агентом, но дорогу ему преградила маленькая разъяренная женщина.
- Какого дьявола ты творишь?!
- Соф, я иду домой. Присмотри за Мэттом, он сегодня расклеился совсем.
- Домой, как же! – София подбоченилась и укоризненно покачала головой. – Ты хоть соображаешь, что ты делаешь?
- Все под контролем, не волнуйся.
- Дженсен? Ты идешь? – Падалеки материализовался за спиной у девушки.
«Дженсен?» – одними губами переспросила она и сделала страшные глаза.
- Да, сейчас иду, Джон.
«Джон?!» – теперь лицо Софии стало таким комично-удивленным, что Дженсен едва сдержал смешок.
- Счастливо, – он сжал ее плечо и, обогнув девушку, взял курс на выход.
- Подруга твоя? – Джаред окинул взглядом девушку, которая так и не обернулась.
- Не, работает здесь. Идем?
Падалеки назвал свой адрес, и такси мягко тронулось с места. Бронкс. Ну что же, это не сюрприз, это было в досье, которое собрал Бомер. Любопытно будет взглянуть на хоромы федерала. Дженсен покосился на мужчину рядом, все-таки он был шикарен! А такси тащится слишком медленно, слишком долго, он столько не вытерпит. Дженсен облизнулся и осторожно провел рукой по его бедру, Джаред откинулся и прикрыл глаза, закинул руку Эклзу на плечи и принялся массировать его затылок, медленно перебирая короткие волосы. Дженсен едва не заурчал от удовольствия, а когда вспомнил, какие красивые у Джареда пальцы, заерзал на сидении. Нахрена такие узкие джинсы было надевать? Со стороны Падалеки послышался понимающий смешок. Когда такси, наконец, остановилось у высокого многоквартирного дома, обоих уже трясло мелкой дрожью. Джаред отдал деньги водителю, строго посмотрев на Дженсена, попытавшегося и тут расплатиться.
«Что ж, справедливо, агент».
Войдя в обшарпанный подъезд, Дженсен тоскливо огляделся и нажал кнопку вызова лифта.
- Не работает, – Падалеки рванул по лестнице.
- А этаж какой?
- Седьмой!
- Издеваешься?
- Догоняй, – засмеялся Джаред.
Дженсен догнал его уже у двери, налетел со спины, прижался тесно, не удержался – потерся болезненным стояком, залез руками под майку.
- Дженс... – Джаред откинул голову ему на плечо. – Дженсен, ты меня отвлекаешь, я не могу вставить ключ.
- Вставить? – Дженсен обхватил его руку и направил ключ в скважину. – Сейчас я тебе вставлю.
Джаред закусил губу и зажмурился сильнее. Они ввалились внутрь, так и не расцепившись. Дженсен приник губами к взмокшей шее, параллельно оглядывая местные достопримечательности: довольно узкий холл, маленькая кухонька, гостиная – тоже не бальная зала, дверь, очевидно, в спальню.
«Н-дааа… херовенькая у тебя квартирка, агент».
Дженсен потянул его футболку вверх, Джаред быстро вывернулся из нее и повернулся, чтобы снять футболку и с него. Голова Дженсена застряла в горловине, они одновременно засмеялись, сразу, как будто сблизившись. Пока Дженсен, хохоча, яростно сражался с непослушной одеждой, Джаред без помех рассмотрел его голый торс, заценил внушительный бугор в джинсах, пробежался пальцами по ребрам и прикусил сосок.
- Ау! – вскрикнул Дженсен и сдернул, наконец, майку. – Сучка! – обругал он ее и отшвырнул в сторону, снес какую-то рамку с фотографией. – Извини.
- Забей, – Джаред обнял ладонями его лицо, провел большими пальцами по бровям, снова внимательно вглядываясь в него. – Мы раньше не встречались?
- Обычно так подкатывают, когда хотят познакомиться, а мы уже почти в постели, – Дженсен принялся расстегивать его джинсы, пытаясь отвлечь его внимание.
«Чертова ищейка! Ну и нюх у него!»
- И все же?
- Не думаю, – Дженсен запустил руку ему в штаны. – Болтаем или трахаемся?
- Второе. Определенно! – Джаред расстегнул, было, его штаны, обещая долгожданную свободу тесно зажатому органу, но остановился, не доведя дело конца.
- Что? – Дженсен вскинул на него непонимающий взгляд. – Почему ты остановился?
- Хочу тебя поцеловать. Можно?
Дженсен опешил от такого вопроса, учитывая то, чем они уже занимаются. Хотя в губы они действительно еще не целовались.
 
«Какой же ты… агент мой…»
Дженсен сам потянулся к его губам, неожиданно почувствовав себя сопливым школьником, который вот-вот получит свой самый первый настоящий поцелуй. От соприкосновения губ их ударило статическим электричеством, но они не отпрянули, а наоборот вжались друг в друга крепче и целовались, пока в легких не запекло.
- Твою ж…
- Да…
Джаред, вспомнив о своем незаконченном деле, вернулся к Дженсеновой ширинке, потянул его за собой, увлекая к спальне. Дженсен снова впился в его губы, так они и продвигались по небольшой квартире, целуясь, лаская друг друга, сшибая мебель, ввалились в спальню и рухнули на постель.
Дженсен навалился сверху и заглянул Падалеки в глаза:
- Так хочу тебя…
- Я чувствую, – усмехнулся Джаред.
Эклз медленно поцеловал его губы, подбородок, прошелся по шее, лизнул мочку уха и шепнул тихо-тихо:
- Дашь?
Джаред замер.
«Пожалуйста, агент, решайся… разреши мне…»
Дженсен провел ладонью по его телу, обхватил член, и Джаред выгнулся ему навстречу, прикрыв глаза.
«Вот так, умничка», – думал Эклз, спускаясь поцелуями по его груди и стягивая с него джинсы вместе с бельем.
Джаред судорожно вздохнул и неожиданно поднялся с кровати, Эклз поднялся следом, настороженно наблюдая за ним.
«Блядь, если он сейчас включит недотрогу, я просто взорвусь!»
Падалеки не подвел, он стряхнул с себя джинсы, пинком швырнул их в угол комнаты, сдернул с кровати покрывало, отправляя его туда же, и кивнул, дернув бровью.
- Шикарно, – выдохнул Дженсен, оглядывая красивого, обнаженного мужчину с ног до головы, он достал из кармана все необходимое и в мгновение ока разоблачился.
Они одновременно шагнули друг к другу, столкнулись губами, телами. Эклзу сносило крышу от осознания того, что он целует агента Падалеки, что может вот так запросто погладить его спину, сжать в ладонях ягодицы, толкнуть его в кровать, раздвинуть коленом его бедра и притереться близко-близко. Господи! А он, этот невозможный тип, упертый, как сто чертей, был таким податливым в его руках, таким расслабленным и бесстыжим, таким сексуальным, он позволял делать с собой все. Мирная Сила, дремлющая Мощь – Джаред – весь сплошные мышцы и сухожилия. Сейчас он казался таким доверчивым и невинным, таким… безопасным.
«Эх, агент, если бы ты сейчас вдруг понял, кому отдаешься, моя жизнь была бы кончена!»
Как же крышесносно целовать его, чувствовать на языке, пьянящий почище виски, вкус его кожи, касаться его вот так и получать в ответ его стоны, его сильные руки на своем теле, его мутный взгляд и закушенные губы. Сладкие губки. Они были такими жесткими во время допроса, делая его лицо суровее и старше, а сейчас… О, Боги! Сейчас они были просто воплощением поцелуев! Дженсен застонал и толкнулся сильнее, впиваясь в них, стараясь взять все, что сможет, пока у него еще есть эта возможность.
Большим вором Дженсен себя еще никогда не чувствовал. А ведь у него такой богатый опыт!
Финальный протяжный стон Падалеки и теплая влага, брызнувшая на его руку стали спусковым крючком для самого Дженсена, на мгновение он вжался лбом в широкое плечо и откатился в сторону.
Они лежали лицом друг к другу и тихо улыбались. Дженсен убрал влажную прядь с его лба, обвел кончиками пальцев контуры его лица, запоминая каждую черточку. Джаред медленно, по-совиному, моргнул и усмехнулся:
- Прости. Вырубаюсь. Тяжелая неделька выдалась.
- Ничего, – улыбнулся ему Дженсен и поцеловал его, мягко, медленно. – Отдохни.
Он гладил его волосы, пока тот не уснул, а потом еще долго разглядывал его в свете уличных огней, пробивающихся в окно.
Нужно было уходить. Уходить прямо сейчас, пока Падалеки спит. Дженсен усилием воли поборол желание тоже заснуть, прижавшись к теплому боку, и поднялся. Он тихо оделся, выбросил в урну презерватив, побродил по маленькой квартирке, осмотрелся, нашел у телефона блокнот с ручкой и с тяжелой душой написал записку, поколебавшись немного, оставил ее на тумбочке у кровати и, окинув прощальным взглядом, силуэт в кровати, вышел из комнаты. В гостиной он задел что-то ногой и, наклонившись, поднял с пола фотографию. С нее улыбалась счастливая семья. Падалеки, радостно скалясь, обнимал своими длинным ручищами всех сразу! Дженсен грустно улыбнулся, когда-то, в другой жизни, он тоже жил в такой семье. Отец, мать, брат и сестра… Он аккуратно поставил фотографию на столик.